Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Лакмус адаптации

АрхивГолубятня-Онлайн
автор: Сергей Голубицкий   21.01.2009

Внешне Fujifilm Finepix F100fd - уродец, на котором взгляду не за что зацепиться. То же относится и к софтверной начинке... Ситуация парадоксальна: это невзрачная во всех отношениях портативная камера, которая снимает лучше всех конкурентов.

В минувшее воскресенье прошёл боевое крещение на адаптацию. С удовольствием делюсь с читателями историей - и потому, что она универсально иллюстрирует пышный букет цивилизационных, расовых и медицинских фобий, и потому, что идеально вписывается в постновогоднюю расслабуху, не допуская неуместного брюзжания.

Прошлое воскресенье провел на берегу Ганги: вместе со Светом Моих Очей занимался йогой, купался в бурлящем горном потоке и жестоко ликвидировал трехдневное отставание в учебном графике по математике, русскому языку, English и природоведению - джентльменский набор третьеклассника.

Наше излюбленное место для природных вылазок находится на левом берегу реки, в полутора сотнях метров от заброшенного храма. Берег там обрывистый, потому уединение нарушается лишь редкими треккерами, спускающимися по течению на надувных плотах. Неожиданно из-за гигантских пятиметровых валунов, отделяющих песчаный берег от лесного склона, появляется тщедушная фигурка невозможного человечка. Невозможного во всех отношениях: тонюсенькие, обмотанные оранжевой простынёю спички ножек (не то что сала, кажется, даже мышц в нашем европейскокачковом представлении на ножках этих не наблюдается), туловище дюймовочки в байковом куртеце на молнии, выше шеи - энергетический клубок растительности из невычленяемых друг из друга черной бороды, усов и волос. Венчают инопланетную пирамиду гигантские выпученные глаза с выражением, не поддающимся словесному описанию: нужно самому видеть и постараться при этом не упасть в обморок (см. картинку).

"Свами Джаганатх", - представляется человечек на неадекватно чистом английском языке. Индусский английский - штука, надо признаться, особая, не для слабонервных товарищей. Когда индус заговаривает по-английски, одна надежда, что он плохо учился в школе. Потому что если он учился хорошо, то говорить будет быстро-быстро, сохраняя при этом все своеобразие родной фонетики. А знаете, что такое фонетика хинди? Это когда одна треть согласных более ли менее сопоставима с привычными русскими звуками, другая треть - отдаленно соотносится с европейскими аналогами, и последняя треть - вообще не имеет никакого образа и подобия.

Мало того что не имеет, так еще и не поддается усвоению. Моя любимая бяка фонетики хинди - одна из четырех разновидностей звука "Н", произнесение которого в учебнике описывается таким образом:"Для того чтобы произнести n, нужно приготовиться к произнесению t, th, d, dh, r или rh, и затем, не меняя положения органов речи, произнести звук n, но так, чтобы кончик языка касался той части нёба, где образуются t, th, d, dh, r, rh"! Предлагаю читателям поразвлечься на досуге и попытаться коллективно воспроизвести это звуковое чудовище. Я лично забил на учебник и провел около двух часов лицом к лицу с терпеливым учителем-индусом, пытаясь элементарно повторить за ним этот N - впустую! Но весело: раньше даже представить не мог, что на свете существуют звуки, в принципе неподвластные русскому человеку для имитации.

Короче говоря, когда индусы говорят по-английски, они произносят английские слова с использованием всей неотразимой прелести родной фонетики. Пониманию это доступно только до определенной (весьма неспешной!) скорости: когда говорят быстрее, понять уже ничего невозможно. В принципе это не страшно - быстро научаешься не обращать внимания на содержание того, что тебе говорят: достаточно улыбнуться от уха до уха, одобрительно кивнуть и с неподдельным (желательно дурашливым) энтузиазмом сказать: "Хаа джи, хаа джи! Дханьявад!1".

Так вот, Свами Джаганатх изъяснялся на поразительно чистом и грамотном английском языке. Меня прям оторопь взяла. "Свами" в переводе с санскрита означает "свободный от чувств" и служит титулом особо просвещенных учителей и йогинов, достигших высокого озарения. В жизни со свами мне встречаться еще не приходилось, а потому воспринял явление тщедушного человечка на уединенном песчаном берегу Ганга-ма2 с особым воодушевлением: торжественно сложил ладошки на груди, радостно рявкнул "Намасте!"3, добавил обязательное "Руси, Москва!" (дабы, не приведи господи, не приняли за американца или англичанина) и приготовился слушать.

В следующие тридцать секунд Свами Джаганатх вывалил на меня груду информации: о том, что в мае он собирается прокатиться в Москву по приглашению - вести занятия по йоге и тантрической медитации; о том, что у него много друзей по всему миру; о том, что он живет в ста метрах отсюда, в пещере на берегу Ганга; о том, что все в мире - творение великого господа; о том, что, если у нас есть время, он с удовольствием пригласит нас к себе в гости - испить чаю...

Примечательно, что информационный поток Свами Джаганатх изливал параллельно с пением главной шиваистской мантры Махамритьюнджая: "Ооом, трайамбакам яджа махе, сугандхим пушти вардханаам, урвару камива бандханан, мритьор мукшие ма амритаат". Как ему это удавалось, до сих пор не могу сообразить - наверняка акустическая иллюзия. В любом случае, получалось эффектно, и голова моя слегка закружилась.

Разумеется, мы отправились пить чай. Свами заполз в пещеру (которая, между прочим, запиралась на замок!), покопался в неведомых сусеках, набил чем-то руки, ретировался за куст, развел костер и принялся в отдалении мастерить "чай". Через десять минут он вернулся и протянул нам, типа, десерт, который традиционно предваряет ритуал чаепития.

Вот тут-то меня и обломило! Десерт Свами Джаганатха являл собой комок неведомой коричневой субстанции с желтоватыми камушками - как я по-том догадался, орехами. Свами энергично месил комок пальцами, судя по всему - доводя до окончательной консистенции. Десерт был влажный - оставалось только молиться и надеяться, что источником влаги служила вода из Ганга, а не слюна святого человека. Господи, как же меня тут обломило! Так обломило, что ни в сказке сказать, ни пером описать!

Ну и что прикажете делать? Отказаться от десерта значит нанести смертельную обиду доброму человечку. Съесть десерт значит нарушить все мыслимые и немыслимые правила гигиены, соблюдение которых в Индии - непреложное условие выживания в кишечно-желудочном газавате. О том, что вместе с призраком гепатита перед моим взором в этот момент проносились смутные реминисценции на тему галлюциногенных грибочков Дона Хуана, я даже не заикаюсь.

Удивительно все-таки, как медицинские соображения решительно размазали по мозговой подкорке духовные порывы и благородные творческие переживания: "А не пойти бы вам всем в тунгус-заде! Выживание, блин, u:ber alles!" Истина, однако, проявилась не в этом миге малодушия, а в последующем телодвижении: я взял десерт из рук свами, запихал в рот и пробормотал: "Дханьявад!"

Мой компромисс строился на незамысловатой хитрости:сейчас свами отвалит к своему костру, я же потихоньку коричневую каку в кусты-то и выплюну! Куда там! Свами-зараза продолжал стоять истуканом, лупить свои безумные зенки и радостно напевать Махамритьюнджаю. Доктор Менгеле, блин! Ждет, когда начнется агония!

Отступать некуда - с кислой миной жую десерт: короткий горловой спазм и коричневый комок с орехами отправляется по пищеводу в тяжелый путь. Будем надеяться - не в последний! Свами Джаганатх удовлетворенно хмыкает: "Омм, шанти, шанти!", ухмыляется и уходит доделывать чай. Я мысленно считаю сердцебиения, занимаясь самообманом:"Вода, ну конечно вода, какая к черту слюна..."

Потом мы пили чай с молоком и разговаривали. Как водится - о божественном происхождении мира, других разговоров со свами вести не получается. Под занавес Джаганатх извлек из пещеры пухлый блокнот, от корки до корки исписанный адресами друзей - видимо, прошедших, подобно мне, крещение коричневым десертом. Больше всего в блокноте поразило непропорциональное обилие русской публики: тут тебе и Оля, и Таня, и Лена, и Игорь, и Олег, и Андрей, и три Сергея - все сплошь @mail.ru, @yandex.ru да с мобильными кодами 916, 903 да 926. Поистине, наши соотечественники (и соотечественницы) наделены особым даром нарываться на приключения.

Подлинная тайна блокнота Свами Джаганатаха открылась только вечером. Мои друзья - Джайант, Майанк и Рам, - едва бросив взгляд на фотографию свами, прыснули со смеху: "Где ты только нарыл такого обдолбанного чувака?". Оказывается, местные ришикешские свами специализируются не только на духовном росте и приобщении к божественной мудрости, но и на распространении травки: едва стемнеет, а уж к пещерам святых отшельников робко подтягиваются струйки бледнолицего десанта - "попушить", как выражаются сербские братья. Учение Дона Хуана в действии. Аминь!

Пока друзья весело гоготали, я обмозговывал вероятные последствия своей духовной любознательности: а ну как заявится по весне Свами Джаганатх в первопрестольную с гашишной начкой в оранжевой котомке! Ясен перец, с таким выражением глаз внуковскую таможню ему не пройти. Одна незадача: мой адрес, мыло и мобильный телефон красуется аккурат на первой страничке его культового блокнота! Что бы вы подумали на месте майора Шмарова? Правильно: список заказчиков, блин!

Айтишный шматок "Голубятни" сегодня - в струю расслабленный. Не терпится рассказать о железяке, которая не только украшает мою индийскую зимовку, но и поражает воображение мощью, скрытой под непритязательной внешностью.

Ladies and gentlemen, мыльница Fujifilm Finepix F100fd! Прошлой зимой я снимал на Nikon D80, получая удовольствие от зеркального качества, перемежаемое досадой из-за невозможности использовать громоздкий фотоаппарат в определенных ситуациях. Дело даже не в том, что зачастую бывает лень таскать на груди полуметровую фаллическую дуру (с объективом AF-S Nikkor 70-300mm), а в том, что люди, как правило, пугаются зеркальной техники. Индусы, в отличие от европейцев и американцев, в массе своей любят фотографироваться до самозабвения: множество раз, едва завидев в моих руках камеру, случайные прохожие начинали тут же прихорашиваться, поправлять волосы и позировать.

Почти любая спонтанная фотосессия заканчивается лучезарной улыбкой и искренним "Thank You!" - индусским аналогом московского "Х... ты тут расщелкался?!". Тем не менее бывают ситуации, когда громоздкая зеркальная камера людей смущает, особенно если они находятся в состоянии эмоционального взвода:нервничают, ссорятся, неудачно перепрыгивают через лужу, молятся в храме... В этот момент ничего лучше качественной мыльницы не придумаешь: едва уловимым движением руки извлекаешь ее из кармана, незаметно спускаешь затвор и, прежде чем окружающие успевают что-то заподозрить, прячешь обратно.

Моя предыдущая мыльница - Canon Digital IXUS 850 IS - прослужила верой и правдой два года, продемонстрировав сносное качество при ярком дневном свете, удручающее - в закрытом помещении, неприемлемое - при ночной съемке. В последнем случае на изображении по всему кадру возникали бледно-серые пятна - чудовищный артефакт, вызвавший бурю негодования пользователей на всех мировых форумах.

Новую мыльницу я выбирал гораздо тщательнее: исследовал сравнительные тестирования, опросил всех знакомых профессиональных фотографов. Очень боялся, что, как водится, случится несуразная полифония, когда каждый сверчок хвалит свой шесток, однако, на удивление, мнения профессионалов полностью совпадали с результатами онлайн-обзоров и форумных рекомендаций: по качеству съемки сегодня ни одна мыльница не может сравниться с Fujifilm Finepix F100fd. По многим параметрам малышка даже затыкает за пояс бойца из более тяжелой (в прямом и переносном смысле) весовой категории - Canon PowerShot G9.

Окончательный выбор я делал именно между этими двумя камерами - F100fd и G9, и в конце концов отдал предпочтение Fujifilm: во-первых, качество съемки F100fd на ISO 400 и 800 определенно выше, чем у G9; во-вторых, у F100fd потрясающий 5-кратный оптический зум (28–140 мм); в-третьих, идеальная стабилизация; в-четвертых, бронебойная автофокусировка; в-пятых, вдвое меньший вес и размер, чем у G9; в-шестых, в F100fd задействована какая-то уникальная (для мыльниц) технология SuperCCD, содержание которой, по правде говоря, меня совершенно не интересует (а кому интересно - бегут к Антонелло).

Внешне Fujifilm Finepix F100fd - классическая реализация концепции unterscha:tzung: патологический заморыш, визуальный уродец, на котором взгляду не за что зацепиться. То же относится и к софтверной начинке: графика и логика меню (вернее, отсутствие всякой логики) столь чудовищны, что у морально не подготовленного клиента случается диатез. Через минуту-другую, правда, осознаешь, что дело не в злонамеренности разработчиков, а в пяти-семилетнем торможении: визуальное решение софтверной начинки F100fd точь-в-точь такое же, что и на первых цифровых камерах начала XXI века.

Добавьте сюда отсутствие видоискателя, блокировку доступа к карте SD, когда камера находится на штативе, дешевое пластиковое монтажное гнездо под штатив (сам корпус, разумеется, металлический), нестандартный разъем USB (даже не mini - micro), отсутствие гистограммы на мониторе - и вы получите парадоксальную ситуацию: невзрачную во всех отношениях портативную камеру, которая снимает лучше всех конкурентов.

Зачем Fujifilm пошел на столь экстравагантное дизайнерское решение для своей флагманской мыльницы, непонятно: рядом с Digital IXUS 850 IS наша героиня смотрится чуть лучше "Таврии" на фоне Audi TT. К тому же знатоки говорят, что качество съемки F100fd не идет ни в какое сравнение с предыдущими моделями FinePix F30 и F31fd, которые единодушно признаны чемпионами съемки при недостаточном освещении среди мыльниц, когда-либо появлявшихся на рынке.

При всем при этом факт остается фактом: даже уступая своим предшественницам в линейке, F100fd кладет на обе лопатки мыльницы остальных производителей. Сразу после приобретения этой мыльницы (в сентябре) мы с Антонелло провели ее сравнительное тестирование с лучшими аналогами от Canon и Casio: уровень шума у конкурентов был выше в разы (съемка велась в комнате в пять часов вечера при естественном освещении).

Итак, подведем итоги. Единственным противопоказанием для выбора Fujifilm Finepix F100fd являются имиджевые предрассудки: приготовьтесь к тому, что ваша мыльница, извлеченная из кармана, не притянет абсолютно ничей посторонний взгляд! В этом отношении F100fd до Sony HDR-SR11E как до небес: фантастическое качество съемки последней дополняется поистине гипнотическим действием, которое видеокамера оказывает на окружающих - ко мне уже раз десять подходили прохожие на улице, покачивая головой и цокая языком от восхищения.


1. Да, да, спасибо! (хинди). [вернуться]

2. Мать Ганга (хинди). [вернуться]

3. Здравствуйте! (хинди). [вернуться]

Из еженедельника "Компьютерра" № 01-02

Поделиться
Поделиться
Tweet
Google
 
© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2017
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.