Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Кафедра Ваннаха: ИТ сенатора Лонга

АрхивКолонка Ваннаха
автор : Михаил Ваннах   17.03.2011

Лонг совершил революцию - он первым из политиков (разве что "Радио Коминтерна" было впереди) начал использовать в выборной гонке радиовещание.

Уважаемые читатели обратили внимание автора на то, что самой, пожалуй, известной фигурой в Рунете является сетевой борец с коррупцией. Google только что показал количество ссылок на него, почти в пять раз превосходящее число гиперссылок на всеми любимую светскую львицу. И читать его материалы весьма забавно. Слуги народа, таранящие своими "Бентли" полицейские малолитражки. Известнейшие либеральные шоумены, покупающие квартиры в Первопрестольной по цене квадрата меньшей, чем в райцентрах Тульской губернии. Феномен Сети? Давайте поглядим, а не было ли чего подобного раньше...

Есть в американском языке такое словечко - Kingfish. Согласно легенде, выступая в Вашингтоне, сенатор Хью Пирс Лонг, он же "Диктатор Луизианы", как-то заявил репортёрам: "I'm a small fish here in Washington. But I'm the Kingfish to the folks down in Louisiana." "Я мелкая рыбёшка в столице, но Царь-Рыба для людей Луизианы". (Рыба kingfish - вожак стаи, наречье рыбарей сенатор знал досконально. Ведь одним из пунктов его программы была отмена налогов на охотников и рыбаков.) Но мы обратим внимание не столько на выверенность каламбура, сколько на то, что, произнося его в округе Колумбия, Лонг был уверен, что тогдашние информационные технологии, газеты и радио, донесут его до избирателей. Без этого эффекта от слов не было бы. Так кто же такой он - Huey Pierce Long (1893-1935)?

Он родился в деревушке Винфилд на севере Луизианы, в то время одного из самых бедных штатов. Отец - владелец фермы в 320 акров, скотовод. Религиозная семья южных баптистов (это чуть ли не единственная популяция белых людей на планете, кто и ныне размножается, увеличивает свою численность). Три брата и пять сестёр. Социальные лифты в США работали. Кроме Хью в семье - губернатор (Эрл Кемп Лонг), окружной прокурор, конгрессмен и пять преподавателей, включая профессора.

Фермерство Хью Лонга не манило. Из старшего класса школы он ушёл, деля время между запойным чтением и разъездной (весьма успешной) торговлей. Семестр проучился на баптистского проповедника. Женился на стенографистке (вот ещё одна из известных с античности информационных технологий - способ увековечивать, документировать устную речь в то время, когда не было диктофонов). Избрал карьеру юриста, сдав экзамены на адвоката всего лишь после года учёбы. В 1918 году переехал в Шревепорт, третий по величине город в Луизиане. Представлял интересы физлиц против крупных компаний, в том числе иски по выплатам компенсаций рабочим. Позже Лонг с гордостью говорил, что никогда не вёл процессов против бедных людей. И вот тут адвокатская практика начала втаскивать Хью Лонга в политику.

Дело в том, что власть в Луизиане фактически принадлежала крупным компаниям, и прежде всего Standard Oil. По отношению к простым людям корпорации вели себя довольно беспощадно. Принудительные изъятия общественных и фермерских земель. Охотничьи и рыбацкие угодья, загаженные нефтью, - термин "экология" тогда знали лишь биологи, а до Silent Spring оставалось почти полвека. Отсутствие трудового законодательства.

Хью Лонг защищал покалеченных рабочих, вдов, лишённых кормильцев по вине корпораций, рыбаков, чьи угодья отняли. Его поражает несправедливость распределения национального богатства, когда 70 процентов собственности принадлежит 2 процентам людей, о чём он и пишет в новоорлеанскую Item. Да ещё и защита сенатора штата С.Дж. Харпера, в 1917 году, после вступления США в войну, издавшего антивоенный памфлет "The Issues of the Day - Free Speech - Financial Slavery", в котором тот утверждал, что американцев вынудили воевать для увеличения власти и богатства финансовой олигархии. Большое жюри обвинило Паркера в нарушении Закона о шпионаже, и требовало десять лет тюрьмы - такая вот свобода слова! Лонг стал адвокатом Паркера и успешно его защищал. В 25 лет Лонг становится публичным политиком.

На волне борьбы со Standard Oil он проходит в Louisiana Railroad Commission, вплотную столкнувшись с информационными технологиями как бизнесом. Название "Железнодорожная" смущать не должно - просто "чугунка" была первой технологией "естественной монополии", а Комиссия занималась и автодорогами, и связью, и вскоре станет зваться Louisiana Public Service Commission. Лонг был избран в неё, несмотря на противодействие крупных газет (современным аналогом их были бы "эфирные" телеканалы). На него же работала вполне сетевая структура агитаторов, расклеивающая массу афиш и листовок. Первый громкий успех Лонга был связан с отраслью ИТ. Вспомните: на что чаще всего жалуются коллеги-колумнисты? На беспредел провайдеров да опсосов. Так что ж, полагаете, в старину нравы были лучше? Отнюдь! И луизианская Cumberland Telephone & Telegraph Company радостно завысила свои тарифы. Но ей помешал Лонг - в результате процесса Cumberland Tel & Tel Co. v. Louisiana Public Service Commission восьмидесяти тысячам абонентов была возвращена сумма в 440 000 долларов.

Дальше Лонг предпринял борьбу за доступ мелких нефтепроизводителей Луизианы к трубопроводам (ничего не напоминает?). Дело в том, что Standard Oil загружала нефтеперегонные заводы более дешёвой мексиканской нефтью (вот когда пошла глобализация), что и разоряло местных производителей и позволяло за счёт монопольного положения обирать потребителей. Благодаря Лонгу был введён статус общественных нефтепроводов, а также принят закон об обеспечении доступа к ним производителей.

В 1924-м году Лонг выставляет свою кандидатуру на пост губернатора Луизианы. Большие газеты по прежнему против него. И тут Хью совершает революцию - он первым из политиков (ну разве что большевики с шуховским "Радио Коминтерна" были впереди) начинает использовать в выборной гонке радиовещание, "газету без бумаги и расстояний". Правда, по результатам голосования он пока лишь третий, но это только начало. Не скроем, Лонг баловался и тем, что мы теперь назвали бы Data mining. Приезжая в общину, он начинал накапывать компромат на её лидера, обычно шерифа. Общаясь с массой людей, он накапливал и соединял в своей фотографической памяти отдельные факты, обрисовывая с их помощью очертания хранящегося в шкафу скелета. В результате и лидер, и община голосовали за Лонга.

Четыре года спустя Лонг, добавив к радиовещанию ещё одну информационную технологию - смонтированные на автомобилях репродукторы с усилителями на катодных лампах, побеждает с небывалым за всю историю Луизианы разрывом - 17 апреля 1928 года за него подали 96,1 процента голосов! Если раньше власть принадлежала коалиции бизнесменов и плантаторов, защищающих интересы нефтяников и крупной промышленности, то теперь она перешла к сколоченной Лонгом коалиции фермеров и других "маленьких людей". И обратим внимание: новые технологии - радиовещание и громкоговорители были в тот момент на стороне слабых мира сего!

Сенатор Лонг и тогдашняя мультимедиа - микрофоны

Хозяйство Лонгу досталось незавидное. Только 500 км мощёных дорог. Три больших моста. 25 процентов неграмотных. Лонг, по работе в "Комиссии..." понимавший роль инфраструктуры, сфокусировался на ней. И к 1931-му году затраты на работы по улучшению инфраструктуры составляли 2/3 всех расходов штата. В программе строительства дорог в Луизиане было занято 10 процентов всех дорожных рабочих Америки. К 1932 году штат имел 8 000 км дорог с твёрдым покрытием, а ещё через четыре года было уже 14 500 км новых дорог. За четыре года губернаторства Лонга суммарная длина хайвеев в Луизиане возросла от 400 до 3800 км. Открывались вечерние школы для взрослых, дети получали бесплатные учебники, 2/3 населения штата было вакцинировано. Отменены налоги на недвижимость ценой до 2000 долларов, что освободило от них 80 процентов жителей. Снижены цены на телефон и электричество, построен превосходный аэропорт.

В 1932 году Лонг становится сенатором США от Луизианы. Он говорил: "США не смогут оставаться республикой, если значительная часть национального достояния будет продолжать находиться в руках 600 семейств". Уделял внимание реальной свободе информации: "Финансовые воротилы начинают определять редакционную политику почти всех публикаций в США... они позволяют нам получать только такую информацию, которую считают нужной нам знать". Ясно понимал суть Первой мировой: "В действительности мы воевали, чтобы сделать мир более безопасным для тиранов и диктаторов. Деспотизм, деградация, отчаяние в мире - это результат заговора, организованного банком Англии, чья алчность спровоцировала войну, превращая мясников войны в миллиардеров".

В начале New Deal Лонг поддержал Рузвельта, но потом резко разошёлся с ним. Разногласия были принципиальными. Оба политика видели, что развитие технологий породило концентрацию капиталов. Но Рузвельт (по Максу Веберу) приветствовал эту концентрацию, считая, что крупная бюрократия лучше справится с крупным хозяйством, что её технологии управления будут эффективние. Лонг же полагал нужным ограничить власть капитала, считая, что его концентрация убьёт и демократию, и рынок. Программа Лонга - ограничить размер капитала парой мегабаксов - осмеяна ещё в "Одноэтажной Америке" Ильфа и Петрова. Мы же обратим внимание, что размер капитала, который надлежало поделить между всеми американцами, должен был позволить каждой семье иметь не только дом и авто, но и радиоприёмник - сегодня бы фигурировал широкополосный интернет. Обогнав современных рекламщиков, Лонг с 1933 года начал издавать бесплатную газету The American Progress - сравним с сайтами, которые всё могут прочесть бесплатно...

Под мостом имени Лонга проходит десантный транспорт USS New Orleans - воплощение рузвельтовской политики глобальной власти

Популярность Лонга была крайне велика. В январе 1935 года его попытались выкинуть из офиса в Баттон-Руже (Луизиана была его оплотом) силой. От 200 вооружённых противников Лонга спасла Национальная гвардия с пулемётами и слезоточивым газом. Убили Лонга 8 сентября 1935 года. Вроде бы в него стрелял отоларинголог доктор Вайсс, отец которого попробовал на себе лонговские методы политборьбы, тут же пристреленный охраной сенатора. Но неясностей, вроде несовпадения калибров оружия, в деле много - не меньше, чем в убийстве Кеннеди и исчезновении летчицы Экхарт. In reality, Senator Long set up a Fascist government in Louisiana - такими словами помянула Лонга The New York Times, September 11, 1935. Нобелевский лауреат Синклер Льюис отобразил его в виде диктатора Уиндрипа из "У нас это невозможно". Поэт Р.П. Уоррен - как куда более сложного Вилли Старка в пулитцеровской All the King's Men, название которой перефразирует девиз Лонга - Every man a king, but no one wears a crown. Хоронили сенатора сотни тысяч человек. Имя его носит мост через Нижнюю Миссисипи у Нового Орлеана. Железо и бетон правдивей журналистских перьев.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2018
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.