Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Голубятня: Девушка из Монако

АрхивГолубятня-Онлайн
автор: Сергей Голубицкий   02.06.2009

Часто незначительные художественные явления вызывают несоразмерно сильную реакцию. Причина неожиданного эффекта - во внешних коннотациях, которые соединяют второстепенные элементы фильма (книги) с биографией зрителя (читателя).

Очень часто незначительные художественные явления вызывают несоразмерно сильную реакцию. Причина неожиданного эффекта - во внешних коннотациях, невидимых связях, которые соединяют второстепенные элементы фильма или книги с биографией зрителя (читателя). В подобных случаях художественное произведение воздействует по принципу: "Это вы сказали "Моб твою ять? Нет? Ну простите - наверное, музыка навеяла".

Случаются, однако, нетрадиционные казусы: смотришь фильм, в котором по всем мыслимым и немыслимым признакам нет совершенно ничего, достойного внимания и обсуждения, и на тебе - западаешь на полную катушку! При этом глубину переживаний невозможно вывести ни из каких личных воспоминаний и коннотаций. Разве что подсознательных? Ну да пусть читатель самостоятельно рассудит, а заодно - проверит и себя самого на примере одной такой истории, которую мне хочется поведать сегодня в кратком культур-повидле.

Посмотрел я днями средненький, проходной франко-американский фильм "Девушка из Монако". Сюжет незамысловат до бесчувствия: видный парижский адвокат приезжает в Монако защищать богатую-пребогатую бабку, ожидающую в монакском застенке справедливой кары за смачный замоч (тринадцать ножевых ран) своего русского любовника Дмитрия. Дабы больше не отвлекать читателя понапрасну на эту второстепенную сюжетную линию, скажу, что адвокату удалось разжалобить присяжных, которые вкатили мерзкой бабке один-единственный год тюремной отсидки на том основании, что она якобы пребывала в состоянии аффекта, обозлившись на русского любовника, который - тоже якобы - изменил ей с её же сыном.

Как видите, вполне себе французская фабула с, опять же, грамотным общественно-политическим пенделем: мало того что непрошенный русский спецпереселенец баловался геронтофилией, так ещё и педикаторством не брезговал. Поскольку у покойника Дмитрия быстро объявились родственники, а с русскими, как говорят в фильме, "шутки шутить опасно", к парижскому адвокату сразу же приставляют верзилу алжирской внешности. Верзила постоянно и с сосредоточенным видом "проверяет периметр" и отгоняет от адвоката назойливых местных бабёх. И вот поди ж ты - не уберёг! Адвокат западает на местную weather girl, трогательно крутящую попкой на монакском телевидении. Weather girl тоже оказывается не промах, и, типа, западает на адвоката. Об этом обоюдном западении, собственно, и весь фильм.

Кончается дело тем, что weather girl своим излишне нахрапистым желанием выйти замуж и смотать в Париж из монакской провинциальной дыры отпугивает адвоката и тот просит алжирскую гориллу "разобраться с ней" накануне заключительной судебной речи на процессе (деваха мешает сосредоточиться!). Горилла "погодницу" гасит, не преминув, впрочем, с ней переспать перед тем, как подтолкнуть с обрыва вместе со скутером. Адвокат произносит триумфальную речь, бабку, убийцу русских людей, оправдывают, а адвоката вызывают в полицию для дачи свидетельских показаний против алжирской гориллы. В участке, однако, адвокат раскаивается и берет на себя.

Заключительный кадр фильма: бабка, убийца русских людей, выходит через год из застенка, наблюдая на тюремном дворе адвоката, который читает открытку, присланную гориллой из тропического далёка: "Спасибо, босс, что взял на себя! Если передумаешь - свистни, я примчусь и заберу грех на душу!"

Описанная выше сюжетная канва имеет к пафосу фильма и моим глубинным переживаниям вокруг него ничуть не большее отношение, чем линия судебного процесса над пожилой убийцей русских людей. И пафос, и переживания завязаны исключительно и непосредственно на образе самой "погодницы", которая умудрилась соединить в себе два головокружительных обстоятельства: умопомрачительную красоту с умопомрачительным блудом! Weather girl Одри (актриса Луиза Бургуэн) заставляет мужскую часть зрительской аудитории вслед за протагонистом-адвокатом раствориться в её чувственности и зубодробящей сексуальности.

Всё было бы замечательно и даже - в рамках кино для семейного просмотра, если б не воинственное распутство Одри: монакская Афродита в прямом смысле слова спит с каждым встречным и поперечным мужчиной, попадающим в кадр. Стоит ли удивляться, что от творящейся вакханалии в мужском сознании случается короткое замыкание, поскольку на уровне бытовой логики божественная красота непременно обязана демонстрировать атрибут недоступности? "Погодница" же, переодевшись в кролика Банни, жизнерадостно и самозабвенно предлагает себя в качестве подарка на день рождения малознакомому юбиляру из молодежной монакской тусовки. (Недоумение адвоката: "Чего это она делает?!" один из старых знакомых Одри парирует железной логикой: "Пойдем отсюда, не будем мешать! Юбиляр единственный, кто с ней ещё не переспал, и потом - ему этого всегда очень хотелось!")

Полагаю, понятно, отчего парижский адвокат "заказал" свою несостоявшуюся невесту. В самом деле понятно? Ну, замечательно. А теперь скажите на милость: по какой причине он раскаялся в содеянном и принял вину на себя? Стало вдруг жалко? Вздор! Испытал угрызения совести? Кто - адвокат?! Я вас умоляю! Скажу больше: лично мне образ Одри был симпатичен с самого первого кадра, и чем сильнее адвокат комплексовал из-за "распутства" weather girl, тем большую антипатию вызывал, так что в кульминационный момент (просьба "разобраться", адресованная алжирской горилле) у меня только и могло вырваться: "Вот сволочь!"

Забавно, что смотрел я "Девушку из Монако" не один, а в компании, и компания подвергла меня единодушному остракизму за то, что принял сторону Одри, а не адвоката ("Туда ей, распутнице, и дорога!"). На меня, впрочем, общественное порицание не подействовало: чем больше weather girl "распутничала" по сюжету, тем больше я восхищался её непосредственностью и непринуждённостью. Природностью, если хотите. Тогда как мерзкий адвокатишка - вопреки половой солидарности и якобы гнездящемуся в каждой мужской особи подсознательному страху перед stato cornuto1 - вызывал стойкое отвращение.

Предлагаю читателям непременно посмотреть "Девушку из Монако" - хотя бы на предмет определения собственной реакции на самую необычную тематическую линию картины - концепцию доступной красоты. Заодно можно замерить и степень личного ханжества, которое лакмусовой бумажкой реагирует на "распутное" поведение Одри.

Тем зрителям (и читателям), кому образ Одри представится в таком же неортодоксальном свете, что и Старому Голубятнику, спешу протянуть руку культурологической помощи: наша "неправильная" и "оскорбляющая добродетель" оценка Красоты стала "неправильной" лишь в эпоху капиталистического реализма, тогда как ранее - в романтическом европейском сознании - она была доминирующей. Эпитафию "вызывающим ценностям" написал в 1870 году Михай Эминеску, величайший поэт румынской нации, чьё мировоззрение сформировалось под сильным влиянием творчества Гёльдерлина и Новалиса. "Венера и Мадонна" - стихотворение Эминеску, посвященное божественной красоте возлюбленной, которая на поверку оказалась весьма щедрой на авансы окружающим. Вот как выглядит "момент прозрения" в гениальном переводе Анны Андреевны Ахматовой:

Но теперь покров спадает,

От мечтаний пробуждая,

Разбудил меня, о демон, губ

твоих смертельный лед.

Я гляжу на облик страшный,

И любовь моя простая

Учит мудро равнодушью и к

Презрению зовет.

Ты бесстыдная вакханка,

Ты коварно завладела

Миртом свежим и душистым

Осиянного венца,

Девы благостно прекрасной,

Чистой и душой и телом,

А сама ты сладострастье,

Исступленье без конца.

Рафаэль когда-то создал лик

Мадонны вдохновенной,

На венце которой вечно

Звезды яркие горят, -

Так и я обожествляю образ

Женщины презренной,

Сердце чьё - мертвящий

Холод, а душа - палящий яд.

Если бы поэт поставил в этом месте точку, то мировая культура пополнилась бы очередным пошлым панегириком добродетельному резонёрству. Эминеску был, однако, гениален, а потому не мог завершить стихотворение на ноте благочестивого осуждения. Равно как была гениальна и Ахматова - иначе ей никогда бы не удалось переложить на русский язык сложнейшее для перевода стихотворение2 с такой ошеломляющей адекватностью. Вот заключительные строки "Венеры и Мадонны":

О дитя мое, ты плачешь с

Горькой нежностью во взоре -

Это сердце можешь снова ты

Заставить полюбить,

Я гляжу в глаза большие

И бездонные, как море,

Руки я твои целую и молю

Меня простить.

Вытри слёзы! Обвиненье

Тяжким и напрасным было.

Если даже ты и демон,

Обесславленный молвой,

То любовь тебя в святую,

В ангела преобразила.

Я люблю тебя, мой демон

С белокурой головой.

А теперь - положа руку на сердце: вправе ли мы требовать от парижского адвоката, эдакого хрестоматийного чмо из музея Мопассана, чувств и понимания на уровне нищего и гениального поэта? Да ни в жисть!

Софтверная начинка "Голубятни" посвящена программе AML Pages, вышедшей из-под пера Гоши Мазова aka Carc (между прочим, завсегдатая форума нашего портала и, по ряду косвенных признаков, активного борца с тлетворным влиянием Старого Голубятника). Таки неисповедимы пути господни: вот и Carc попал в ощип культур-повидла. Правда, куриный бульон мы из него сварим на объеденье, поскольку AML Pages - программа шикарная и достойная если не пьедестала при жизни, то всяческих похвал - точно.

AML Pages условно можно отнести к софтверной категории программ-хранилищ в самом широком смысле этого слова. Под стать культовой Web Research или китайской MyBase, преданной ныне заслуженному забвению. Структурно AML Pages ближе MyBase, поскольку в основе организации и упорядочивания документов лежит древовидная структура, однако программа Мазова гораздо более продвинута по сравнению с китайским прототипом, поскольку, подобно WebResearch, активно задействует атрибут категорий (контекста).

Чтобы оценить преимущества AML Pages перед конкурентами, достаточно сравнить лидеров по таким основополагающим параметрам, как удобство портирования данных из разных источников, поисковые возможности и экспорт данных.

Не секрет, что большая часть информации поступает к нам сегодня из Интернета, поэтому обе программы обладают расширенными возможностями для взаимодействия с браузерами. Web Research, как известно, использует систему плагинов, которые позволяют сохранять вебстраницы (выделенные участки страниц или изображения) через контекстное меню мыши. AML Pages исповедует совершенно иную религию - портирование данных осуществляется с помощью самостоятельного модуля AML Assist, который постоянно висит в углу компьютерного экрана (разумеется, его местоположение меняется простым перетягиванием мышкой): натолкнувшись на интересующую нас информацию, мы выделяем её и перетаскиваем на иконку AML Assist, выбираем из popup-диалога подходящую форму портирования данных (чистый текст, html, файл и т. п.) - et voila! - нужная информация попадает в базу данных3.

На мой взгляд, преимущество подхода AML Pages к портированию информации очевидно, поскольку универсально: объекты в базу данных можно вводить не только из браузера, но и из любой другой программы, например MS Word, MS Excel и даже Total Commander, так как AML Pages легко переваривает любые файлы, в том числе и бинарные (фильмы, музыку, архивы и пр.).

Второй важный момент для оценки функциональных достоинств серьёзного контейнера для датамайнинга - поисковые возможности. У ContentSaver - предшественника Web Research - были серьёзные проблемы с производительностью: поиск осуществлялся с помощью встроенного в программу движка, медлительного, как черепаха. В Web Research, начиная с третьей версии, задействован штатный движок операционной системы Windows Search, производительности которого можно только позавидовать. Набор поисковых настроек тоже на высоте (см. скриншот). AML Pages использует собственный поисковый движок, который, однако, по производительности (по крайней мере визуально) не уступает Windows Search.

Поиск в базе данных AML Pages можно производить на уровне текста (слово целиком, с учетом регистра, только первое вхождение, поиск в комментариях) с учетом области (панель текста, только выделенная папка, выделенная папка + дочерние, весь документ, то есть база данных, папка листочков - sticky notes, которые создаются кликом мыши на модуле AML Assist, а также с учетом типажа страниц (простой текст, форматированный текст веб-страницы), категорий и дат. Как я уже сказал, поиск в AML Pages выполняется быстро за единственным исключением - веб-страницы шерстятся на скорости ContentSaver.

Наконец, экспорт данных. Да не покажется читателю, что потребность в этой опции высосана из пальца. Скажем, в моём личном случае экспорт несёт на себе вторую по интенсивности нагрузку (после поиска). Возьмём, к примеру, алгоритм моей работы, который при незначительной корректировке может считаться универсальным в датамайнинге. Читатель наверняка помнит мой акроним (МИНОА), передающий последовательность действий от изыскания информации к её накоплению, обработке и анализу. Потребность в экспорте данных возникает в десяти случаях из десяти на стадии обработки информации, когда вам приходится изучать большое количество данных в сжатые сроки. Делать это изнутри самого информационного контейнера (будь то Web Research или AML Pages) неудобно, поскольку ноутбук (и тем более персональный компьютер) зачастую не является идеальным контекстом (в алленовском смысле слова) и потому недоступен. Лучше всего обработка информации (изучение, чтение материалов и т.п.) осуществляется с помощью мобильных устройств - наладонника, коммуникатора, смартфона и даже букридера типа Sony PRS505. Посему функциональность информационных контейнеров мы оцениваем именно по их умению экспортировать данные в мобильные устройства.

Web Research позволяет выводить документы из базы либо в оригинальный формат (текст или html), либо в архаичный (и никому сегодня не нужный) контейнер MHT, либо в файл CHM. Очевидно, что наш выбор - именно CHM, поскольку любой мобильный гаджет его идеально читает с помощью программы Alreader.

Возможности AML Pages аналогичны: экспорт осуществляется в html, в простой текст, в форматированный текст (RTF) и в CHMфайл (с помощью встроенного в программу плагина AML2CHM).

Кстати, о встроенных плагинах. Их для AML Pages написано множество: помянутые выше AML Assist, IE2AML, IE2CHM, а также AML View (для просмотра в Total Commander документов AML Pages на компьютере даже в том случае, когда сама программа не установлена), AML Auto Completion (автоматическое завершение слова при вводе), Aml Shortcut (для создания на рабочем столе, в меню Пуск и в пользовательских папках ярлыков, содержащих ссылку на конкретный документ базы данных AML Pages), File2Aml (цепляющий в базу данных любые файлы в качестве вложения), Aml Speller (проверка русской орфографии) и ещё чуть ли не три десятка плагинов.

Приглашаю читателей навестить домашнюю страницу программы (www.amlpages.com/Rus/index.htm), дабы воочию убедиться в поистине культовом размахе этого проекта (тут вам и статьи, обучающие работе с AML Pages на уровне адаптации системы для частных нужд датамайнинга, и гиперактивный форум, и длиннющие списки модулей и плагинов, находящихся в стадии постоянной разработки, и прочая, и прочая). Bravo Carc! Bravo AML Pages!


Из еженедельника "Компьютерра" № 19 (783)

1. Рогоносное состояние (итал.). [назад]

2. Дело тут даже не в Эминеску, а в чрезвычайно сложной просодии румынского языка, который в этом отношении сопоставим разве что с языком итальянским. [назад]

3. Помимо AML Assist, в программу встроен специальный плагин - IE2AML, позволяющий сохранять страницы одним щелчком мыши непосредственно из Internet Explorer и Maxthon. [назад]

Поделиться
Поделиться
Tweet
Google
 
© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2017
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.