Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Василий Щепетнёв: Женитьба и кумыс

АрхивКолонка Щепетнева
автор : Василий Щепетнев   14.11.2011

Антон Павлович заскучал. Настолько заскучал, что решил перечеркнуть будущее. Или как минимум поставить крест на лечении, которое давало явный и несомненный эффект.

Женитьба Чехова напоминала водевиль: женился он быстро, тайно и под нажимом невесты. Для чего нужна эта женитьба, Чехов и сам толком не мог ответить, потому в письмах к родным и друзьям он, любивший слова точные, отделывался словами общими. То есть ответить-то он, понятно, мог, но уж больно циничным был бы ответ, а Чехов этого не терпел, во всяком случае по отношению к себе.

В конце концов, убытка никому от женитьбы нет, а Ольге Леонардовне приятно. И во всех отношениях полезно: одно дело быть просто хорошей артисткой, а другое – женой лучшего драматурга России. Разница в статусе огромна.

Сразу после венчания молодые отправились в башкирские степи.

Здоровье Чехова, вернее, то, что от него осталось к лету тысяча девятьсот первого года, требовало самого пристального внимания. Надёжного способа лечения туберкулёза не существовало. Лечили эмпирически, уповали на целебные силы природы, которые всяк трактовал по-своему.

Чехову предписана была Ялта, но дом, который он построил, был холодным, а печи грели скверно, и всякую зиму он болел, и болел тяжело. Из приятного, даже красивого человека он стремительно превращался в старичка с пенсне – стоит только разложить фотографии в хронологическом порядке и убедиться.

Доктор Щуровский, обследовавший новобрачного перед женитьбой, настоял: Чехову жизненно необходимо лечиться кумысом. Решено провести лето в Андреевской санатории (тогда санатория была женского рода), что располагалась в Уфимской губернии, неподалеку от станции Аксёново Самарско-Златоусской железной дороги.

Место чудесное: сама санатория стояла в берёзовой рощице, а кругом степь, да степь, да опять степь. А в степи (домик Чеховых располагался как раз на краю санатории) – полевые цветы. Выйдешь наружу, вздохнёшь – и хочется жить. Есть и речка Дёма: Чехов очень любил рыбачить. Благодать!

Режим в санатории лечебный. Питание диетическое, по часам. Шуметь, играть вечерами на музыкальных инструментах, мешать соседям не дозволяется. Медперсонал относится к Чехову с величайшей предупредительностью, доктор Варавка даже ходит вместе со знаменитым коллегой на рыбалку. Рыба клюёт, и какая рыба – форель, хариусы!

Но, конечно, главное – кумыс. В санатории пьют много кумыса крепостью в три-четыре градуса, не "идентичного натуральному" из коровьего молока, а подлинного, кобыльего ("Кумыса не пейте в Петербурге, его можно пить только здесь, в восточных губерниях, куда и советую Вам направиться в будущем году. От петербургского кумыса ничего не наживёте кроме поноса". Чехов – Миролюбову).

Чехов выпивает четыре бутылки в день – два с половиной литра. Кашель унялся, он ходит осоловевший, много спит и поправляется на глазах, за месяц прибавил пять очень нужных килограммов. Все признаки того, что дело идёт на лад, налицо даже и буквально.

Казалось бы, лечись и лечись: денег достаточно, время не подгоняет, в санатории милые добрые люди, а впереди предполагается целая жизнь, ради которой и нужно укрепить здоровье. Плюс рядом любящая, заботливая молодая жена (иные скажут, что женой надобно начинать список причин лечиться в санатории, а не заключать его).

Но на исходе третьей недели пребывания в степи Чехов решает вернуться в Ялту. Почему, зачем? Основное объяснение, которое можно вычитать из писем: Антон Павлович заскучал. Настолько заскучал, что решил перечеркнуть будущее. Или как минимум поставить крест на лечении, которое давало явный и несомненный эффект.

На ялтинской, августа девятьсот первого года, фотографии С. Линдена видно, что лечение кумысом – штука хорошая: Чехов пополнел, посвежел, помолодел. Почему лечение было прервано, до сего дня неразгаданная тайна. Самое простое - обвинить во всём баб. Мол, заели его век эгоистки.

Сестра Чехова, Мария Павловна, упрекала Антона Павловича в том, что с приходом жены она, сестра, теряет всякое положение в семье. Жена Чехова, Ольга Леонардовна, тоже не раз пускала парфянские стрелы в золовку. Матушка Чехова, Евгения Яковлевна, всю жизнь во главу угла ставила собственные интересы и даже еду Антону велела готовить по собственному вкусу, а не по предписаниям докторов. Траектории выстрелов всегда шли через Чехова и частенько на нём, Чехове, и обрывались.

Хотя, возможно, прекратил кумысолечение Чехов и по иной причине, которую мы когда-нибудь узнаем. Или нет.

Матушка, Евгения Яковлевна Чехова, скончалась третьего января сурового девятнадцатого года, на восемьдесят четвёртом году жизни.

Жена, Ольга Леонардовна Книппер-Чехова, умерла двадцать второго марта пятьдесят девятого года на девяносто первом году жизни.

Сестра, Мария Павловна Чехова, умерла пятнадцатого января пятьдесят седьмого года, на девяносто четвёртом году жизни.

Антон Павлович Чехов умер пятнадцатого июля девятьсот четвёртого года, на сорок пятом году жизни.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2019
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.