Архивы: по дате | по разделам | по авторам

«Черная месса» на слова пророка Исаии

Архив
автор : Михаил Ваннах   01.09.2004

В европейской культуре известен обряд черной мессы. Поклонение светлому началу — и смысл, и ритуал — выворачивается наизнанку ради почитания чего-то прямо противоположного.

Теология

В европейской культуре известен обряд черной мессы. Поклонение светлому началу — и смысл, и ритуал — выворачивается наизнанку ради почитания чего-то прямо противоположного. Того, что с точки зрения теизма началом не является и означает лишь отсутствие света.

Известна и статуя у здания ООН в Нью-Йорке работы Е. Вучетича. «Перекуем мечи на орала». Аллегория на слова ветхозаветного Исаии «…перекуют мечи свои на орала…» (Ис. 2:4). Выражение извечной мечты о мирной и устроенной жизни. Подарок международной организации от Никиты Хрущева.

Распространенность мнения о сверхвысоких технологиях, кующихся в глубоко засекреченных недрах военно-промышленных комплексов разных стран, поражает. Американские конгрессмены после «Бури в пустыне» призывали на основе технологий «Томагавков» создавать видеомагнитофоны. Российские либерал-реформаторы начала 90-х любили петь о конверсии оборонной промышленности и изобилии, долженствующем проистечь из оного. Просвещенные патриоты начала нынешнего века грезят о восстановлении Империи (а значит, и потока благ) на базе технологий ВПК. Кто-то из них сознательно лжет, — но большинство, полагаю, пребывает всего лишь в заблуждении. Очень опасном, кстати.

Литература

Никакое государство не может развиваться без науки — его уничтожат соседи.

А. Стругацкий, Б. Стругацкий
«Трудно быть богом» 

Военные успехи государств, безусловно, оказывают влияние на жизнь наук. «Война, — говорил в 1897-м alter ego Анатоля Франса, герой «Современной истории», профессор Бержере, — чревата последствиями. Из письма моего уважаемого друга Вильяма Гаррисона я узнал, что с тысяча восемьсот семьдесят первого года французская наука перестала пользоваться почетом в Англии и что в университетах Оксфорда, Кембриджа и Дублина намеренно игнорируется руководство по археологии Мориса Ренуара, хотя из всех подобных трудов — это лучшее пособие для студентов. Но там не желают учиться у побежденных. И, если верить его словам, профессор, читающий об эгинском искусстве или о происхождении греческой керамики, должен принадлежать к нации, которая славится искусством лить пушки, иначе его не будут слушать».

Потребности войны изредка выступали и в качестве щита для науки. Нужда СССР в атомном оружии остановила идеологический разгром физики, не дав теории относительности и квантовой механике разделить участь генетики и кибернетики. Этот феномен дал возможность «физикам» 60-х быть куда более свободомыслящими, чем «лирики». Даже в эпоху наибольшей мощи советской империи и всевластия КПСС Академия наук отказалась изгнать из своих рядов Андрея Дмитриевича Сахарова. Это оказало огромное влияние на психологию шестидесятников. Не зря в «тамиздатовских» «Гадких лебедях» Стругацких за беллетриста-диссидента Банева заступались генералы.

Механизм воздействия военной науки на общество виделся примерно так, как размышлял благородный Румата в «Трудно быть богом». Гонка вооружений порождает потребность в развитии наук. Науки, в свою очередь, тянут за собой образование и культуру, благотворно влияющие на нравы.

Свежие примеры были: поверженный Третий Рейх с его кострами из книг, изгнанием ученых и интересом к астрологии на высшем уровне. Хлебнувшая ядерного огня феодально-милитаристская Япония…

Но, как говорили сослуживцы Руматы, «это очень все бла-ародно…» А как на самом деле? Как соотносятся развитие наук, развитие технологий и военные успехи?

Промышленность, пар, эволюционизм

Машинная промышленность оформилась к середине XIX века. Хайтеком того времени были пар, железные дороги и телеграф.

Гражданская война 1861–65 гг. в США была первой войной индустриальной эпохи. Чему учит история этой войны?

К началу противостояния у Севера было преимущество перед Югом в людских ресурсах и общественном богатстве, в протяженности и развитости железнодорожной сети, абсолютное превосходство в промышленности и флоте, да и благородная цель — отмена рабства. Казалось, победа не за горами. Не тут-то было!

Первый броненосец — «Мерримак» — ввели в строй южане, воспользовавшись единственным литейным заводом в Ричмонде и с ужасающим эффектом продемонстрировав его превосходство на блокирующих кораблях Союза. Броня «Мерримака» была прокатана из старых рельсов — орала перековывались на мечи!

Итак, отметим: в военных целях может быть эффективно использована даже отсталая производственно-технологическая база. Была бы оригинальная специализированная конструкция.

С начала войны более развитый технологически и экономически Север не раз оказывался на грани поражения. «Чертовы перечницы», магазинные винтовки северян не давали в полевом бою решительных преимуществ перед однозарядными нарезными ружьями конфедератов. Превосходство Союза в железных дорогах, обеспечивающих в том числе военное снабжение, компенсировалось лихими кавалерийскими рейдами Форреста и Моргана, резавшими коммуникации. Северяне дрались мужественно. Им не уступали и южане. Исход дела решила не промышленность Союза, не морская блокада и броненосцы-«мониторы» северян, не стойкость Улисса Гранта в самых кровопролитных битвах XIX века. Войну выиграл Билл Шерман, предпринявший знаменитый «марш к морю», с его чрезвычайной, по словам Б. Лиддел Гарта, беспощадностью ударов не только по армии противника, но и по глубокому тылу, в котором оставались семьи солдат. Когда начали пылать усадьбы Юга, а романтичных «скарлетт» в промышленных масштабах поволокли за хлопковые сараи на предмет извечных солдатских нужд, храбрые джентльмены Конфедерации дрогнули и капитулировали.

Для достижения благородной цели отмены рабства Северу потребовалось встать на грань геноцида. Большей цивилизованности было мало. С точки зрения Века Просвещения (Согласно публицисту Борису Парамонову, проживающему в США и поныне) это необъяснимо. Но в 1859 году в естествознании произошла революция. В свет вышло «Происхождение видов» Чарльза Дарвина.

Об эволюции говорили и до него. Но учение Ламарка о прогрессивном характере эволюции под действием внутренних творческих сил организма устраивало и просветителей-рационалистов, и богословов. Дарвин же поставил в основу возникновения видов естественный отбор, выживание наиболее приспособленных. Не неизбежное восхождение к Добру и Знанию, но цепь случайностей и отбор, ведомый природой с когтями и клыками. Человек из объекта умозрений перешел в царство позитивных наук.

Беспощадность войн не зависит от уровня технологического развития. Полки северян, укомплектованные сплошь пасторами, сеяли лишь смерть, а не благодать.

Важнейший урок: там, где военного перевеса за счет одной только промышленности не было, Север применил более эффективные методы ведения войны, нежели военные профессионалы Юга. «Нельзя побеждать, если не умеешь становиться зверем», — писал Джордано Бруно.

Умные лучше приспосабливаются. Но гордиться тут нечем. После Гражданской войны майор армии северян и идейный противник рабства Амброз Бирс оспорил тезис д-ра Джонсона, что патриотизм — последнее прибежище негодяев. «Патриотизм, — писал он, — их первейшее пристанище».

А добро с умом и силой не связано. Оно не с оружейных заводов Коннектикута. Скорее — из признанной политнекорректной «Хижины дяди Тома» и от Гека, плывущего с Джимом на плоту…

Химия

Этюд о взрывчатых веществах

Бризантные ВВ — секретное оружие начала прошлого века. Посмотрим, откуда они.

Дебют. Век назад. Манчжурский Гаолян, скалы Порт-Артура. Японские снаряды, снаряженные шимозой. И в сухопутном, и в морском бою их дробящее действие оказывало не только поражающий, но и психологический эффект. Что крылось за псевдонимом «шимоза»?

Вещество было известно с 1771 года, когда англичанин Вульф в журнале Королевского общества отметил, что, обработав индиго азотной кислотой, можно получить желтую краску. Краску коварную — в 1799 француз Вельтер предупредил о ее взрывоопасности. Швед Йенс Бертелиус окрестил «желтое вещество» пикриназотной кислотой, а француз Дюма окончательно прозвал тринитрофенол пикриновой кислотой.

Обратим внимание: склонность к взрыву считается недостатком желтой краски, что послужило одной из причин ее вытеснения анилинами Зинина.

Еще один французский химик — Турпен — обнаруживает, что плавленая пикриновая кислота является веществом стабильным, но при подрыве детонатором превращается в мощную взрывчатку. Она поступает на вооружение Франции под большим секретом и кличкой «мелинит».

Турпен, впрочем, не удержался и продал секрет мелинита Германии, став прототипом антигероя романа Жюля Верна «Флаг родины». Та же секретность не помешала Дмитрию Ивановичу Менделееву в 1890 году отписать морскому министру Чихачеву: «Что же касается до мелинита, разрушительное действие коего превосходит все данные испытания, то по частным источникам с разных сторон однородно понимается, что мелинит есть не что иное, как сплавленная под большим давлением остывшая пикриновая кислота». Отметим, Менделеев исходил из своих знаний и открытых источников и был совершенно прав. Но для эскадры адмирала Рожественского, бывшего начальника Главного морского штаба, мощь шимозы оказалась у берегов Цусимы гибельным сюрпризом — несмотря на то, что пикриновая кислота в России производилась еще с 1894 года! Вот наглядное сопоставление научного и военно-разведывательного знания.

Для подрыва мелинита требовался детонатор. Первоначально использовалась гремучая ртуть, введенная американцем Шоу и нашедшая широкое применение в капсюльных ружьях. Промышленному производству «ртути» мешало отсутствие данных о ее химическом составе. Задачу эту, весьма небезопасную, решил Юстус Либих, открыв важнейшее явление изомерии, сугубо гражданское и общенаучное, кстати.

Преемники мелинита. Тринитротолуол. Открыт немцем Вильбрандом в 1863 году. Был известен как одна из нитрокислот. Взрывчаткой стал лишь в 1905 году, в Германии, под именем «тротил». Гексоген. Белый, как мел, циклотриметилентринитрамин. Мощнейшая взрывчатка Второй мировой. Запатентован в 1899-м Геннингом как замена родственному ему асептику уротропину. В аптеках не прижился из-за побочных эффектов. Взрывчаткой сделан лишь в 1920 году Герцем, удешевившем его производство. Применяется и поныне.

Этюд о газах

Оружие массового поражения Первой мировой, отравляющие газы, как и пикриновая кислота, пришли из красильного производства. Хлором отбеливают. Фосген используется в крашении. Справочники позапрошлого века предупреждали об их ядовитости. Как и о взрывоопасности тринитрофенола. И, как и с пикриновой кислотой, недостаток стал достоинством. На сей раз — в извращенном мозгу нобелевского лауреата Ф. Габера. Поплыли над землей желтые смертоносные облака. Опять «черная месса».

Кстати, газ «Норд-оста» — секрет Полишинеля. Если бы студенты-медики на «военке» не спали и не строили глазки душке-офицеру, то жертв могло бы быть меньше на порядок. Но, учитывая бедственное состояние «неотложки», радует, что хоть большинство откачали…

Этюд об удобрениях

Синтетические удобрения — благородное дело. Борьба с голодом. Чудесно!

Но именно мирная технология связывания атмосферного азота позволила тому же Габеру продлить сопротивление центральных держав, лишенных в Первую мировую чилийской селитры и обреченных на капитуляцию в начале 1915 года. Правда, дети в кайзеровской Германии рождались без ногтей. Ценой «блестяще организованного голода» производились порох и взрывчатка. «Черная месса» торжествует. Война продлилась до ноября 1918-го. Спасибо нобелевскому лауреату за крушение старой Европы, за большевизм и фашизм!

Физика, электроника, космос

Но отрицать-то благотворную роль военных заказов на ядерную физику невозможно?

Как сказать… Основополагающие, мировоззренческие исследования в этой отрасли были выполнены до письма Эйнштейна Рузвельту, положившего начало гонке ядерных вооружений. Деление урана, цикл Бете — всё «до», а не после.
Технологические достижения? Ни военная технология производства плутония, ни водородные бомбы разной чистоты не уменьшили углеводородной зависимости цивилизации, не приблизили человечество к решению проблемы обеспечения энергией. А после Чернобыля на это и вовсе мало надежды.

А космос? Ведь «Союз» и «Протон» — это псевдонимы военных Р-7 и УР-500. Неужели и здесь нет благотворного влияния войны? Да вряд ли…

И Годдард, и Оберт, и фон Браун, и Королев с Глушко первоначально занимались гражданскими исследованиями. Публиковали труды в открытых изданиях. Потом, в немалой степени из-за ограничений Версальского договора, ракетчиков затребовала война. Но благотворное влияние ракет на науку — это реконверсия. Возврат к цивильным истокам.

Кстати, то, что «Союз» и «Протон» остаются самыми надежными носителями, не говорит о превосходстве советских технологий. Конструкции — да. Шедевры. Плоды творчества гения. А технологии — архаичны в силу специализированности. Найти им гражданское применение — безнадежно (технологиям, но не ракетам!) (То, что Р-7 в ценах конца 80-х оценивалась в два-три миллиона безналичных советских рублей, говорит лишь о специфике бухучета в ВПК тоталитарных режимов).

Радиоастрономия, перевернувшая картину Вселенной. Она-то дитя радаров Второй мировой?

Да нет, основы заложены Янским задолго до войны. Радары и асдики (От ASDIC, Anti-Submarine Detection Investigation Committee) (сонары) — скорее потомство автомобильных радиоприемников 30-х годов. Массовых, благодаря массовой автомобилизации США. Третий Рейх войну в эфире союзникам проиграл — массовой радиопромышленности в более бедном тоталитарном государстве не было, а наличие телевизионной промышленности, служащей идеологии, погоды не делало. Опять реконверсия.

Компьютеры

Многие суперкомпьютеры работают на войну. Но типичный армейский компьютер довольно убог. Что можно сказать о процессоре сигналов на 1-мкм технологии с 1 млрд. операций в секунду? Такой процессор (64VLS) будет устанавливаться на лучший французский истребитель Rafal лишь с 2007 года по модификации Block F3. Архаичность — плата за стойкость к ударам и радиации.

А GPS? Она-то — подарок военных человечеству? Да, создана она Пентагоном. Но ее широкое распространение — заслуга мирной индустрии. Бомбы с GPS-наведением стали возможны благодаря массовым дешевым гражданским приемникам координат. Даже истребители F-14, гордость авианосной авиации США, получили GPS-приемники лишь во второй половине 90-х. Когда все автомобили Volvo пошли с конвейера с GPS…

Косность американцев? Отнюдь. На «Грипены» шведских военно-воздушных сил GPS ставится лишь с прошлого года! Не впечатляют и другие достижения военной авионики. Пилотские ЖК-дисплеи. Размер — 8х8 дюймов. М-да…

Вышвыривает «томкеты» в небо паровая катапульта. Даже с палуб атомных авианосцев, где для этого есть специальное парокотельное отделение. Реликт века пара в цифровом веке. Электромагнитные катапульты будут лишь на перспективном CVX-78, который войдет в строй через десятилетие. (Интересный пример военных технологий — пневматические пушки Залинского конца позапрошлого века. До изобретения мелинита считалось перспективным кидать снаряды с капризным динамитом с помощью нежной пневматики, а не грубого пороха. Эдакая версия тогдашней информационной технологии — пневмопочты. Ждали революции в морском деле. Но технология рассудила по-другому)

Отставание военных технологий вызвано малой серийностью и монополизацией рынка. Это неизбежно.

Экономика и образование

У термитов-воинов челюсти так велики, что они не могут питаться самостоятельно.

Советский Союз с начала 60-х и до конца 80-х не уступал Западу в военной мощи. Но не стал ни технологически передовым, ни богатым. (В конце 70-х в СССР были распространены ткани из лавсана. А в Войне судного дня Армия обороны Израиля потеряла так много танков, что США были вынуждены перебрасывать стратегическому союзнику свои М-60, оголяя европейский театр военных действий. Эти события связывает между собой ПТУР 9М14 «Малютка». Управлялся он по проводам. Те рвались, замыкались… Проблему конструктор С. П. Непобедимый решил, добившись закупки «по импорту» завода по производству лавсана. Искусственная, сугубо штатская нить идеально подошла в качестве высокопрочной изоляции. А заодно народ получил новую одежду. Прекрасно! Но если бы при закупках оборудования учитывали экономический, а не военный эффект, может, Россия жила бы побогаче?)
США гонку на истощение выиграли. Задачей истребителя F-14 на самом деле была не защита авианосцев от крылатых ракет, а экономическое изматывание Советского Союза. Удалось это блестяще. Начало 90-х в России тому свидетельством.

Но изъятие сотен миллиардов долларов на нужды ВПК не прошло для экономики США безболезненно. Это наглядно показывает табл. 1.

Япония с ее цивильной экономикой далеко рванула вперед. Китай — тоже. Секрет его успехов — не руководящая роль КПК. Из таблицы хорошо видно снижение военной нагрузки на валовой национальный продукт.

Военные расходы — это деньги, изъятые и из экономики, и из науки. Без этого часто не обойтись. Чехословакия 30-х была демократическим, технологически развитым и зажиточным государством. Чешское оружие было одним из лучших в мире. Тем не менее, страна на полвека стала колонией своих тоталитарных соседей.

А Ирак, чемпион мира по доле военных расходов в ВНП (75% на 1990-й год), проиграл две войны и лежит в руинах. СССР в последний год своего существования отстегивал армии 36%. «Бронзовый призер» — КНДР с ее 29% — систематически голодает и взрывается.

После Второй мировой реальный победитель был один — США. Нетронутая территория, минимум потерь, экономическая мощь. Геополитика? Не только.

Посмотрим, как в 1920-х обстояло с образованием (табл. 2). Германия создала ракеты V-2 и реактивные Me-262. Американские танки и пулеметы по конструкции сильно уступали немецким. Это видно даже в голливудских «Спасении рядового Райана», «Тонкой красной линии», «Говорящих с ветром». Но сюрпризом для Гитлера стали массово производимые транспорты Liberty и Victory, оптические прицелы Bushnell. Конвейерное производство высокотехнологической продукции требовало массового образования. А оно, в свою очередь, позволило реализовать атомный проект, когда масс-спектрометр стал массовым измерительным прибором, носимым на плече лаборанткой из вчерашних аризонских школьниц. А в Рейхе разрыв между университетами и рабочими районами был весьма велик.

Это важно. Но еще важнее была привлекательность открытого и свободного общества для ученых-эмигрантов из Старого Света, восприимчивость этого социума к новинкам. Ведь и ракеты «холодной войны», и лунные «Сатурны» конструировал штурмбанфюрер Вернер фон Браун.

И, конечно же, экономика. Сотни миллионов банок тушенки, сала, консервированного сыра и сосисок; десятки миллионов солдатских башмаков; сотни тысяч «студебеккеров» и «виллисов», что шли конвоями через Атлантику в Британию, через Мурманск и Персию в Россию. Гигантский тыл объединенных наций.

Ну и политическая изощренность демократий. Она посильнее, чем у тоталитарных режимов. Не нужны ухищрения конспирологов, чтобы прочитать, как будущий президент Трумэн открыто мотивировал ленд-лиз желанием максимального взаимного ослабления сталинского и гитлеровского режимов.

В итоге Америка прекрасно приспособилась к послевоенному миру, а на родине ракет пахать больше земли тракторами, чем лошадками, стали лишь в конце 50-х, после Спутника. Так что ход и исход Второй мировой и холодной войн сильнее зависели от числа школьников и студентов, чем от конструкции оружия.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2019
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.