Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Свободный софт и государство в Латинской Америке

Архив
19.02.2003

Почти каждый день мы читаем сообщения о действиях правительства той или иной страны, так или иначе связанных со свободным софтом. Свободно разработанный софт превратился из хобби для гиков (geeks) в элемент политической жизни. Одно из полей, на котором идет борьба, — выбор программного обеспечения для правительственных учреждений и госорганизаций. С этим выбором связаны как серьезные экономические вопросы, включающие его в сферу постоянного соперничества между Microsoft, IBM, HP, Sun и другими компаниями, так и вопросы принципиальные. Несмотря на то что поток информации по этой проблематике стремительно растет, мы по-прежнему видим лишь верхушку айсберга.

Почти каждый день мы читаем сообщения о действиях правительства той или иной страны, так или иначе связанных со свободным софтом. Свободно разработанный софт превратился из хобби для гиков (geeks) в элемент политической жизни. Одно из полей, на котором идет борьба, — выбор программного обеспечения для правительственных учреждений и госорганизаций. С этим выбором связаны как серьезные экономические вопросы, включающие его в сферу постоянного соперничества между Microsoft, IBM, HP, Sun и другими компаниями, так и вопросы принципиальные. Несмотря на то что поток информации по этой проблематике стремительно растет, мы по-прежнему видим лишь верхушку айсберга.

Сегодня ИТ распространяются в третьем мире значительно быстрее, чем в развитых странах.
Microsoft (MS) заказала агентству IDC детальное исследование ИТ-сектора в 28 странах и регионах. Оказалось, что с 1995 по 2001 г. средний годовой рост расходов на ИТ в этих странах находился в пределах от 4,1% (Япония) до 43,7% (Венесуэла). Расходы на ИТ в Латинской Америке были особенно впечатляющими — кроме Венесуэлы, в пятерку стран с самым быстрым ростом расходов на ИТ входили Мексика, Колумбия и Коста-Рика. Пятой страной в этом списке стал Китай (Microsoft Press Release, 16 апреля 2002 г., www.microsoft.com/presspass/press/2002/Apr02/ 04-16GLCUmbrellaPR.asp).
Затраты на ППО в развивающихся странах в основном складываются из стоимости лицензий на импортируемое ПО. Например, в Индии 80% коробочного ПО, приобретенного в прошлом году, составляла продукция Microsoft.
Для государств с хрупким платежным балансом искушение использовать СПО становится особенно сильным. Из перечисленных выше пяти стран для двух (Китая и Венесуэлы) использование СПО в государственных органах стало официальной государственной политикой; в одной (Мексике) политические баталии по этому вопросу в самом разгаре, а в Колумбии и Коста-Рике скоро начнется обсуждение подобных законопроектов.
Этот процесс усиливает настойчивость, с которой правительство США добивается быстрейшего проведения в жизнь другими странами соглашения ВТО «Об интеллектуальной собственности и торговле» («Trade-Related Aspects of Intellectual Property»,TRIPS) и искоренения ими софтверного пиратства. Так как нередко именно правительственные (в частности, образовательные) учреждения оказываются крупнейшими потребителями пиратского софта, правительствам бывает затруднительно (и дорого) выполнить эти требования. В докладе Международного альянса по защите интеллектуальной собственности говорится:
…правительство Бразилии, видимо, сделало для снижения воровства (пиратского использования) ПО своими учреждениями меньше, чем правительство любой другой крупной страны Латинской Америки. Президент не издал ни одного указа, обязывающего федеральные структуры и учреждения закупать легитимное ПО (International Intellectual Property Alliance, 2001, Special 301: Brazil, www.iipa.com).
О Перу в докладе говорится, что «перуанское правительство [должно] не допускать нарушения прав владельцев копирайта путем использования соответствующего ПО, в особенности делового назначения, в своих министерствах и ведомствах. Должен быть издан указ, гарантирующий легальное использование делового ПО».
О Венесуэле же с отчаянием сказано, что «правительство, к сожалению, стало главным нарушителем прав на деловое ПО».
Ряд американских законов о торговле, например Генеральная система преференций (Generalized System of Preferences, GSP) и некоторые другие*, допускают отказ от предоставления странам, «попустительствующим пиратству», возможности беспошлинного ввоза ряда товаров в США. Так что использование пиратского ПО правительством (в больницах, школах и т. д.) может привести к крупным торговым санкциям со стороны США.
Правительства оказываются перед выбором — платить за лицензии на используемый ими проприетарный бизнес-софт, что непросто сделать при сложностях с экономикой, или перейти на СПО, и в этом случае проблема лицензирования просто исчезнет.
Однако переход на СПО не снимает всех затрат на ИТ: полная стоимость владения** включает затраты на освоение новых систем, стоимость миграции, планирования и т. д. Н
______
* The Caribbean Basin Economic Recovery Act (CBERA), The Andean Trade Preferences Act (ATPA), The U.S.-Caribbean Basin Trade Partnership Act (CBTPA), The African Growth Opportunity Act (AGOA).
** Total Cost of Ownership, TCO.

 

Отчасти это обусловлено языковыми барьерами: без перевода происходящее внутри страны остается невидимым для остального мира. Играет роль и неявный характер присутствия некоторых заинтересованных сторон в информационной картине. Так, Microsoft (и ISC, «Инициатива за выбор программного обеспечения»1, в которой Microsoft играет ведущую роль) выступает главным защитником проприетарного софта, но не всегда считает тактически разумным демонстративно подчеркивать эту позицию. Очень важно также, что наиболее значимые события часто происходят не на государственном уровне, а на куда менее заметном уровне местной власти, школы или университета.
Так или иначе, общая картина разворачивающихся процессов уже достаточно ясна. Во-первых, самые яростные баталии шли и идут не в богатых странах с их устоявшейся индустрией проприетарного софта, а в бедных. Во-вторых, основной движущей силой этих баталий становится не стремление сэкономить на лицензиях, а гораздо более глубокие проблемы принципиального характера. В-третьих, борьба начинает стремительно перемещаться из третьего мира обратно в Европу и даже США.
В этом процессе законопроекты об использовании свободного программного обеспечения (СПО) государством развивались по схеме, типичной для развития самого СПО: от альфа-версии через постепенное улучшение к почти готовому сегодня промышленному релизу. Фактически все такие законопроекты уже сведены к единому образцу, подстраиваемому под особенности данной страны. В огромной степени это заслуга энтузиастов из Латинской Америки, где законопроекты дискутировались в списках рассылки поверх государственных границ, выкладывались на сайты для обсуждения и отрабатывались на устойчивость к тактике оппонентов.

Мексика: аргументация
«от экономии»
Первая в Латинской Америке масштабная попытка перейти с проприетарного софта на СПО в «публичном секторе»2 была предпринята в Мексике в 1998 году, после азиатского экономического кризиса и российского дефолта, сильнейшим образом затронувших мексиканскую экономику. Имея инфляцию 18%, коллапсирующий песо и раскручивающуюся спираль безработицы, правительство страны решило установить Linux во всех 126 тысячах школ Мексики.
Результат трудно назвать безусловным успехом. Чиновники были озабочены только снижением затрат, и в то время, когда организаторы школьной сети не покладая рук трудились над реализацией проекта, администрация занималась оснащением школ компьютерами на основе WinModem и WinPrinter (где применение Windows заложено «в железе») и рассылкой огромного количества дисков с Linux по школам, не имеющим ни единого компьютерно-грамотного сотрудника. В итоге лишь небольшой процент школ получил работающие системы на платформе Linux.
Несмотря на это, события в Мексике стали первым этапом битвы, которая стремительно начала захватывать Латинскую Америку, а в самой Мексике все еще продолжается.

Аргентина: аргументация «от фундаментальных принципов»
Некоторые ограничения первоначального мексиканского подхода были довольно быстро поняты участниками «Кордовской группы пользователей Linux» (Cordoba Linux Users Group, LUG) в Аргентине. Первоначально это была компания друзей, встречавшихся за пиццей, но вскоре они открыли список рассылки под названием proposicion, где обсуждались перспективы аналогичного билля в Аргентине. Из аппаратуры был только старенький компьютер на Pentium 100 и с перегоревшей видеокартой (www. grulic.org.ar/proposicion). Число подписчиков быстро росло, и рассылка скоро вышла далеко за пределы Аргентины, попутно дав импульс к созданию еще одной группы, Via Libre Foundation (www. vialibre.org.ar), которая стала связующим звеном между LUG и законодателями. Здесь законодателям объясняли проблематику, обсуждали доводы за и против, разрабатывали тексты законопроектов, консультировали конгрессменов, писали статьи, выступали с докладами и т. д.
Результатом работы рассылки и группы Via Libre стал в конечном счете «билль Драгана» («Dragan bill», www.grulic. org.ar/proposicion/proyecto/leyes/ 904-D-02/texto_orig), представленный в Национальный Конгресс Аргентины в 2002 году и в настоящее время обсуждаемый в подкомитетах. Однако значительно раньше стало ясно, что хотя чиновников и можно убедить в преимуществах СПО, напирая исключительно на снижение расходов, фактическое проведение в жизнь стратегии, основанной на СПО, требует более аккуратно сформулированных целей.
Рассылка proposicion расширялась, росло число ее участников по всей Латинской Америке, в сферу обсуждения входили все новые идеи и аргументы. Были сформулированы три основных обязанности государства, которые можно полностью выполнить лишь на основе СПО:
 

  • предоставление гражданам беспрепятственного доступа к публичной информации (public information);

  •  постоянное хранение этой информации в открытом доступе;

  •  обеспечение защиты информации (как государственной, так и личных данных граждан).
    Или, короче: прозрачность, постоянство, безопасность. Обсуждение этих принципов см. во врезке

Каждая из трех базовых задач имеет множество аспектов. Доступность информации должна быть обеспечена без принуждения граждан к закупке лицензий на ПО той или иной фирмы. Отсюда вытекает главное следствие — форматы хранения данных должны быть стандартными и открытыми. Это не значит, что документы обязательно создаются на СПО — при условии, что используемый софт позволяет создавать документы в этих стандартных форматах. Но хотя ППО способно работать со стандартными форматами, его производители сейчас настолько широко используют тактику «охватить и расширить» — то есть взять стандарт и слегка его модифицировать так, чтобы он был не полностью совместим с другими реализациями, — что в этом вопросе особого доверия не вызывают.
Второе следствие состоит в том, что ПО для доступа к этим данным должно использовать родной язык граждан страны. Для «малых» языков (фарерский тамильский, айнский, кечуа, коса… список очень велик) объем рынка недостаточен, чтобы покрыть расходы разработчиков ППО на локализацию. Открытость софта необходима и для бессрочного доступа к данным.
Наконец, самые острые вопросы связаны с требованиями к безопасности. Во-первых, государство должно быть способно обеспечить защиту от взлома систем, содержащих личные данные граждан. Дает ли открытость исходного кода какие-либо преимущества в этом аспекте? Исторические данные, кажется, подтверждают это, но в целом утверждение спорное.
Следующий вопрос этого ряда — утечка информации (в частности, ее скрытая пересылка создателям программ или правительствам их стран). До тех пор пока форматы файлов закрыты, трудно определить, какая информация содержится даже в невинном документе, созданном текстовым процессором.
Проблема утечки информации пользователя в компанию-производитель софта возникла при переходе от распространения ПО на компакт-дисках к процедуре, требующей интеграции с сервером производителя; эту модель используют Apple и Microsoft. Например, существует не менее одиннадцати причин, могущих заставить компьютер, работающий под WindowsXP, связываться с серверами MS (www.microsoft.com/WindowsXP/ pro/techinfo/administration/manageautoupdatу). Сами по себе эти причины безобидны. Однако в результате возникает физическая зависимость от Microsoft, продолжающаяся и после приобретения лицензии. Степень же доверия к политике компании по использованию информации, полученной в этих сеансах связи, в будущем вряд ли изменится. Учитывая действующую в настоящее время лицензию пользователя (EULA), которая позволяет MS в одностороннем порядке изменять условия лицензионного соглашения на уже закупленный продукт, компания рассчитывает на очень высокое доверие пользователей.
Наконец, вполне объяснимы подозрения ряда правительств, что если исходный код ПО недоступен, а ПО импортировано из другой страны, то у этой страны может возникнуть искушение использовать такое ПО для шпионажа. Подобные подозрения трудно подтвердить или опровергнуть. Однако последний пункт решения суда по делу правительства США против Microsoft (the US government case against Microsoft) не способствует их снижению:
Ни одно из положений настоящего окончательного решения суда… не обязывает Microsoft документировать, раскрывать или лицензировать третьей стороне… какие-либо API, интерфейсы или другую информацию связанную с любым продуктом Microsoft, если имеется законное предписание со стороны правительственного агентства компетентной юрисдикции не делать этого (см. www. dcd.uscourts.gov/microsoft-2001.html).

Перу: от локального
к глобальному
К 2001 году сторонниками СПО в Латинской Америке было общепризнано, что фундаментальные проблемы связаны именно с условиями использования, налагаемыми лицензиями на ПО, — в частности, с тем, дает ли лицензия право на доступ к исходному коду, и если да, то на каких условиях. Аргументы, выработанные группой proposicion, начинали проникать в проекты постановлений. Среди этих проектов был и продвигаемый перуанским сенатором Эдгаром Виллануэвой (Edgar Villanueva).
Аргументы сторонников ППО тогда, как и сейчас, сводились к следующему:
Интересы правительств учитываются наилучшим образом, когда правительства могут выбирать ПО из широкого диапазона предложений на основе цены, полной стоимости владения, предоставляемых возможностей, качества и защищенности. Правительства должны поощрять рынок к развитию инноваций в разработке ПО и избегать вмешательства в виде преференций и заказов на поставку, дискриминируя одну модель по отношению к другой (www. softwarechoice.org/about_principles_1. asp; аргументы против политики ISC в целом см. на www.sincerechoice.org).
Иными словами, на выбор должны влиять только свойства самого софта, но не оговоренные лицензией условия его использования. ISC даже не пытается полемизировать с принципами proposicion; она их просто игнорирует.
Чтобы помешать принятию этого законопроекта, генеральный менеджер Microsoft в Перу направил сенатору Виллануэве письмо. Оно сводилось к простому пересказу генеральной линии ISC (www.gnu.org.pe/mscarta.html). Основной мыслью было то, что «обязательное использование СПО во всех правительственных органах стало бы нарушением защищаемых Конституцией принципов равенства перед законом, недискриминации, права на свободную частную инициативу, свободы индустрии и свободы заключения контрактов». Ответ Эдгара Виллануэвы, основанный на аргументах proposicion, был ясным, логичным и хлестким по форме. Принимая такие законы, государство просто устанавливает условия, которым должно отвечать закупаемое ПО, писал он, и эти условия вытекают из обязанностей государства перед гражданами; они никак не связаны с выбором поставщика (и действительно, некоторые компании-производители ППО сумели адаптироваться к этим условиям — например, IBM).
Письмо сенатора получило большую известность. Локальная и малозначительная, казалось бы, проблема попала в заголовки крупнейших СМИ мира. Первая реакция Microsoft, твердо настроенной выиграть сражение с СПО за правительственные контракты повсюду от Китая до Европы, выдавала некоторое замешательство — Виллануэва перевел дискуссию в совершенно неожиданное для ISC русло. Для начала местная Торговая палата направила Виллануэве письмо, поразительно близкое по содержанию к письму из MS (а местами идентичное по тексту) — с тем же результатом. Затем за работу пришлось взяться американскому послу, который разослал письма главе Конгресса и другим перуанским официальным лицам, приложив к ним (как «справочный материал, который может Вам пригодиться») изложение позиции MS по СПО (www.gnu.org. pe/lobbyusa-congreso.html). После того, как все это не сработало, а шило окончательно вылезло из мешка3, Билл Гейтс пригласил4 президента Перу Толедо в Сиэтл для обсуждения ситуации.
Толедо вернулся в Перу с захватывающими рассказами о миллионных грантах от MS на компьютеризацию образовательной и других сфер. Все решили, что биллю об СПО пришел конец. На самом деле он все еще кочует по комитетам и комиссиям Конгресса, объединившись по пути с еще одним, аналогичным. Упомянутые финансовые вливания оказались на деле незначительными, а в других странах начинают обнаруживаться подводные камни, связанные с подобной практикой (например, в Намибии успешный СПО-проект школьных сетей недавно отказался от такого же гранта). Так что билль Виллануэвы еще вполне может быть принят.
С другой стороны, мировая известность, которую получил этот билль (и его автор), побудила множество Linux-групп подробно изучать его содержание и методику аргументации. В результате в течение следующего года на обсуждение были представлены очень похожие законопроекты почти во всех романоязычных странах, включая Колумбию, Коста-Рику, Испанию, Португалию, Италию; даже Калифорния попала в этот список!

Бразилия и Испания:
СПО в регионах

Наибольшее внимание до сих пор привлекают проекты «насаждения СПО сверху», на правительственном уровне. Между тем реального успеха пока что добивались проекты регионального и местного масштаба.
Один из первых в Латинской Америке законопроектов, связанных с СПО, был выдвинут в 1999 году в Бразилии Уолтером Пинейро (Walter Pinheiro) из оппозиционной тогда Рабочей Партии. Вскоре после объявления о «билле Пинейро» аналогичные предложения начали приниматься по всей стране на муниципальном уровне. Впервые (в мире!) такой законопроект стал законом в городе Ресифи в марте 2001 года. Его примеру последовали Сан-Карлос, Кампинас, Ампаро, Рибейро Пирес, Белу-Оризонти, Кататинья, Бетим, Солонополе, Викоза и Порту-Алегри (столица штата Рио-Гранде до Сул).
В Порту-Алегри местное правительство подошло к работе особенно серьезно. Школьная сеть Rede Escolar Livre (www. redeescolarlivre.rs.gov.br) началась не с рассылки компактов, а с создания шести пилотных школ-лабораторий, где подбирались наиболее подходящие платформы и велась подготовка специалистов для расширения сети. К разработке нужных СПО-решений (почтовый клиент на основе Java, дневниковая система DiretoGnu, административная система SAGU) подключались местные университеты (www.direto.org.br, sagu.codigolivre.org.br), а затем местные фирмы налаживали поддержку пользователей. В городе состоялись первые международные форумы по свободному софту (2000–02 гг.) с участием Ричарда Столмена (Richard Stallman) и Алана Кокса (Alan Cox). После очевидного успеха городского проекта, в декабре 2002 года такой же закон был принят во всем одиннадцатимиллионном штате Рио-Гранде до Сул.
Та же картина в Испании: пока предложенный Испанской социалистической рабочей партией5 законопроект пробивает себе дорогу через национальный парламент, наиболее известным примером перехода госструктур на СПО успела стать сравнительно бедная провинция Эстремадура (Extremadura). Сначала правительство провинции заказало небольшой местной фирме локализацию дистрибутива Debian Linux (LinEx, www. linex.org), чтобы помочь работать профессионалам и вовлечь новичков в кампанию по технологическому ликбезу. Одновременно с созданием двухмегабитной интрасети, связавшей между собой все госучреждения (школы, муниципалитеты, больницы, конторы по трудоустройству и т. д.), LinEx стала основой установленного там ПО. Сейчас проходят обучение девятьсот учителей; учебные центры для всех желающих имеют бесплатный выход в Интернет. Производство шло вслед за спросом: сначала выпустили 80 тысяч копий дистрибутива на компактах, затем допечатали до 150 тысяч, сейчас установлено 200 тысяч копий. Специальные требования, предъявляемые к софту, используемому в правительственных офисах, обеспечивают местные компании по госзаказам, что стимулирует экономику провинции. Один из чиновников с удивлением заметил : «Благодаря LinEx мы стали получать письма от преподавателей со всей страны, даже из Мадрида и Страны Басков, с просьбой найти рабочие места для их студентов. Раньше ничего подобного не было, движение всегда шло в противоположном направлении».
Эту модель, как и в случае штата Рио-Гранде до Сул, подхватывают в других регионах. О намерении изучить возможности LinEx заявила соседняя Андалузия, а разработчиков системы просят рассказать об их опыте и приглашают в Уругвай и другие латиноамериканские страны.

B>Венесуэла:
подход «от экономики»
Муниципальный и региональный опыт показывает, что экономический выигрыш от внедрения СПО не сводится к снижению затрат на софт. Даже доклад недавней Конференции ООН по торговле и развитию (r0.unctad.org/ecommerce/ecommerce_en/edr02_en.htm) содержит рекомендацию правительствам развивающихся стран использовать СПО-решения — по двум причинам:

  •  в отличие от закрытого ПО, которое легко научиться использовать, освоение СПО требует повышения квалификации, так как «…создавая приложения на основе ОС Linux, программисты из развивающихся стран приобретают глубокое понимание работы ОС и полезные профессиональные навыки. Работа с этой системой позволяет им сотрудничать (в онлайне) с разработчиками по всему миру, используя в дальнейшем совместный опыт — а не просто пользуясь плодами передачи технологии, созданной за рубежом».

  •  использование СПО в госструктурах может дать толчок развитию собственной программной индустрии: «Локализация существующего ПО и создание нового СПО в интересах местного бизнеса, правительственных и общественных организаций может… быть стартовой стратегией софтверных компаний из развивающихся стран, ведя в дальнейшем к созданию экспортного потенциала (для региональных рынков). Такой бизнес существует на границе разработки и применения ИТ, одновременно обеспечивая и новые рынки для местных ИТ-компаний, и среду электронной коммерции для местного бизнеса в целом».

Тему с энтузиазмом подхватили правительства и партии, настаивающие на переходе госструктур на СПО. Правительство Чавеса (Chavez) в Венесуэле взяло схему создания СПО за общую модель развития технологического сектора:
«Мы ищем такую бизнес-модель, при которой венесуэльские инженеры и техники играли бы значительную роль в этом секторе. Нам не очень нравится, что сейчас 75% затрат уходит на покупку лицензий зарубежных фирм, 20% — на поддержку компаний, так или иначе зависящих от проприетарных лицензий, и только оставшиеся 5% достаются венесуэльским программистам. Мы хотим полностью изменить эту схему, чтобы дать работу венесуэльским программистам, которые должны стать основой системы разработки СПО», — заявил Фелипе Перес Марти (Felipe Perez Marti), министр технологического развития Венесуэлы (www.lared.com.ve).

Снова Мексика
Первая реакция защитников лицензирования ППО была сравнительно негромкой. Они пытались оказывать противодействие на региональном уровне, публикуя несколько истеричные доклады в местной печати (утверждалось, например, что сторонники упомянутых биллей хотят диктовать людям или компаниям, какие программы следует использовать), а также работали с местными софтверными ассоциациями, организуя через них борьбу либо против принятия законопроектов вообще, либо, в крайнем случае, за предельную размытость их формулировок. Однако возможность потерять соблазнительные контракты национального масштаба вызвала по-настоящему серьезную тревогу, а борьба за них оправдывала любые средства.
Еще в 1998 году начала проводиться ежегодная Конференция правительственных лидеров Microsoft (Microsoft Government Leaders Conference), с участием все большего числа президентов и вице-президентов стран мира. Если ключевые деятели правительства не занимали подходящий пост в самой компании Microsoft (распространенная практика в США и Европе, см. www.theregister.co. uk/content/4/28298.html, www.idg. net/spc_968213_178_9-10013.html), их поддержки обычно добивались уговорами. Одним из первых эту тактику испытал на себе (и с готовностью ей подчинился) избранный в ноябре 2000 года президент Мексики Винсенте Фокс (Vincente Fox). На церемонии его инаугурации присутствовали не только Фидель Кастро и Мадлен Олбрайт, но и Билл Гейтс. В июле следующего года Гейтс и Фокс вновь встретились на конференции в Айдахо, после чего CEO MS Стивен Балмер (Steven Ballmer) приехал в Мехико с обещанием от MS предоставить 58 млн. долларов (в виде софта и учебных курсов), чтобы «помочь вырастить национальную софтверную индустрию в Мексике».
Поэтому, когда Фокс объявил о проекте «e-Мексика», направленном не только на то, чтобы дать любому мексиканцу возможность выйти в Интернет через один из общедоступных компьютерных центров, но и на создание сетей школьных и медицинских учреждений, естественно было ожидать, что контракт получит MS. Видимо, на деле это оказалось не так уж естественно — когда Фокс выступал (по видеоканалу) на 5-й Конференции правительственных лидеров Microsoft, он подстраховался, сказав, что ««e-Мексика» и «е-правительство» разрабатываются при участии ведущих ИТ-компаний мира, в том числе MS, а также научных и общественных организаций» (www.microsoft.com/presspass/events/glc02/04-17vincentefox.asp). Одновременно администрация Мехико объявила о намерении перейти на СПО.
Несмотря на все это, в Мексике (как и в Перу) очевидная готовность президента «сдаться» MS в обмен на первоначально бесплатное лицензирование (номинально сэкономившее миллиарды, но во многих случаях сопровождавшееся платным лицензированием обновлений и неизбежно связанное с воспитанием нового поколения, знающего софт только от MS) произвела большой шум и поработала на отрицательное паблисити Фокса. Президенты в глазах многих выглядели предателями. Не случайно, когда Лула (Lula) победил на выборах в Бразилии, Билл Гейтс немедленно послал ему подписанный экземпляр книги «Бизнес со скоростью мысли» и приглашение в Сиэтл — но так же не случайно, что Лула, с благодарностью принимая приглашение, добавил: он обязательно встретится во время визита с Ричардом Столменом и Линусом Торвальдсом. В конечном счете идеи Столмена могут оказаться сильнее денег, стоящих за проприетарным софтом.
Вот что сказал Элвино Бон Гасс (Elvino Bohn Gass), парламентарий из Рио-Гранде, продвигавший законопроект о ПО для публичного сектора, о связи его идей с идеями Столмена: «Почему я, депутат, прошедший в парламент под лозунгом земельной реформы и защиты семейной фермы, выдвигаю законопроект об использовании СПО в публичном секторе? Казалось бы, что общего у фермерства и свободной разработки софта? Оказывается, общее есть, и оно лежит в самой основе: как мы, фермеры, так и они, компьютерщики, верят в то, у человечества есть жизненно важные ценности — культура, знание, свобода, творчество, и что эти ценности не должны быть предметом денежных расчетов» (www. deputadobohngass.com.br/slivre. html).
Автор благодарит Федерико Хайнца (Federico Heinz) за помощь в подготовке статьи.

 

Я попросил автора дать небольшой комментарий в связи с недавним объявлением Microsoft о предоставлении доступа специалистам правительственных организаций к исходному коду ПО, предлагаемого компанией для использования в этих организациях. — Л.Л.-М.

Теперь стало ясно, как серьезно MS отнеслась к поражению в диспуте с перуанским сенатором. Принятая компанией тактика в точности следует выдвинутым против нее аргументам. «Программа безопасности правительств» (government security program) дает возможность заявить о прозрачности кода, чтобы парировать самый, вероятно, сильный довод против ППО. Все шире используя xml для хранения информации, MS сможет заявить, что теперь форматы их данных так же прозрачны и переносимы, как и форматы СПО-систем. Программа Shared Source — из той же серии. Изменения политики MS выглядят косметическими с точки зрения специалистов, однако их может хватить на то, чтобы убедить правительственных чиновников. Поэтому MS торопится опробовать новую тактику в странах, которых еще не достигла эпидемия законопроектов об СПО (к таковым относится и Россия).
Однако применение новой тактики не означает отмену старой: почти одновременно c заявлением MS о «контролируемом доступе» новое бразильское отделение ISC объявило, что собирается привлечь к суду правительства бразильских штатов за их законопроекты об СПО… — Грэм Симен.


1 Initiative for Software Choice.
2 То есть госучреждений и муниципальных организаций разных уровней; см. статью «Почем свобода для государства?»
3 В оригинале: the cat was now completely out of the bag.
4 Не решаюсь перевести «вызвал» (summoned), как в оригинале. — Л.Л-М.
5 PSOE, Partido Socialista Obrero Espanol, испанский эквивалент английской партии лейбористов.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2022
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.