Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Василий Щепетнёв: Кино изнутри

АрхивКолонка Щепетнева
автор : Василий Щепетнев   24.11.2011

Уже много лет фантасты предлагают изменить концепцию зрелища, создав управляемое и программируемое сновидение.

Зрелища топчутся на месте. Отстают от развития производительных сил и производственных отношений. Цирк, театр, музыкальное представление с песнями и танцами, живопись, скульптура, спортивные состязания, гладиаторские бои существуют с античных времён – и я неслучайно ставлю скульптуру и живопись в ряд с гладиаторскими боями.

Есть, есть ещё люди, для которых живопись - прежде всего зрелище, а уж потом холст с нанесёнными на него красками. Грамзапись, фотография и кинематограф поначалу консервировали и тиражировали зрелища и лишь потом осознали, что могут претендовать на независимость и суверенитет. Радио и телевидение обеспечили доставку грамзаписи и кинофильмы (именно так, в женском роде) на дом, сделав домохозяина с чадами и домочадцами слушателями и зрителями, и опять-таки только затем стали претендовать на обособленные территории континента масс-медиа.

Ну да, за последние полвека телеэкраны стали больше, репродукторы – громче, но сути явления это вряд ли меняет. Артисты нечто представляют, мы это нечто смотрим, а уж в Колизее, в Большом Театре или дома на диване располагается зритель, не столь и важно. На диване, пожалуй, и видно, и слышно получше, нежели даже на царских местах лужниковской арены.

И всегда выключить можно.

Вот что и волнует власть: кнопка выключения! Из Колизея запросто не уйдёшь, а уйдёшь, так найдётся доброхот, заметит и подаст по команде докладную: "Вольноотпущенник Василий Щепетнёв, не досмотрев кормление львов христианами, плюнул и ушёл". Раз подаст, два подаст, а в третий раз накануне представления постучат ко мне в дверь и скажут: "Василий Павлович, звери голодные, извольте-ка быстренько на арену".

А дома я и прежде-то репортажами с партконференций пренебрегал, а нынче единственно что смотрю по телевизору, так это прямые трансляции с биатлонных состязаний. А больше использую его, телевизор, в качестве мультимедийного проигрывателя: сейчас на флэшке дожидается очереди "The thing from another world" - тот самый, пятьдесят первого года, фильм.

Но уже много-много лет фантасты предлагают изменить концепцию зрелища, сделав человека не только зрителем, но и участником. Онирофильмы, дрёмовизоры, гипнотеатры – называйте как хотите, суть одна: управляемое и программируемое сновидение. Лёг, уснул и смотришь "Двадцать тысяч лье под водой", сам выбрав роль по себе: капитана Немо, "Наутилуса" или мирового океана.

А какое было бы раздолье для власти! Для бизнеса! Ведь не будешь же специально просыпаться, чтобы переключить рекламу, партийную или коммерческую. Посмотришь "Трёх мушкетеров", а заодно и уяснишь, кто на свете всех милее. Да с самого детского сада, что детского сада – ещё внутриутробно можно воспитывать суверенного гражданина, прививая ему ценности стабильности, лояльности и преданности барину.

И ведь были попытки, были! До фильмов толком дело не дошло, но гипнопедию применяли, и применяли довольно активно. Абрам Моисеевич Свядощ – ещё один герой будущих триллеров. В тридцатые годы он, тогда молодой психиатр, пропагандирует идею воздействия на человеческую психику во сне. Во сне она, психика, более пластична и способна воспринимать то, от чего в полном сознании человек, быть может, и отшатнётся в ужасе.

Кого и как готовили в тридцатые годы и далее – это уже тайна, на которую срок давности не распространяется. Как известно, существуют тайны, прикосновение к которым убивает. Сам Свядощ в сороковые годы демонстративно переключается на сексопатологию, что отчасти можно расценивать и как операцию прикрытия. Тайны женской сексуальности, методы борьбы с гомосексуализмом и прочие его работы шокировали и скандализировали научное и околонаучное общество той поры.

На этом фоне стушёвываются до невидимости прежние работы Свядоща. В пятидесятых-шестидесятых годах о гипнопедии вспоминают, но преимущественно в связи с изучением иностранных языков, что позволяет предположить, что и в тридцатые-сороковые годы языкам во сне обучали интенсивно, отрабатывая у агентов и берлинский акцент, и баварский, и техасский – впрочем, это всего лишь фантазия литератора…

Но (как обычно, это маленькое слово порождает большие проблемы) отдалённые результаты гипнотерапии трудно поддавались прогнозу. Человек на трибуне при получении правительственной награды вдруг начинал говорить по-немецки, ввергая окружающих в ступор – на дворе-то сорок пятый год. Или милиционер, выйдя за кефиром в ближайший гастроном, вдруг принимался расстреливать простодушных прохожих. Или ученицы спецкласса вдруг начинали прыгать с балконов восьмых и девятых этажей…

В общем, покамест гипнопедия и гипнофильмы в широкую практику не внедрены. Рано. Хотя время от времени и появляются сведения, что те или иные корпорации не сегодня так завтра пустят в продажу дрёмовизор по цене 136 долларов за штуку. Yumemi Koubou или что-нибудь вроде этого.

Но этого бояться не стоит. Пока. Может быть, не хватает вычислительных мощностей. Опять же каналы связи с мозгом: использовать традиционные, шапку Мономаха, или сверлить новые? И не последнее – интересы сегодняшних императоров масс-медиа. Ну как дрёмовизор разом вытеснит и телевизоры, и айподы, и прочие не окупившие пока себя разработки? Нужен переходный период!

Вот тогда дрёмовизор станет недорогой, но обязательной принадлежностью квартиры, как радиоточка в шестидесятые, желающим мыслить автономно придётся носить железные колпаки и накрывать любимые диваны экранирующей сеткой, а по утрам интересоваться, кто что видел во сне. И если вдруг выяснится, что сны были одинаковыми – все дружно несли денежки в фонд нанонизации Заполярья, вступали в общество любителей лечебного голодания или переселялись в лунные дома отдыха, – что же, значит, революция зрелищ, о которой столько лет мечтали лучшие умы человечества, свершилась.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2019
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.