Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Здесь продается славянский шкаф?

Архив
автор : Владимир Гуриев   29.08.2003

«…сбор в магазине, расположенном между Уитфилд-стрит и Тоттенхем-Корт-роуд, ровно в 18:30.

«…сбор в магазине, расположенном между Уитфилд-стрит
и Тоттенхем-Корт-роуд, ровно в 18:30.
1 В магазине нельзя пить, курить и есть.
2 Во время акции забудьте о существовании буквы «о». Старайтесь произносить все слова так, будто ее нет и никогда не было.
3 В указанный магазин нужно прийти ровно в 18:30.
4 …
5 Посмотрите на диван с почтением и с придыханием произнесите: «О, что за диван!»
6 Не забывайте о пункте 2!
7 Точно в 18:40 покиньте магазин и расходитесь».

Документ, отрывок из которого вы только что прочли, написан психически здоровым человеком. Более того, около двух сотен человек, прочитавших этот документ, поступили согласно опубликованным инструкциям. 7 августа они появились в мебельном магазинчике в Вест-энде и в течение десяти минут, старательно проглатывая звук «о», восхищались предметами мягкой мебели. В 18:40 эти, казалось бы, неглупые взрослые люди разошлись, оставив владельца магазина в крайнем недоумении. Впрочем, недоумевать ему пришлось недолго — уже вечером чуть ли не все британские газеты рассказывали, что заморская мода на flash mob докатилась-таки до Соединенного Королевства.

Из этих статей владелец магазина смог узнать, что стал жертвой первых лондонских флэшмобберов, единственной целью которых было развлечь себя, глядя на недоуменные ухмылки окружающих.

Придумали это развлечение, как ни странно, американцы, хотя идея flash mob настолько абсурдна, что могла родиться скорее в голове любителя Лира или, на худой конец, поклонника «Монти Пайтон». Строгого определения, что же такое flash mob, не существует. Вкратце любая акция флэшмобберов заключается в следующем. Люди, обычно незнакомые между собой, собираются в определенное время в определенном месте, совершают несколько бессмысленных, но безвредных для окружающих действий, после чего мирно расходятся. Большинство акций запечатлевается на фото и видео, благодаря чему участники «розыгрышей» могут еще долго обсасывать подробности происшедшего на сайтах или в личной переписке.

Первый флэшмоб был проведен в Нью-Йорке в мае этого года, однако сейчас эпидемией флэшмоббинга охвачена чуть ли не вся Европа. Рим, Берлин, Амстердам, Брюссель, Дублин… Практически в каждой из западноевропейских столиц либо уже проведены флэшмобы, либо пройдут в ближайшие дни.

Подтягивается и Россия. На 16 августа намечено два «встречных» флэшмоба — на Московском вокзале в Санкт-Петербурге и на Ленинградском вокзале в Москве. У этой идеи , правда, есть определенные минусы (то, что вокзал явно не лучшее место для подобных развлечений, очевидно).

И все было бы хорошо, если б не два вопроса, на которые мне удовлетворительных ответов найти не удалось. Во-первых, непонятно, почему идея флэшмобов кажется столь привлекательной такому количеству людей. Во-вторых, неясно, во что все это выльется. Оба вопроса очевидны и приходят в голову многим, однако ситуацию это не проясняет.

Ответов на первый вопрос множество. От раздраженного «а почему бы и нет?» до путаных рассуждений о том, что в век электронных коммуникаций людям хочется простого человеческого тепла и реального общения (версия хорошая, однако нельзя забывать, что участники флэшмобов не общаются друг с другом; часто это даже явно прописано в правилах проведения акции). Интересно, что в Азии флэшмобы (пока?) не популярны.

Со вторым вопросом сложнее. Активисты флэшмоббинга заявляют, что их акции не несут политической окраски, и это правда. Но это сегодняшняя правда. И никто не может гарантировать, что модой на флэшмоб не воспользуются те, кто занимается организацией акций протеста. А они об этом уже думают (см., например, flashprotest.org; также интересна статья Брюса Стерлинга, написанная, когда флэшмоббинга как движения еще не существовало, — www.wired.com/wired/archive/ 11.02/view.html?pg=4).

Кроме того, никто не может защитить флэшмобберов от появления в их рядах преступников, которые могут воспользоваться возникшей во время акции суматохой. И если первые флэшмобы были хоть как-то защищены от этого, поскольку приглашения рассылались цепочкой по электронной почте, что снижало вероятность прихода «чужаков», то теперь организуются массовые рассылки, а то и вовсе информация о грядущих акциях выкладывается в веб на всеобщее обозрение.

Мы уже писали о social software, но похоже, что сейчас зарождаются гораздо более интересные процессы. И если раньше имело смысл говорить о ПО, которое облегчает взаимодействие людей в Сети, то феномен флэшмоба поднимает вопрос о создании ПО, которое облегчало бы взаимодействие людей в реальной жизни, используя для этого все доступные средства коммуникации.

P.S.
Last but not least. Я хочу извиниться перед Дмитрием Владимировым. Его эссе «Сенсорная кома человечества» («КТ» #497-498) было опубликовано под вымышленным псевдонимом Леви Страус, а Дмитрий был указан как переводчик. Нам показалось, что так материал будет смешнее, однако по моей вине вопрос об использовании псевдонима не был согласован с автором. Сейчас конфликт исчерпан, но я обещал Дмитрию, что принесу публичные извинения и разъясню ситуацию. Что я и делаю.
P.P.S. Следующий номер «КТ» выйдет 26 августа и будет сдвоенным.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2022
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.