Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Владимир Мартынов: "Есть глубокие, системные пороки в устройстве современного государства"

Архив
автор : Леонид Левкович-Маслюк   20.10.1998

Обширный рынок интеллектуального труда в Москве связан с финансовой сферой. Как выяснилось, профессиональные физики, математики, программисты весьма конкурентоспособны на нем.

 

Обширный рынок интеллектуального труда в Москве связан с финансовой сферой. Как выяснилось, профессиональные физики, математики, программисты весьма конкурентоспособны на нем.

Владимир Мартынов <martynov@ami.rospac.ru> в 1989 году с отличием окончил МФТИ. Началась перестройка, и научную работу пришлось оставить. В 1995 году Владимир начал работать в финансовой сфере: управлял портфелями ценных бумаг на рынке ГКО. В 1996 году стал начальником отдела государственных ценных бумаг в инвестиционной компании "Энергогарант-Инвест Лтд.". Важной частью деятельности этой компании была работа на рынке ГКО, где она выполняла функции дилера.

Еще весной для "Компьюномики" был подготовлен материал, где рассказывалось об онлайновой системе, открывающей инвесторам доступ на рынок ГКО через Internet. Система была разработана по заказу "Энергогарант-Инвест Лтд" Центром открытых систем и высоких технологий, который создан на базе МФТИ при содействии фирмы Sun Microsystems. Но произошли известные всем события, страна барахтается в водовороте финансового кризиса, рынка ГКО больше нет, а инвестиционные компании погрузились в анабиоз.

Мы побеседовали с Владимиром Мартыновым о причинах кризиса, о нынешней ситуации на финансовых рынках и других интересных вещах.

Владимир, давайте начнем с краткого рассказа о системе, разработку которой вы возглавляли. Рынка ГКО теперь не существует, но ведь эта технология может оказаться полезной и для других целей.

- Клиент-серверная система "ГКО-Энергогарант" (по названию холдинг-группы) введена в эксплуатацию весной 1997 года. В качестве сервера используется операционная система Solaris, в качестве СУБД - Oracle. Клиент может соединяться с сервером при помощи любого браузера, но защищенный режим поддерживается только для браузеров Netscape, по протоколу SSL 2.0.

Как происходит общение клиента с торговой системой?

- Клиенты, имеющие доступ к Internet, могли через нашу систему в течение торгов покупать и продавать бумаги на рынке ГКО на ММВБ. Вы вводите номер своего договора и пароль и получаете возможность совершать операции. Цикл работы составляет 15 секунд (если не учитывать задержки на линиях связи). Ваше торговое поручение начинает периодически закидываться в торговую систему по указанной вами цене - до тех пор, пока оно не исполнится или пока вы его не отмените.

Как устроен интерфейс?

- Собственно торговый терминал состоит из четырех страниц. На одной из них - котировки в реальном времени, обновляющиеся каждые 15 секунд. Вторая страница позволяет вам вводить поручения на куплю и продажу. Третья страница содержит список совершенных сделок, список текущих поручений, которые еще не исполнены (их вы можете в любой момент снять), а также показывает состояние портфеля.

Кроме того, система в некоторой степени контролирует корректность ваших заявок, следит за количеством зарезервированных денег и бумаг. Например, если вы, имея сто облигаций, дали заявку на продажу пятидесяти, а затем еще семидесяти штук, система сообщит вам, что это невозможно. То же самое с деньгами. Можно сгенерировать поручение типа "купить на остаток" - часто это бывает удобно. Торги можно проводить сразу по нескольким портфелям, используемый счет можно разделить на субсчета - это полезно при ведении операций хеджирования на рынке фьючерсов (для выделения захеджированных бумаг)...

Вы собирались совершенствовать систему?

- Да, по мере развития программного обеспечения ММВБ. Мы намеревались увеличить скорость работы, расширить состав поставляемой информации - не только спрос, предложение и цену последней сделки, но еще и очереди заявок. Предполагалось дать клиенту возможность проводить операции с акциями на ММВБ, а в последствии - и на других биржах. Но сейчас перспективы системы не вполне ясны. О них можно будет говорить, только когда минует кризис...

В чем вы видите корни кризиса? Когда появились первые признаки? И насколько роковую роль сыграл рынок ГКО? Вот в США, например, имеется колоссальный рынок государственных казначейских облигаций (Treasury bonds) - и ничего...

- Совершенно верно, идея была именно такая: есть американский рынок Treasury Bonds, давайте сделаем такой же. А на деле - у них там небоскреб, а у нас - маленькая конура, на нее можно случайно наступить и даже не заметить...

?

- Большой объем американского рынка обуславливает определенную инертность, устойчивость. А наш рынок по сравнению с крупнейшими мировыми рынками совсем маленький и поэтому очень чувствительный даже к не слишком сильным, по мировым меркам, воздействиям. Вообще, финансовые рынки - это системы с множеством положительных обратных связей, что потенциально ведет к хаотическому поведению. То есть небольшое воздействие иногда может вызвать серьезные последствия.

Но в хаотической системе эти последствия нельзя предвидеть?

- На уровне глобальных, макроэкономических показателей предвидеть в какой-то мере можно. Но это не тот уровень, на котором работают рядовые трейдеры.

Хорошо, ну а отечественный рынок ГКО можно было как-нибудь изменить, чтобы добиться стабильности?

- Вполне можно было это сделать. Например, с самого начала не выпускать облигации, а использовать государственные депозиты, и ставки по депозитам пересматривать не слишком быстро. Тогда склонность к колебаниям резко уменьшается. Впрочем, одна лишь перестройка рынка ГКО не спасла бы от кризиса - вся наша финансовая система была устроена довольно нелепо.

Например, у нас курс доллара устанавливался по результатам торгов на ММВБ. Потом ввели курс ЦБ, устанавливаемый "волевым усилием", - это все-таки шаг к тому, чтобы уменьшить силу положительных обратных связей. Но в любом случае, рынок ГКО являлся основой нашей финансовой системы, и его нельзя было закрывать ни при каких обстоятельствах! Чтобы это понять, не надо быть специалистом, не надо иметь кучу аналитиков, как у премьер-министра. Достаточно знать элементарные вещи...

Но ведь государство не смогло рассчитаться с держателями ГКО!

- Надо было вовремя понизить доходность на рынке ГКО. Это можно было сделать, существовали разные пути. Например, делать валютные облигации - в том числе и для участников, не имевших валютных лицензий. Можно было и правила торгов изменить... Но вместо этого имитировали полную беспомощность. Точнее, сознательно были установлены такие правила, по которым можно только проиграть. И, разумеется, проиграли.

А если говорить о высоких доходностях, которые были перед обвалом рынка, так ведь бывали в прошлом и более высокие - перед выборами 1996 года, например... Но я не хотел бы сейчас в это углубляться. Это все-таки частности, а, как мне представляется, есть глубокие, системные пороки в устройстве современного государства. Потенциально (при наличии доброй воли) преодолеть эти пороки можно, смоделировав социально-экономическое поведение общества, а затем изменив государственное устройство в соответствии с полученной моделью.

Очень интересно.

- Во-первых, я считаю, что создание подробной и точной модели общества возможно, однако собрать необходимую информацию очень трудно. Поэтому должен быть соблюден баланс между сложностью и простотой, то есть, говоря физическим языком, не должно требоваться слишком много измерений состояния системы.

Хорошо бы, конечно, иметь такую модель, но как ее сделать? Как хотя бы понять, с каких позиций подойти к ее созданию?

- Начнем с того, что даже если бы такая модель уже была, ни одно существующее правительство не стало бы ею руководствоваться - правительства работают по совершенно другим принципам! Но если говорить о подходах к ее созданию, то мне кажется, есть единственный разумный путь: строить из небольших кирпичиков, каждый из которых описывает небольшие подсистемы, с небольшим количеством параметров. А потом мы должны научиться объединять эти маленькие модели в единое целое.

При этом сразу возникнет конфликт - одна модель мыслит в одних терминах, другая - в других. Придется вводить массу преобразований одних параметров в другие, к тому же часть моделей могут быть вероятностными или нечеткими, и кончится тем, что в большой модели ничего однозначного не останется - будет нечеткое моделирование.

Но это не страшно, особенно если нас устраивает не обязательно количественный, но также и качественный прогноз. Откуда взять маленькие модели? Есть два возможных источника - экспертные оценки и эмпирические закономерности. Так как потребуются многие сотни моделей, причем заведомо нелинейных, их разработку надо "поставить на поток". Нужен быстрый способ генерации моделей по эмпирическим закономерностям и экспертным оценкам. Разработка такого способа и есть, по-моему, основная трудность в реализации всей этой программы.

Как же ее преодолеть?

- Для примера давайте рассмотрим финансовые временные ряды. Задача - прогноз их поведения. Одна из главных проблем заключается в том, что ряды очень короткие (несколько сот значений). Поэтому прогнозирующая функция должна зависеть от малого числа параметров. Но как добиться, чтобы простая модель описывала сложный ряд? Думаю, что подходящий математический аппарат уже есть.

В 1997 году я пригласил в нашу компанию специалиста по поиску нелинейных закономерностей Александра Байтина, с которым некоторое время работал над прогнозированием рынка ГКО. В своей работе он основывается на достижениях известной специалистам группы из Санта-Фе (США). С помощью методов, развитых этой группой, можно количественно оценить, есть ли в данном временном ряде закономерность, описываемая, скажем, пятью определенными параметрами.

Используя и развивая эту технику, можно пытаться искать "минимальные" модели для имеющихся рядов, причем делать это достаточно быстро, подстраиваясь под непрерывно происходящие изменения. Развитие этого научного направления, по моему мнению, может качественно облегчить задачу построения адекватной модели общества. Кстати, модель рынка ГКО, которая была построена Байтиным в период, когда на рынке были низкие доходности, позволяла с поразительной точностью предсказывать поведение рынка на два месяца вперед. Прежде никто не верил в возможность таких предсказаний.

Насколько я понимаю, построение социально-экономической модели - это план на отдаленную перспективу?

- Конечно, это огромная работа, для которой нужно много заинтересованных, квалифицированных людей. Но рано или поздно, я считаю, делать что-нибудь в этом роде придется. А пока желательно начать с решения более простых задач. Например, с оптимизации деятельности какой-либо крупной компании или конгломерата компаний силами небольшой рабочей группы, которая будет работать на принципах самоокупаемости.

Вопросами оптимизации работы крупных компаний я начал интересоваться еще три года назад и могу сказать, что на сегодня у меня сложился некий план по созданию и "раскрутке" соответствующей консалтинговой фирмы. Подобралось уже несколько опытных специалистов, которые могли бы составить ее костяк. Но, к сожалению, пока нет заказчика, на базе которого можно было бы "раскрутиться".

Ну что ж, будем надеяться, что ваши планы успешно реализуются.

 

От редактора

Максим Отставнов <maksim@volga.net>

Как уже заметил Леонид Левкович-Маслюк, интервью с Владимиром Мартыновым готовилось довольно долго и в портфеле "Компьюномики" представлено тремя вариантами, из которых публикуется последний.

Изначальная интрига этого материала заключалась в том, что система "ГКО-Энергогарант", разработанная под руководством нашего сегодняшнего собеседника, предоставила дешевый Internet-интерфейс к площадкам (точнее, к одной площадке - ММВБ) высокодоходного спекулятивного рынка государственных инструментов. Это могло бы быть шагом к тому, чтобы этот рынок стал массовым.

Важно, что интерфейс позиционировался не только и не столько как услуга частным лицам (в июне, когда готовился второй вариант беседы, их доля среди клиентов системы называлась равной 7 процентам), сколько как средство доступа на соответствующий рынок (государственных краткосрочных облигаций, облигаций федерального займа и облигаций РАО "Высокоскоростные магистрали") для институциональных инвесторов, и прежде всего банков, не имеющих дилерских лицензий для работы на рынке ГКО.

Планируемое сокращение издержек при работе через систему (по сравнению с выходом на рынок в качестве самостоятельного дилера) для таких институтов составляло два порядка. И это правдоподобно, если обратиться к опыту первой фазы Internet-революции в сфере финансовых услуг на Западе (см. статью Айана Григга (Ian Grigg), "Компьютерра", #240). То, что на второй ее фазе сами посредники, предоставляющие такие интерфейсы, оказываются в непростом положении и идут на "интернетное мясо" (см. одноименную статью Анатолия Левенчука, "Компьютерра", #263), можно пока вынести за скобки.

Так или иначе, эта интрига себя исчерпала за исчезновением предмета обсуждения. Вины ни фигуранта интервью, ни нашего автора в том нет, но сегодняшняя публикация обусловлена не этим, а чисто содержательными обстоятельствами.

И мне, и, думаю, читателям, интересно, как происходящие события и их исход - "кризис", попытки его преодолеть и дальнейшие перспективы финансовых рынков - выглядят "изнутри", с точки зрения участников процесса развития технологической инфраструктуры этих рынков. Слова Левковича-Маслюка о возможной "полезности для других целей" той или иной отрабатываемой технологии кажутся мне слишком обтекаемыми.

Рынок ценных бумаг в России с момента его возникновения носит "игрушечный" характер. Бумажные "недоинструменты" типа ваучеров, "акций" МММ и т. п. позволили достаточно большому количеству людей профессионализироваться в перекладывании и учете бумажек, и в этом их ("недоинструментов") смысл. Подобная работа начала производиться и для механизмов обращения современных безбумажных инструментов. В том, что начавшая складываться инфраструктура рынка из-за августовских событий в очередной раз "не сработала" и произошел некоторый откат, ничего страшного нет. Учимся, и даже платим за учение не очень дорого.

Я смотрю на финансовые рынки России как на прекрасную площадку для экспериментирования с новыми технологиями, инструментами и институтами. Которые - в своем "промышленном" варианте - могут стать совсем даже и не российскими, или не только российскими.

А вот то, что технологи при наступлении "кризисных" обстоятельств так легко меняют инженерную позицию на научную и начинают строить "модели общества", кажется мне достаточно неприятным симптомом. Но я надеюсь, что это пройдет.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2021
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.