Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Самый короткий путь

Архив
автор : Александр Амзин   07.12.2000

В кузове было темно; армейский брезент тента хлопал на поворотах, и от этого мне казалось, что внутри еще вдобавок и холодно. Водитель, завкафедрой Григорий Сытин по прозвищу Полковник, крепыш с красным лицом, подвез нас к самому входу.

- Вытряхивайтесь.

И с удовольствием вдохнул горный воздух.

Я скинул мешок вниз, поморщился, услышав, как там что-то брякнуло, и выпрыгнул сам. Обернулся, вытащил Катин мешок; мы прошли вслед за Полковником метров сто, когда за надписью «Горная 3» показались скала и вход, огромный бетонный туннель, винтом уходящий внутрь. Что-то там тихонько сверкало изредка, и я осведомился у Полковника:

- Баги?

- Нет, - ответил он. Вообще, Полковник чрезвычайно неразговорчивый человек. Это ведь какой цирк был, когда мы уезжали на Белуху, когда ему требовалось получить удостоверение начальства, и как безмолвно он выдернул нас из кабинетов без всяких проволочек, сунул меня в кузов вместе с какими-то походными комплектами и дал газу. «Надо». Он дунул на красные, словно у вареного краба, руки, добавил:

- Статика. Разрядники стоят, завтра ремонтная бригада все здесь…- И сделал неопределенный жест рукой.

- Понятно, - говорю. - А вот это кто?

У входа стоял второй грузовик, как я успел заметить, промышленный Jet Volvo, хороший и явно не нашей кафедры.

Катя сообразила раньше:

- А это те американцы, которые раньше сюда приехали. Помнишь, нам говорили, что они провели несколько экспериментов с квантовой транспортировкой?

Ну да, помню. И вот что хочу сказать: есть физики и… физики. Американцы используют очень странные, практичные формулы, которые привели нас к неопределенности, а их - к первой международной лаборатории по изучению проблем мозга. От этого иногда хочется ругаться.

Голоса наши приутихли, приближался вход, а Полковник почему-то занервничал, засуетился и начал быстро-быстро говорить, шаря глазами по бетонному туннелю:

- Ребятки, вы, конечно, знаете, но я повторю на всякий… вы сейчас вошли в главный компьютер лаборатории. Тут все построено с двойным расчетом - пол и потолок состоят из оптоволокна, кондиционеры качают теплый воздух от мэйнфреймов, но главное не это. Главное то, что здесь живут люди. Люди необычные, да вы и сами необычные люди, просто это уже стало нормой, мы посчитали, что если объединить телепатов, то мы получим что-то новое, а в результате…

- Позорно сели в лужу, - сказал незнакомый голос.

Я посмотрел на обладателя голоса, вышедшего нам навстречу. Это был тучный человек в серой спецовке и со значком «Цюрих навсегда» на левом нагрудном кармане. Человек посмотрел на меня и с легким акцентом произнес:

- Джордж, для вас Жора. Псионик. Пятый разряд.

- Саша, - сказал я. - Физик. Квантовые перемещения. Псионик. Третий разряд.

Катя обворожительно улыбнулась и показала свои карточки. Жора присвистнул от удивления.

Он повернулся в сторону Полковника:

- Спасибо, господин Сытин. Нам нужны знающие псионики.

- Ученые, - поправила его Катя.

- Да, точно. Ученые. У вас сложный язык, Саша. Пройдем сюда, пожалуйста.

Он открыл дверь, и оттуда вырвался запах нагретой изоленты. Мы прошли в уютный зал и сели в кресла. Жора куда-то вышел, а другой американец, представившийся как Джонни, немного заикаясь, изложил суть возникшей проблемы.

- Мы п-п-роводили опыт по вычислению плотности информации. Вы слышали о п-п-профессоре Зельцкане?

Мы кивнули. Я покосился на нашего завкафедрой, - ходил слух, что они с Зельцканом что-то не поделили, смертельно обиделись друг на друга и создали в результате теорию полярных информационных потоков. Сытин будто и не обратил внимания на промелькнувшую фамилию. Он сидел, утонув в кресле черной кожи, и я видел, что ему не до разногласий.

Тем временем Джонни продолжил:

- Профессор оттолкнулся от того факта, что информация не является ни веществом, ни энергией. С другой стороны, любое материальное тело для нас является именно в своих свойствах, выраженных при помощи информационных потоков.

Джонни вздохнул и улыбнулся вернувшемуся с кофе Жоре.

- Этот человек никогда не похудеет, - сказал он.

Мы засмеялись, а Жора произнес:

- Я так самовыражаюсь… Джон, ты им про четверг уже сказал?

- Нет, только собирался.

Жора потеребил значок и наклонился к нам:

- В четверг был назначен опыт. Опыт внесен в плановое расписание, только название у него такое, что никто в принципе не понимал, что он означает. Опыт ставил целью доказать первичность информационных потоков Зельцкана-Сытина для материальных объектов. - Жора заметил на плече какую-то белую кляксу и продолжил, показав на нее. - У нас ремонт был. Ваши приезжали.

- Короче, - произнес бесцветным голосом Полковник, - на станции «Горная 3» произошло ЧП. Во время эксперимента пропал человек. И наша задача - его найти.

Катя совершенно серьезно предложила позвонить «ноль-два», но ее вежливо поправили, - если на станции пропадет еще и наряд милиции, а еще хуже - взвод морской пехоты США, станцию закроют точно, окончательно и бесповоротно.

Джонни произнес извиняющимся тоном:

- У нас есть три часа. Потом, боюсь, не справимся.

- Почему?

- Аккумуляторы. Они могут сесть. А еще… вот.

Он включил проектор, и мы увидели мастерскую, заваленную радиодеталями. Где-то в центре висел без какой-либо опоры прозрачный кубик, вращался вокруг оси кю, как ее называли у нас математики, и… больше ничего.

Катя хмыкнула:

- Джонни, у вас нет ничего поинтереснее фокусов с кубиками?

Жора нахмурился и сказал:

- Ты им не объяснил.

- Я н-н-н-е успел, - тихо произнес Джонни.

Жора встал перед нами и начал говорить. Он говорил долго и очень сочно, расписав во всех подобающих случаю терминах методики и Сытина, и Зельцкана. Из речи стали понятными несколько свойств «установки», как называл кубик Жора.

Первое. Установка на самом деле висит. Ее не держит никакая сила.

Второе. Установка принимает информацию, перерабатывает информацию и при помощи квантового передатчика дает ее на станцию «Горная 4». На станции «Горная 4» сейчас нет никого, Левайкис в отпуске, там сейчас темно, и стройными рядами стоят блоки вычислителей.

Третье. Пропавший человек - Кен Стауф, постдок на стажировке. Был послан отрегулировать положение кубика относительно пресловутой кю-оси. Больше его никто не видел. Тут Жора помолчал и деликатно предложил еще кофе. Мы деликатно отказались.

Четвертое. Опыт должен был трансформировать некоторые свойства пространства. Жора показал кулак. «Этот кулак, - сказал он, - состоит из пяти пальцев. Пальцы - из фаланг. Фаланги из костной ткани, et cetera».

Джонни тихо добавил:

- Мы считаем, что именно информационная часть материального объекта имеет значение. Это означает, что если описать надлежащим образом некоторый объект, то он возникнет в реальности.

Я крепко задумался.

- А исчезнуть он может?

Джонни моментально ответил:

- Саша, как он исчезнет, если он объект? Если изменить что-то в пространстве, то да, вне сомнения. Но установка не умеет менять. Она умеет только создавать передачу.

Полковник очень медленно встал из кресла (все это время он, кажется, думал) и, ни слова не говоря, направился в лабораторию.

- А теперь повтори еще раз. И еще раз. И еще. Если понадобится, будешь все три часа тренироваться. Ты просто попробуй представить себе самый короткий путь до четвертой, он не через две вершины, а прямо тут, просто ты не видишь толком… Держи установку!

Я пытался, честно пытался удержать кубик, но тот постоянно крутился волчком, подпрыгивал на невидимых ухабах и даже изредка менял цвет, что означало: информации не поступает.

Первым понял все именно Полковник. Он рассуждал просто: если кубику нужна информация, то кубик ее получит. От псиоников. А псионики, они же телепаты с дипломом, могут вытянуть что-нибудь с той стороны. Бред.

Джонни продержался две минуты. Я семь. Катя держала его девять минут, очень ровно, очень спокойно и даже - величественно, но потом отпустила, потому что на удаленной станции включилась автоблокировка.

Оставался Джордж.

Жора взмок. Уже пятнадцать минут он держал прозрачный кубик; как обычно, тот висел примерно в полутора метрах над полом, медленно вращался вокруг кю-оси и иногда менял цвет.

- Братие, - взмолился Жора, грузный, с каплями пота на лбу, почти уже готовый сдаться. - Братие, помогите.

Сначала я не понял его, а потом до меня дошло, что он-то сейчас там, он берет кусочки и по кусочкам пытается найти остатки Кена, чтобы сделать откат и вернуть все назад. И я бросился на помощь.

Мы держали кубик еще полчаса, пока из информационного потока не возник Кен. Правая кроссовка у него была порвана, и оттуда торчал розовый большой палец. Он сказал:

- Джордж, если я тебе расскажу, где я был, ты мне не поверишь… а что это вы делаете?

Мы хотели ответить, расфокусировались и кубик рухнул ему на палец. Кен взвыл.

И Джонни, заикаясь, молвил:

- Т-т-тебя ком-м-м-пилируем.

А Кен недоверчиво улыбнулся и принялся растирать ушибленную ногу.

[i37342]

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2022
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.