Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Регулирование свободы

Архив
автор : Ричард Барбрук   12.10.2000

Окончание. Начало в # 362

Свобода слова, свобода торговли и свобода дарения в Сети

Окончание. Начало в # 362

Экономика высокотехнологичных подарков

В то, что Сеть рано или поздно будет замещена цифровым Паноптиконом, верят и многие левые интеллектуалы. Забавно, но эти гуру сами опровергают свой мазохизм, когда осваивают Сеть: они используют ее для отправки электронной почты, обмена информацией, проведения исследований онлайн и участия в сетевых сообществах, а не как еще один телевизор.

Паноптикон — это будущее, уже оставшееся позади, поскольку грядущее информационное общество созидается на принципах, заложенных создавшими Сеть учеными, сотрудничавшими в свободном обмене своими находками. Им онлайновые системы были нужны не для торговли информационными товарами, а для развития академической экономики дарения. В своих интересах они изобрели форму компьютерно-опосредованной коммуникации для обмена знаниями в едином виртуальном пространстве — «интеллектуальную общину» [1]. Они — от Ванневара Буша до Тима Бернерса-Ли — знали, что фрагментация научных знаний, разбросанных по различным книгам и журналам, замедляет научное исследование, и разработали технологии ее преодоления. Пассивное потребление фрагментов информации превратилось в интерактивное творчество, в котором вольны соучаствовать все [2].

С распространением Сети за пределы университетов новые пользователи быстро оценили удобства обмена знаниями, когда каждый может пользоваться в обмен на результаты своей работы результатами работы членов целого сообщества [3], и вопроса о «равном обмене» не возникает.

Вырваться за тесные границы, налагаемые превращением информации в товар, пытаются не только ученые: музыканты тоже любят сэмплинг и ремиксы [4]. Сеть усугубляет эту неопределенность границ в экономике музыкального производства: формат MP3 не столько облегчает «пиратство», сколько способствует созданию энтузиастами своей музыки — пассивное потребление неизменяемой записи превращается в интерактивное соучастие в музыкальной композиции [5].

«Интеллектуальные общины» в Сети растут с экспоненциальной скоростью и вовсе не собираются уступать Паноптикону. Свобода слова — это свобода дарить.

Что осталось от копирайта

Сеть сегодня объявляют новой парадигмой общества, в свете которой должны перестроиться бизнес, правительство и культура [6]. Хотя медиа-корпорации часто рассматриваются как пионеры высокотехнологичного будущего, их эта парадигма пугает: быстрый рост Сети делает очевидным всю хрупкость их «интеллектуальной собственности». С отделением информации от физических продуктов копирайт теряет свою естественную основу. Совершенно спонтанно большинство людей делают свой выбор в пользу того, чтобы делиться знаниями, а не торговать ими. Технологический прогресс вступает в симбиоз с социальной эволюцией. Свобода слова процветает без свободы торговли.

Тщетно пытаются корпорации повернуть ход истории к предыдущей фордистской парадигме. Начитавшись старой фантастики, они мечтают о гигантских компьютерах, шпионящих за деятельностью каждого в Сети, уподобляясь сотрудникам тайной полиции, ностальгируют о временах Холодной войны и Большого брата. Однако история не стоит на месте: с технической точки зрения централизованная модель компьютерно-опосредованных коммуникаций уже устарела. Какая вычислительная мощность понадобится для детального анализа информационных потоков, протекающих через Сеть? Как слежка может быть установлена за всеми актами обмена при равноправных отношениях? Без присмотра электронные товары спонтанно превратятся в свободные дары, обращающиеся в Сети.

Поскольку технического средства защитить копирайт не существует, корпорации могут только прибегать к государственной власти. Полиция и суды должны отвратить людей от «пиратства» или разработки программ для не авторизованного копирования. Общественные нравы Сети и сетевое программное обеспечение должны быть признаны преступными. Только страх в силах смирить каждого заключенного в Паноптиконе. Для медиа-корпораций негативная форма свободы печати стала синонимична навязываемой государством экономической цензуре. Закон следует соблюдать, Сеть следует заменить цифровым Паноптиконом, а свобода торговли важнее свободы слова.

В Фонде свободного программного обеспечения считают, что нарастающие противоречия между легальностью и реальностью в Сети можно разрешить только расширением применения Первой поправки. Экономические интересы меньшинства не должны поддерживаться в ущерб политическим свободам большинства. Негативную концепцию свободы печати необходимо применить к частным корпорациям так же, как к общественным институтам. Государство должно воздерживаться не только от политической, но и от экономической цензуры [7]. По мере того как привилегия копирайта исчезает, информация должна регулироваться более либеральным образом: в терминах «копилефта» [8]. Хотя производители должны сохранять возможность защищать плоды своего труда от плагиата, каждому должно быть позволено копировать и изменять информацию в своих целях. Свобода слова означает свободу от принудительного обращения слова в товар [9].


Об авторе: Ричад Барбрук (Richard Barbrook) — координатор Исследовательского центра гипермедиа Вестминстерского университета (www.hrc.wmin.ac.uk). Подробную информацию см. в «КТ» #350.


1 (обратно к тексту) - Lawrence Lessig, Code: and other laws of cyberspace; Michael Hauben and Ronda Hauben, Netizens: on the history and impact of Usenet and the Internet // IEEE Computer Society Press, Los Alamitos CA, 1997. - Здесь и далее прим. автора, если не оговорено иное.

2 (обратно к тексту) - Tim Berners-Lee with Mark Fischetti, Weaving the Web: the past, present and future of the World Wide Web by its inventor, Orion Business Books, London 1999; Richard Barbrook, The Hi-Tech Gift Economy // nettime (editors), Readme!: ASCII culture and the revenge of knowledge, Autonomedia, New York 1998; Ричард Барбрук. «Киберкоммунизм: что американцы готовят на смену капитализму в Киберпространстве». // «Компьютерра» #350, 2000, сс. 25-29.

3 (обратно к тексту) - Rishab Ghosh, Cooking Pot Markets: an economic model for the trade in free goods and services on the Internet // First Monday, 1998 (http://dxm.org/tcok/cookingpot); Richard Barbrook, «The Hi-Tech Gift Economy».

4 (обратно к тексту) - Bill Brewster and Frank Broughton, Last Night a DJ Saved My Life: the history of the disc jockey, Headline, London 1999; Sheryl Garratt, Adventures in Wonderland: a decade of club culture, Headline, London 1998.

5 (обратно к тексту) - Jacques Attali, Noise: the political economy of music, University of Minnesota Press, Minneapolis 1985, pp. 133-148; Romandson, Interactive Music in: Adam Lowe and Simon Schaffer (editors), N01SE: universal language, pattern recognition, data synaesthetics, exhibition catalogue, Kettle’s Yard, Cambridge 2000.

6 (обратно к тексту) - Эта новая парадигма объединяет находящихся на переднем крае интеллектуалов - от ученых до менеджеров. См. напр.: Manuel Castells, The Rise of the Network Society, Blackwell, Oxford 1996; Jonas Ridderstrale and Kjell Nordstroem, Funky Business: talent makes capital dance, ft.com, London 2000.

7 (обратно к тексту) - См. Richard Stallman, Freedom - or Copyright?. Американские судьи уже постановляли, что программирование для компьютера подпадает под защиту свободы слова, см. Patricia Jacobus, Court: Programming languages covered by First Amendment // CNET news.com, 4th April 2000 (news.cnet.com/news/0-1005-202-1641004.html).

8 (обратно к тексту) - Copyleft может функционировать и как «свободная юридическая зона» внутри юрисдикции, поддерживающей концепцию копирайта. - М.О.

9 (обратно к тексту) - См. перевод Универсальной общественной лицензии и Манифеста GNU в: Ричард Столмен. «Руководство по GNU Emacs». - М.: АНО «ИЛКиРЛ», 2000.

В пророчествах неолибералов от высоких технологий вся информация должна неизбежно трансформироваться в чистый товар. Внутри Паноптикона всем будет навязана одна-единственная бизнес-модель [Berners-Lee, pp. 70–71]. Однако пока есть выбор, практически каждый предпочитает Сеть, построенную снизу вверх, а не внедряемую «сверху» модель коммуникации. Важно, что отсутствие «интеллектуальной собственности» в Сети так и не стало препятствием для ее успешной коммерциализации: наоборот, многие dot.com-предприниматели обнаруживают, что вне Паноптикона можно заработать больше.

Фирмы более эффективно торгуют со своими поставщиками и потребителями, если все используют основанное на открытых исходниках программное обеспечение. Сотрудники взаимодействуют друг с другом более эффективно в не проприетарной архитектуре Сети [Hagel&Armstrong]. Несмотря на свое богатство и влияние, медиа-корпорации вряд ли сумеют убедить своих приятелей-капиталистов из других отраслей принять цифровой Паноптикон. Если существующая Сеть позволяет хорошо зарабатывать, зачем бизнесу принимать менее гибкую форму коммуникации?

Даже для того, чтобы торговать «интеллектуальной собственностью», нет необходимости инвестировать в дорогостоящие системы защиты копирайта. Информацию можно обращать в товар хорошо испытанными методами: рекламой, доставкой в реальном времени, связыванием с товарами, агрегированием и поиском данных (data-mining) и предоставлением услуг по поддержке [10]. Пока эти приемы приносят доход, ослабление режима «интеллектуальной собственности» в Сети вполне можно вытерпеть. Все чаще информация существует одновременно и как дар, и как товар, — или как гибрид одного с другим, и различие между проприетарной и свободной информацией становится обусловленным обстоятельствами: Linux можно и бесплатно загрузить из Сети, и приобрести на диске у торгующей ею фирмы [11].

И это гибридное существование не ограничивается современным программным обеспечением: например, одна и та же танцевальная мелодия продается на виниле, бесплатно передается в MP3-файлах и сэмплируется для создания новой музыки. Пассивное потребление фрагментов информации сосуществует теперь с партисипаторным процессом интерактивного творчества. Свобода слова позволяет сочетать свободу торговли и свободу дарения.

Обретение средств Информации

В соответствии с сегодняшним законодательством эта новая форма свободы слова является просто новым типом «кражи»: информация всегда должна оставаться товаром. Однако в самой Сети свобода слова обуславливает текучий процесс «интерактивного творчества»: информация существует и как товар, и как дар, и как гибрид товара и дара. Не замечая этого нарастающего противоречия, политики продолжают ужесточать юридическую защиту копирайта на национальном и международном уровнях [12]. Они намерены помогать своим местным медиа-корпорациям успешно конкурировать на глобальном рынке. В результате буква закона называет преступлением активность в Сети практически каждого ее пользователя. Например, дарение бутлега в формате MP3 становится «кражей интеллектуальной собственности» медиа-корпораций. Негативное понятие свободы прессы запрещает политическую цензуру лишь для того, чтобы оправдать цензуру экономическую. Свобода торговли — это государственная власть [13].

Существующие законы о копирайте все труднее соблюдать в Сети: вероятность быть наказанным за обмен MP3-файлами исчезающе мала, так что понятие свободы слова должно быть расширено за пределы свободы от политической цензуры, исходя хотя бы из прагматических соображений.

Карл Маркс уже в XIX в. утверждал, что свобода слова не должна ограничиваться свободой торговли. Левые боролись не только против политической, но и против экономической цензуры. Важно, что отмена юридического контроля была необходимым, но недостаточным условием свободы слова; необходим был также доступ каждого к технологиям, обеспечивающим самовыражение, — в этом состоит позитивная свобода слова [14].

В отличие от негативного, позитивное понятие свободы определяется так: «Я хочу быть… активным, принимать решения, а не оставлять решения другим, сам управлять собой, а не пассивно претерпевать действия… других как раб, неспособный… ставить цели и определять правила для себя и выполнять их» [15]. По техническим и экономическим причинам раньше казалось невозможным, чтобы рядовой человек обрел свое средство информации. Вместо этого левые поддерживали общественное вещание, чтобы дать своим лидерам доступ к эфиру. Свобода слова оказалось лишь свободой для избранных политиков [16].

С развитием Cети такой ограниченный взгляд на свободу прессы становится анахронизмом. Жесткое проведение законов об «интеллектуальной собственности» должно уступить место официальному признанию более гибких форм обращения информации: бутлегам, свободному софту и софту с открытыми исходниками, содержанию, являющемуся общим достоянием. «Fair use» — это свобода слова [17].

Большинство устраивает, что торговля товаром на старых носителях сосуществует с оборотом даров на новых носителях [18]. Даже неолибералы понимают, что торговать физическими товарами гораздо легче за пределами Паноптикона. Хотя электронная торговля всегда будет зависеть от юридического регулирования, интерактивное творчество пользователей Сети не нуждается в полиции и суде. «Чем более совершенна цивилизация, тем менее она нуждается в правительстве, поскольку тем более она регулирует свои дела сама и управляет собой…» [19].

Рано или поздно государство оставит попытки внедрить экономическую цензуру в Сети. Даже медиа-корпорации вынуждены будут в конце концов признать смерть информационного фордизма. Вместо принуждения к соблюдению копирайта, государственное вмешательство может сфокусироваться на расширении и совершенствовании доступа к Сети всех людей, и негативная свобода от государственной цензуры должна развиться в позитивную свободу обретать свои средства информации. В эпоху Сети свобода слова становится «правом «шуметь»… писать свой код и свои сочинения… правом на свободный выбор в объединении своего кода с чужим, — то есть право творить жизнь» [20].

Пер. с англ. — М.О.


10 (обратно к тексту) - Эстер Дайсон. «Жизнь в эпоху Интернета. Release 2.0». - М.: «Бизнес и компьютер», 1998, сс. 139-232.

11 (обратно к тексту) - Robert Young, How Red Hat Software Stumbled Across a New Economic Model and Helped Improve an Industry // Journal of Electronic Publishing, Issue 3, Volume 4, March 1999 (www.press.umich.edu/jep/04-03/young.html).

12 (обратно к тексту) - Christopher May, A Global Political Economy of Intellectual Property Rights: the new enclosures?, Routledge, London 2000.

13 (обратно к тексту) - Lawrence Lessig, Code: and other laws of cyberspace, Basic Books, New York 1999, pp. 30-60.

14 (обратно к тексту) - Карл Маркс. Дебаты о свободе печати и об опубликованных протоколах. // Соб. соч., т. 1. - М.: Политиздат, 1955, сс. 30-84.

15 (обратно к тексту) - Isaiah Berlin, Two Concepts of Liberty. In: Four Essays on Liberty, Oxford University Press, Oxford 1969. О социалистических понятиях свобод см. тж.: Карл Маркс. К еврейскому вопросу // Соб. соч., т. 1. - М.: Политиздат, 1955, сс. 382-413.

16 (обратно к тексту) - Richard Barbrook, Media Freedom: the contradictions of communications in the age of modernity, Pluto, London 1995.

17 (обратно к тексту) - Ричард Барбрук. Киберкоммунизм.

18 (обратно к тексту) - «Фрагментация копирайта» обсуждается в: Christopher May, A Global Political Economy of Intellectual Property Rights, pp. 144-157.

19 (обратно к тексту) - Tom Paine, Rights of Man, Penguin, London 1969.

20 (обратно к тексту) - Jacques Attali, Noise.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2022
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.