Архивы: по дате | по разделам | по авторам

О системах и совокупностях

Архив
автор : Павел Протасов   07.02.2006

В конце января российскую часть Интернета залихорадило. Десятки новостных сайтов испуганно сообщали, что через полгода в Интернет без паспорта не войдешь, а IP-телефония отныне вообще поставлена вне закона.

В конце января российскую часть Интернета залихорадило. Десятки новостных сайтов испуганно сообщали, что через полгода в Интернет без паспорта не войдешь, а IP-телефония отныне вообще поставлена вне закона. Основанием для подобных заявлений послужило одно из постановлений Правительства РФ. Что же имело в виду правительство, попытался разобраться Павел Протасов, обнаруживший, что удар по IP-телефонии был нанесен не в конце января 2006 года, а намного раньше. - В.Г.

C 1 января вступил в силу ряд нормативных документов, принятие которых предусмотрено законом "О связи". Главным образом это разного рода "Правила". Среди них, например, Правила оказания услуг подвижной связи, в соответствии с которыми потребителям будут оказываться услуги мобильных операторов. Их принятие является частью работы правительства по детальному урегулированию всех видов услуг связи. Раньше в случае возникновения разногласий к услугам потребителя были разве что закон о защите его прав да Гражданский кодекс.

Однако сейчас речь пойдет не об этих документах, а о "втором эшелоне" - если два постановления можно так назвать. Они также созданы для того, чтобы быть "встроенными" в систему нормативных актов о связи, и имеют большое значение для пользователей Интернета.

Система законодательства

Первый из документов - Постановление "О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 18 февраля 2005 г. №87". Постановление №87, в свою очередь, содержит перечень наименований услуг связи, вносимых в лицензии операторов, а также перечень условий для осуществления деятельности в области оказания услуг связи. Говоря человеческим языком, "перечни" определяют, что конкретно подлежит лицензированию в области связи.

Трудно переоценить роль в законодательстве всякого рода определений. И именно с этим постановлением связано значительное количество споров и "разборок". Правительство, принимая его, стремилось, чтобы под определение из перечня лицензируемых видов деятельности попала так называемая IP-телефония. Операторы связи платить лишние деньги, естественно, не хотели, но поскольку изменить в перечнях ничего не могли, изо всех сил пытались дать определениям такое толкование, чтобы вывести телефонию из-под удара. Шла своеобразная позиционная война.

В итоге правительство решило-таки подчистить формулировки - не только для IP-телефонии, но и для других видов деятельности, обеспечив их четкость и единство. Так, слова "передача голосовой информации в сети передачи данных" заменены везде, где они встречаются, на формулу "передача данных для целей передачи голосовой информации". В любом случае - лицензии на "телефонию" вводятся не этим. Они были и раньше.

Вводится также обязательное оказание операторами IP-телефонии так называемых "универсальных услуг связи", однако, не всеми, а только "операторами универсального обслуживания". Термины эти закрепляются соответственно в статьях 57 и 58 закона "О связи". Под "услугами" в законе понимается связь с использованием таксофонов, передача данных и доступ в Интернет и использованием пунктов коллективного доступа. Под "оператором" же понимается конкретный оператор, который либо выиграл конкурс на оказание "услуг", либо назначен - в том случае, если конкурсантов не нашлось. Убытки, причиненные "оператору", возмещаются в порядке, установленном статьями 59–61 Закона, для чего создается специальный фонд, куда идут отчисления остальных операторов связи.

Однако самое большое неудобство связано с тем, что операторы IP-телефонии, желающие предоставлять пользователям возможность позвонить на обычный телефон, должны выполнить требования по "присоединению" своей сети к сети общего пользования, которое будет осуществляться в соответствии с "Правилами присоединения сетей электросвязи и их взаимодействия", вступившими в силу как раз с 1 января этого года.

Вы спросите: а какое же значение имеет данный документ для рядовых интернетчиков? Мое мнение - имеет, но не очень значительное. Однако разделяют его не все[Ну, собственно, и в редакции его разделяют не все. Лишние лицензии ведут к лишним издержкам, которые компании могут попытаться компенсировать за счет повышения тарифов. Так что рядовым потребителям радоваться нечему. — В.Г.]. По крайней мере, в комментариях самих пользователей проскальзывали две основные темы: об "удушении IP-телефонии" и "о запрете программ для передачи голосовой информации". Спешу вас успокоить: "телефония" и так "удушена", ну, по крайней мере, с февраля прошлого года, когда была принята первая редакция Постановления. Если кто-то "на местах" и доказал каким-то макаром, что вовсе не "голосовую информацию", а данные он передает, причем - в предназначенной специально для этого сети ("Интернет" называется), то теперь отвертеться будет гораздо труднее.

Что же касается "запрета Skype", то в этом случае надо смотреть в корень всей системы нормативных актов, регламентирующих связь, - в закон "О связи". В его 29-й статье сказано, что лицензированию подлежит "деятельность по возмездному оказанию услуг связи". То есть гоняйте себе на своем компьютере что хотите[К платным услугам Skype (например, SkypeOut) это не относится, но это больше проблемы самой компании, чем пользователя (впрочем, если бы Skype мог законно приземлять звонки в России, то тарифы наверняка были бы немного ниже, а качество — выше). Другими словами, российские пользователи могут покупать любые услуги Skype, а уж как они реализованы — это головная боль компании.— В.Г.]. Не нужна лицензия и на сети связи организаций, созданные для их работников. Не совсем ясно, как быть, скажем, с точками доступа по Wi-Fi, которыми сейчас покрываются Москва и другие крупные города. Видимо, от лицензирования есть шанс отвертеться в том случае, если доступ предоставляется бесплатно.

Что же касается многочисленных утверждений о том, что раз трафик IP-телефонии идет через Интернет, то и лицензироваться она должна соответственно, а то и не лицензироваться вовсе, здесь утверждающие, боюсь, не понимают собственно системы лицензирования. Если мы посмотрим в перечень видов деятельности, то увидим, что они делятся в зависимости от того, что представляет собой услуга для пользователя, а не какими средствами обеспечивается ее оказание. То есть передача голосовой информации и данных - это разные группы услуг. Еще они делятся, например, в зависимости от того, в какой "сети связи" оказываются: есть сети "общего пользования", предназначенные для оказания услуг на территории всей Российской Федерации, есть "выделенные сети", которыми пользуется ограниченный круг лиц, и так далее.

Вот и для лицензирования "IP-телефонии" имеет приоритет то, что она предназначена для голосовых сообщений, а не то, что она работает по Интернету. Лишним подтверждением этому служит и официальная точка зрения Министерства связи, которое считает, что IP-телефония - "не услуга связи, а одна из технологий (VoIP), применяемых при оказании таких услуг". И совсем неважно, какими путями идет трафик при ее использовании. Так что сторонники бесконтрольности IP-телефонии, боюсь, просто не учитывают эту, я бы сказал, концептуальную особенность. В конце концов, когда Александр Белл создавал сеть связи из двух аппаратов, его тоже никто не заставлял получать лицензию.

Кстати, согласно той же 29-й статье закона "О связи", перечень наименований услуг подлежит ежегодному уточнению, так что он, вероятно, со временем будет отражать и другие изменения в поступи прогресса. Никогда ведь не знаешь, какими путями пойдет трафик…

Более того, для целей лицензирования отдельно выделяются даже "телематические услуги связи" - имеется в виду собственно доступ в Интернет: он отделен от "передачи данных". Также выделяются "телематические службы" - это электронная почта, службы обмена факсовыми сообщениями, передача телеконференций и другие, кроме "онлайнового доступа".

А бороться с лицензированием стоит, наверное, как-то воздействуя на Правительство и не ища "лазейки в законах". Тем более если их там нет.

Совокупность определений

Второй документ из подвергаемых препарированию называется "Правила оказания услуг по передаче данных". Утверждены Правила постановлением Правительства от 23 января этого года и в силу вступают с 1 июля.

В пункте 8 Правил, кстати, просто "передача данных" и "передача данных для целей передачи голосовой информации" отделены друг от друга явно. Еще одно нововведение - в пункте 12, согласно которому оператор связи обязан оказывать определенные услуги абоненту, причем круглосуточно. В число таких услуг входит и "прием от абонента и пользователя информации о технических неисправностях, препятствующих пользованию услугами связи по передаче данных". Впрочем, не спешите радоваться: решение этих проблем круглосуточно вам никто не обещал. Скорее всего, двенадцатый пункт будет исполняться с помощью провайдерского сервера со специальной формой для жалоб, ответы на которые - как обычно, в рабочее время. То же самое - с предоставлением информации о тарифах, состоянии лицевого счета и оказываемых услугах: на сервере моего провайдера все это есть давным-давно. Еще определен в Правилах перечень информации, которую оператор связи обязан предоставить потребителю.

Также оператор должен извещать абонентов об изменении в тарифах не менее чем за десять дней. На тот случай, если телефонной связью вы пользуетесь от местного "Связьинформа", а выделенную линию намерены провести от его конкурента, пунктом 34 предусмотрена обязанность "Связьинформа" изменить схему вашего подключения (что, впрочем, верно для любой комбинации операторов связи, но этот вариант - самый частый). Пункт 40 устанавливает системы дифференциации тарифов на услуги, при этом кроме обычных "повременной" и "за трафик" предусмотрена еще система, зависящая от расстояния между оборудованием оператора и абонента. Предусмотрено, что ответ на вызов автоответчика или другого подобного устройства приравнивается к ответу вызываемого абонента (пункт 42). Есть у абонента право обратиться к оператору с целью вернуть неистраченные деньги, внесенные в качестве аванса (пункт 46), а также потребовать возврата оплаты за те периоды, когда по вине оператора пользоваться его услугами было невозможно (пункт 51). В пункте 62 предусмотрена "Книга жалоб и предложений", которую оператор обязан завести и выдавать по первому требованию пользователя. Установлен также претензионный порядок разрешения разногласий между абонентом и оператором, срок рассмотрения претензии - 60 дней, в случае несогласия с результатом абонент может обратиться в суд.

Однако больше всего разногласий вызвал раздел о порядке и условиях заключения договора. В пункте 26 Правил сказано, что при заключении договора в нем указываются данные о личности абонента и реквизиты документа, эту личность удостоверяющего. Вполне разумное требование, которое действовало де-факто и до принятия Правил. Однако разногласия вызвал вопрос о том, а надо ли, во-первых, предъявлять паспорт при пользовании услугами интернет-кафе и пунктов коллективного доступа, и во-вторых, как теперь будет обстоять дело с "Интернетом по карточкам", когда пользователь просто покупал карту в киоске, стирал защитный слой, вводил пароль на специальном сайте и получал доступ в сеть, абсолютно никому и ничего не предъявляя.

Пункт 24 Правил устанавливает, что договор заключается либо в письменной форме, либо "путем осуществления конклюдентных действий". Именно эта формулировка и способствовала появлению мнения о том, что в интернет-кафе паспорт не обязателен. Ситуацию усугубили составители текста Правил, указавшие, что договор "считается заключенным с момента осуществления абонентом… действий, направленных на установление соединения по сети передачи данных". Народ, не разобравшись, посчитал, будто заключение договора именно так и осуществляется: посадкой за компьютер и установлением соединения. Меж тем "момент заключения договора" - это самостоятельное понятие в гражданском праве, с порядком его заключения ничего общего не имеющее. (Это - снова к вопросу о поиске "лазеек в законах".)

Если для уяснения смысла предыдущего документа нам пришлось залезть в закон "О связи", то в этот раз мы пойдем еще дальше - в Гражданский кодекс. Но сначала вспомним, что же это за действия - "конклюдентные". Любой учебник гражданского права поведает вам, что это - "действия, из которых видно намерение лица совершить сделку". То есть подходит человек к автомату, кидает в него монетку, жмет кнопку и получает что-нибудь вкусненькое - это сделка, совершенная в виде "конклюдентных действий" (далее буду сокращать до "действий", ибо можно сломать пальцы, а вы, если вздумаете прочесть вслух, сломаете язык. Обойдемся без членовредительства).

Явно сформулированного определения "действий" в законодательстве не содержится. Это чисто практическое понятие, своим появлением обязанное второй части статьи 158 Гражданского кодекса, посвященной "устной форме совершения сделки". И пишется там, что сделки, которые могут быть совершены устно, считаются совершенными "и в том случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку". Вот такие действия, заменяющие собой волеизъявление, и прозвали в народе, а также в специальной литературе… ну, вы поняли как. При этом сами они не являются самостоятельной формой совершения сделки, а только заменяют "устную". Это понятие, став общепринятым, проникло и в некоторые нормативные акты, в том числе, к сожалению, и в Правила. Почему "к сожалению"? А вот почему.

Сделки, которые обычно заключаются с помощью одних лишь "действий", можно пересчитать по пальцам. Одна из них - покупка с использованием автомата (а также получение или обмен денег). Еще можно вспомнить фактическое вступление во владение наследством и "символическую передачу", например, ключей от машины. Еще… а больше ничего не вспоминается. Подавляющее большинство сделок, которые можно заключать в устной форме, совершаются в виде совокупности этой самой "формы" и "действий". То есть когда человек приходит в интернет-кафе, говорит: "Мне полчаса, пожалуйста", и из его поведения ясно видно, что эти полчаса он намерен провести в Сети, - это ведь ни то и ни другое. Это - и то и другое вместе. В устной форме оговариваются те детали, которые нельзя определить с помощью "действий", а также устраняются возникшие в процессе определения условий сделки разногласия.

Если же мы обратимся к учебной литературе, то обнаружим, что там положение еще запутаннее. Например, комментарий к ГК под редакцией Т. Е. Абовой и А. Ю. Кабалкина (М.: "Юрайт-Издат", 2004, цит. по системе "Гарант") сообщает нам следующее: "В случаях, предусмотренных законом, стороны могут прибегать к определенным конклюдентным действиям при заключении сделки, требующей письменной формы…" Чуете, что творится? Понятие "действий" размывается, как это бывает с терминами, которые "все знают". И в знаниях своих настолько уверены, что не проверяют значение термина, вследствие чего понимают его каждый по-своему…

Так вот, возвращаясь к Правилам - что же понимает под "действиями" их неизвестный составитель? А как раз ту самую "смесь", что используется при заключении сделок на практике и включает в себя еще и "устную форму". Если же мы будем толковать текст 24 пункта буквально, понимая под "действиями" - действия, то получится, что при заключении договора объясняться с админом кафе нужно мычанием и жестами - явно абсурдное предположение.

А вот если бы автор держал при написании текста в голове не учебник гражданского права, а текст 158-й статьи ГК, то под "действиями" он понимал бы просто форму заключения сделки, эквивалентную устной. Попробуйте подставить в текст "устную форму" вместо "действий" - и станет ясно, что для случая с кафе никаких препятствий для требования паспорта нет. Сейчас трудно сказать, как будут на практике толковаться Правила, поскольку до их вступления в силу еще полгода, но лично мне кажется правильным толкование именно с учетом этой путаницы в терминологии (которую Правительство, может быть, еще успеет исправить).

Вдобавок в Правилах есть пункт 20, который гласит, что "гражданин при подаче заявления о заключении договора предъявляет документ, удостоверяющий его личность". И вот тут никаких исключений для интернет-кафе уже не установлено. Заявления, разумеется, могут храниться и использоваться "кровавой гэбней" для того, чтобы всех посчитать, да-да.

Так что я вынужден огорчить неуловимых Джо, которые больше всего ценят в Сети возможность "скрыться от спецслужб": паспорт показывать, судя по всему, придется. Как придется распрощаться и с "Интернетом по карточкам"[Увы, ситуацию с паспортами слегка запутал не кто-нибудь, а директор департамента госполитики Мининформсвязи Виталий Слизень. На пресс-конференции 1 февраля он заявил буквально следующее: "Доступ в Интернет давным-давно авторизованный (иначе как бы взималась плата за данную услугу), но никто не говорит о необходимости предъявлять паспорт при выходе в Сеть". Судя по словам об "авторизованном доступе", как раз анонимные скретч-карты он, скорее всего, в виду и не имел. Вдобавок Слизень, для которого понятия из области связи значат совсем не то, что для нас, смертных, мог под "доступом в Интернет" иметь в виду не "передачу данных", а "телематические услуги связи", которые, как я уже сказал, законодательство разделяет явно. В общем, смысл этой цитаты остался для меня туманным. Из самого же текста Правил следует обязательность требований идентификации личности пользователя с учетом приведенного выше толкования. Впрочем, если руководство Минсвязи отступит от текста Правил и сделает поблажку для интернет-кафе, их прихожане, думаю, возражать не будут.— П.П.]. Но я же могу их и обрадовать: скорее всего, спецслужбам они и не нужны.
 

ВИКТОР НАУМОВ
Руководитель группы по правовой защите ИС и ИТ DLA Piper Rudnick Gray Cary, к.ю.н.

Правила - сложный для разработки, понимания и прочтения документ. С одной стороны, он регулирует специфическую сферу отношений, где технические нормы, стандарты, правила и протоколы играют ключевую роль и без их понимания адекватное нормотворчество и правоприменение невозможно. Но с другой стороны, поскольку это акт Правительства, на мой взгляд, регулирование должно быть более общим и не содержать конструкций, требующих глубоких технических знаний. Последние присутствуют далеко не у всех юридических лиц, что уж говорить о гражданах, получающих соответствующие услуги. Такая узкая ориентация является главным недостатком акта.

Сознаюсь, что когда я выписал в столбец все определения из Правил, из действующих актов и руководящих документов отрасли (которые нормативно-правовым актами не считаются), у меня появились сомнения в сбалансированности терминологической базы - в частности, в соотнесении понятия ПД с телематикой. Но, повторюсь, без детального мозгового штурма с участием наших технических экспертов мне трудно аргументировать свои ощущения.

Большинство положений нормативно-правового акта способствуют установлению единого порядка оказания услуг. Они детализируют регулирование отношений по защите прав абонентов и, в частности, потребителей, подробно рассматривают отношения по заключению договора, его существенные условия, их изменение, тарификацию, информационное обслуживание и т. д.
В ряде положений Правила, наоборот, довольно общи и существенных деталей не содержат. Например, сейчас меняется информационное законодательство. В ближайшие дни во втором чтении запланировано рассмотреть новый закон "О персональных данных". В этой связи категория "сведения об абоненте", "уникальный код идентификации" и иные понятия Правил должны быть четко соотнесены с понятием персональных данных и принципами неприкосновенности частной жизни.
Ряд вопросов, рассматриваемых в Правилах, можно толковать по-разному. Такова, например, проблема анонимности доступа к услугам по карточкам. На самом деле это очень важный вопрос, который предлагается решить на уровне подзаконного акта, хотя он заслуживает, во-первых, публичного обсуждения, во-вторых, законодательного разрешения, поскольку это концептуально для информационных отношений - можно ли участвовать в отношениях (во всех или ограниченных по объектному и субъектному составу) без раскрытия сведений о себе?

Интересно, что в п. 20 Правил обязанность предъявления документа лежит на гражданине. В этой связи любопытным может показаться вопрос, может ли быть оператор привлечен к ответственности за нарушение данного пункта?

Полагаю, что до введения Правил в действие этим летом по результатам широкого их обсуждения (уже сейчас Правила стали предметом пристального внимания) в них будут внесены существенные изменения и дополнения как технического характера, так и делающие документ более читаемым, а также снимающие неясности в ряде вопросов.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2022
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.