Архивы: по дате | по разделам | по авторам

"Утечка мозгов": взгляд из Сан-Диего

Архив
автор : Александр Александровский   06.08.2001

"Проблема "утечки мозгов" существует, но я разделил бы ее на две части - утечка внутренняя, то есть смена профессии, требующей высокой квалификации, на профессию, более высоко оплачиваемую. И утечка за рубеж, когда человек по тем или иным причинам уезжает навсегда или на время работать по специальности."

Александр Александровский, кандидат технических наук, в недавнем прошлом - доцент Рыбинской авиационной технологической академии и начальник отделения программирования в НПО «Криста». В настоящее время - Senior Programmer фирмы Marotz (Сан-Диего, США). Программист с двадцатилетним стажем, автор шести книг по программированию (тираж 25 тыс. экз.) и более чем 60 статей в научных и популярных газетах и журналах.
Контактная информация: adda@chat.ru, www.adda.f2s.com
.

Знакомство наше с ним заочное, он часто и всегда интересно (правда, не всегда бесспорно, но это как раз достоинство его статей) пишет для «Компьютерры-онлайн». Особенно заметным было участие Александра в нашем онлайновом проекте «Россия: экспорт мозгов», так что его появление в качестве одного из авторов сегодняшней темы не случайно. На основе нашей с ним переписки по проблеме «утечки мозгов» и «скомпилировано» это «интервью». Отмечу, что большинство вопросов Александр поставил сам - и сам же на них ответил. - Р.К.

Существует ли проблема «утечки мозгов», или это досужие разговоры?

- Проблема, конечно же, существует, но я разделил бы ее на две части - утечка внутренняя, то есть смена профессии, требующей высокой квалификации, на профессию, более высоко оплачиваемую. И утечка за рубеж, когда человек по тем или иным причинам уезжает навсегда или на время работать по специальности. Причем, на мой взгляд, первая из них ничуть не менее важна, чем вторая, поскольку, с одной стороны, за рубеж выехало на порядок меньше специалистов, чем сменило профессию. А с другой - во втором случае человек хотя бы чисто гипотетически может вернуться на прежнее место, а вот инженер или ученый, переквалифицировавшийся в продавца (не важно какого масштаба), никогда уже специалистом не станет.

Почему за рубеж в первую очередь уезжают специалисты, связанные с информационными технологиями, то есть с технологиями, которые в значительной мере определяют уровень развития науки и техники страны в целом?

- Прежде всего потому, что на них наибольший спрос. Буквально до последнего времени в США, например, существовал громадный дефицит программистов всех специализаций. Кстати, этот дефицит по-прежнему существует в ряде стран Западной Европы, которые собираются даже изменить законодательство с целью поощрения иммиграции молодых интеллектуалов. Вторая причина в том, что программисты значительно более «интернационализированы», чем другие инженерно-технические работники. Без знания технического английского делать в этой сфере нечего. Кроме того, доступ к средствам интерактивного обмена информацией появился у них на несколько лет раньше, чем у всех прочих ИТР. А значит, появилась возможность найти хорошо оплачиваемую работу.

Опасна ли для страны «утечка мозгов», стоит ли с ней вообще бороться?

- Начнем со второго вопроса. Тут существует множество предложений, начиная от «не пущать гадов» и до взимания при выезде налога за полученное образование. Всё это мы уже проходили во времена развитого социализма - при отъезде евреев в Израиль. Тогда не «пущали», взимали деньги за образование и отбирали награды (в том числе и воинские). Помогло ли это, думаю, вам известно.

Кроме того, что же делать с более массовой «внутренней утечкой»? Не секрет, что, например, из науки практически полностью «вымыто» поколение тех, кому в годы перестройки было под сорок. Да и сейчас происходит то же самое. Например, мой приятель, работающий вместе со мной, был физиком, трудился на ядерном реакторе, защитил диссертацию по рассеянию чего-то там идеальными кристаллами. А чтобы прокормить семью, «бомбил» по ночам на машине, торговал в Лужниках, потом ушел в системные администраторы, и это еще хороший вариант. И вот сейчас, когда американские рекрутеры ищут российских специалистов, чтобы обеспечить транспортировку ядерных отходов в страну, оказывается, что их практически не осталось.

Теперь перейдем к опасности для страны. Тут положение тоже не слишком радостное, поскольку в настоящее время происходит деградация образования в целом и, следовательно, ухудшение качества выпускаемых специалистов. Это связано как с недостаточным финансированием образования, так и многочисленными его реформами. Низкая зарплата приводит к оттоку энергичных людей и создает почву для взяточничества в высшей школе. Реформа образования вещь сама по себе сложная, тем более что она будет третьей за десять с небольшим лет. А реформа, не подкрепленная финансированием, - просто преступление. То есть весьма велика вероятность, что скоро и «утекать» будет некому.

Неужели все так плачевно? Ну, подумаешь, уехали какие-то «ренегаты» за рубеж - и от этого разрушилась система подготовки специалистов?

- Дело ведь не в том, что кто-то уехал, а в сложившейся ситуации. Приведу факты, которые мне доподлинно известны, а уж выводы делайте сами.

В небольшой консалтинговой фирме в Калифорнии из полутора десятков российских программистов - четыре кандидата наук (когда-то работавших в вузах) и пять бывших сотрудников Переславского института программных систем - одного из ведущих в России в области программирования. С кафедры «Математическое и программное обеспечение» того вуза, где я проработал последние шесть лет, почти половина преподавателей либо ушли в коммерческие структуры, либо уехали за рубеж. В Московском авиационном институте лекции читают преподаватели, которым под восемьдесят. Конечно же, можно порадоваться их долголетию, но ведь это только потому, что не осталось молодежи.

Чтобы инженер постиг все тонкости профессии, ему необходимо несколько лет проработать в коллективе высококвалифицированных специалистов, приобрести практический опыт. А как быть, например, инженеру-полиграфисту, если единственного в России КБ полиграфического машиностроения, на машинах которого печаталось (и еще печатается) большинство отечественных газет и журналов, уже нет? Нет целой школы, которая создавалась десятилетиями!

А почему лично вы уехали работать в США?

- Получилось все совершенно случайно. Я где-то с год посылал резюме в зарубежные (и в некоторые московские) фирмы, но ничего не связывалось. Тем более что на родине шансов из-за преклонного (47 лет) возраста не было никаких. К тому же я специализировался на Delphi, который в России «крутые» работодатели и за среду разработки не считают. Самое смешное, что перед отъездом, когда в кармане уже была виза, мне поступило предложение поработать в совместной швейцарско-российской фирме в родном городе. К счастью, я не стал всерьез его рассматривать, и, как оказалось, не зря.

Кстати, а господин Карачинский правильно говорил, что программист, получающий 100 тысяч долларов в год в Калифорнии, живет хуже, чем тот, кто получает 30 тысяч долларов в России?

- Наверное, правда. Только это такая правда, которая является эквивалентом лжи. Калифорния - один из самых дорогих штатов, где цены на жилье и на многие товары и услуги очень высоки. Среднестатистической американской семье из четырех человек с доходом в 54 тысячи в год жить здесь, наверное, не просто. Другое дело, что многие программисты имеют значительно более высокую зарплату, а вот тех 30 тысяч в год, о которых говорил Карачинский, ни один программист (не менеджер, а именно программист!) в России не зарабатывает. Об этом, кстати, писали и сотрудники его фирмы.

Вообще в интервью Карачинского («Огонек» № 40 за 2000 г.) столько вранья (особенно про вонючие бараки и дрянные машины), что с ним с ним и полемизировать-то не хочется. На самом деле шок происходит оттого, что в первое время переводишь долларовые цены в рублевые, забывая, что зарабатываешь этих самых долларов больше, чем дома рублей. Как только месяца через три-четыре я начал думать, что это не доллар, а рубль, все нормализовалось.

А как с условиями жизни, как добираетесь на работу, что носите, чем питаетесь?

- Как и большая часть жителей, мы арендуем жилье (апартаменты) в пригороде Сан-Диего. Под словом «апартаменты» понимают отдельную квартиру, чаще всего в двух-трех этажных домах, имеющих общую территорию с набором сервисов. Обычно это небольшой бассейн, прачечная (со стиральными машинами и сушилками), тренажерный зал. По планировке квартиры делятся на студии (одна комната и кухня, туалет и ванная), квартиры с одной спальней (то же плюс спальня) и с двумя спальнями (аналогично). Как правило, на одну спальню приходится одна ванная и туалет. Дома деревянные, штукатуреные, полы покрыты синтетическим паласом. Есть холодильник, микроволновая печь, электроплита. Разумеется, кондиционер. Цены варьируются в зависимости от района и размера жилья. В наших апартаментах квартира с одной спальней (55 кв. метров) стоит $775 в месяц, с двумя (80 кв. метров) - $995. В цену входит уборка территории, ремонт и прочее. Вокруг зелень, пальмы, цветы, бетонированные дорожки.

На службу все ездят на своих машинах, пара десятков километров здесь за расстояние не считается. К тому же общественного транспорта мало, за год я всего раза три ездил на трамвае.

Цены на продукты почти такие же, как в Москве, хотя по некоторым позициям отличие существенное. Например, хлеб очень дорогой, но его я практически перестал есть, предпочитаю мясо, овощи и фрукты. Расходы на питание составляют незначительную часть бюджета, где-то от $150 до $250 на человека в месяц, включая спиртные напитки (в умеренном количестве). Но почти все в первое время почему-то прибавляют в весе. Может, с голоду пухнут?

Что касается одежды, то здесь в этом плане сплошная демократия. В неофициальной обстановке большая часть населения ходит в шортах и футболках. Правда, если идешь в правительственное учреждение, надо одеться поприличнее. Впрочем, подойдут и обычные джинсы. Хотя, с другой стороны, на пляжах принято, чтобы мужчины носили длинные, до колена, купальные трусы, похожие на «семейные», которые выпускались лет тридцать назад. В том, что носят у нас, ходят только «голубые» и спортсмены-пловцы.

Слушая вас, можно подумать, что это какой-то рай на земле.

- Ну, вовсе не так. Во-первых, в США много работают, и работают значительно интенсивнее, чем в России. Во-вторых, минимальный отпуск, который обязан предоставить работодатель, - десять рабочих дней, плюс шесть праздников в году. И не более пяти дней оплачиваемых больничных. Сравните с тем, что в России. Во многом все построено за счет использования дешевой рабочей силы из Мексики. Кстати, программисты из Индии, России, Украины и других стран, которые находятся здесь по рабочей визе (H1B), получают за ту же работу в полтора-два раза меньше, чем американцы или канадцы.

Если можно, поподробнее о сути вашей работы в США.

- Наша консалтинговая фирма в основном занимается «продажей программистов». То есть если какая-то компания не может решить свои задачи с помощью своих программистов, она нанимает консалтеров, которые и выполняют работу. Поэтому летать в другие города приходится часто.

А как происходит «продажа» и какие задачи приходится решать?

- Поиском клиентов и заключением договоров с ними занимаются менеджеры. Иногда приходится беседовать с клиентом (как правило, по телефону), а затем он решает, подходите вы ему или нет. Договора чаще бывают с почасовой оплатой, а работа - в основном дома. Хотя был случай, когда почти полгода мы работали в Канзасе, непосредственно в главном офисе клиента.

Чем приходится заниматься? Тем, что требуется заказчику. Я просто приведу некоторые ключевые слова из описания последней выполненной работы из моего резюме: COM+, MSMQ, WBEM, MTS, MS SQL, Delphi 5, Microsoft Visual Studio.Net 7.0, MS SQL Server 7.0, IIS, Windows 2000, ASP, XLST, XML, HTML, ADO. Но это лишь маленький кусочек, и вообще - в фирме много людей с более солидным бэкграундом.

Последнее время в прессе все чаще пишут о «намечающейся тенденции к возвращению» специалистов домой…

- Хорошо, если это правда. К сожалению, мне известен только один случай возвращения в Россию человека, «поверившего в Путина», описанный Дарьей Асламовой в «Комсомолке».

Однако правды в статье «Комсомольской правды» очень мало. Мой приятель, сосед героини рассказа, жаловался: «Ну чего она врет про то, что к соседям не зайдешь даже спичек попросить? Сколько она у меня на кухне водки перепила, сколько сигарет перестреляла!» А самое смешное, что после выхода статьи ее героиня написала кучу писем знакомым, что ничего про веру в Президента она не говорила.

А сами вы собираетесь возвращаться домой?

- Право слово, если б я знал, ответил бы прямо. Очень быстро привыкаешь к спокойной хорошей жизни, без бандитов, контролирующих все и вся, без нищеты и грязи вокруг, без продажных политиков и чернухи. К тому же я имею возможность отработать еще один срок (три года) по рабочей визе, даже если мне будет отказано в виде на жительство. Попытаться получить его имеет смысл в любом случае, чтобы не быть привязанным к работодателю и иметь хорошую зарплату.

С другой стороны, это чужая страна, которая никогда не станет моей, как бы хорошо и тепло здесь ни было. Одно вот смущает, ни один из моих знакомых, проживших здесь года три-четыре, домой возвращаться не собирается. И даже в отпуск они предпочитают ездить на Гавайи, а не на Родину.

[i40621]

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2022
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.