Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Антипяты

Архив
автор : Евгений Козловский   01.09.1997

Что за названье?! Что за тема?!

"Что за манеры?! Что за тон?!"

Модест Чайковский. Либретто "Пиковой дамы" (из арии Графини)

Названье (для тех, кто не слушал или позабыл пластинку по "Алисе в стране чудес" О. Герасимова - В. Высоцкого) поясняю. Когда Алиса, попав в нору Белого Кролика и пролетев сквозь всю землю, выскакивает на поверхность с другой стороны, ее встречают Антиподы. Которые, вместе с Высоцким, поют им же написанную песенку. Там есть такие слова (текста не нашел, цитирую по слуху):

Мы антиподы, мы здесь живем
У нас тут анти-анти акоординаты.
Стоим на пятках твердо мы и на своем.
Кто не на пятках - те антипяты!

Кто читает "Компьютерру" сравнительно регулярно, уже в курсе, что я посетил Штаты, будучи в составе небольшой московской журнальнокомпьютерной команды отправлен нашей фирмой DPI (и отчасти, кажется, европейским отделением Apple) на выставку "MacWorld Expo Boston", в чем в двух словах уже отчитался. Не найдя подходящей кроличьей норы, слетал по Дуге Большого Круга к антиподам. То есть, к антипятам.

Впрочем, если точно следовать сюжету Кэрролла-Высоцкого, антипятом для них был я, но, с другой стороны, если я был для них антипятом, то кем для меня (и для всех вас, дорогие господа) были они?

Возвратясь в Москву, полный впечатлений, я заглянул в кабинет г-на Издателя (где по случаю находился и г-н Главный Редактор) - выразить готовность написать репортаж и про выставку (которая, заметил, была не слишком, на мой вкус, интересной), и о посещении бостонского (и, кажется, единственного в мире) компьютерного музея, - но получил от г-на Кузнецова встречное (поддержанное молчанием г-на Мендрелюка) предложение: написать путевые заметки о поездке в Америку вообще.

Несмотря на тут же воображенный объем безгонорарной работы, я принял контрпредложение с удовольствием: старая ли беллетристическая закваска сыграла и ностальгия по "художественному слову", прочувствовал ли после поездки давнее кузнецовское убеждение, что сегодня миром дирижирует все-таки именно Америка (в смысле - Соединенные Штаты) и, значит, приближаясь к ее пониманию, мы получаем шансы свернуть с никем не хоженного, но собственного, уникального, гордого, расквашенного проселка в сторону хайвэя прогресса.

Более того: я заявил не написанные еще заметки как тему номера. В чем тоже был поддержан.

Но тема - это уже не просто взгляд. Это уже более или менее полное… очерчивание контуров. Неделя же пребывания за океаном (минус 10 часов Дуги Большого Круга) не позволяют даже очертить. Поэтому я позвал в компанию замечательного литератора и практического бизнесмена (а с недавнего времени - еще и главного редактора журнала "CompUnity"), заслуженного любителя и неплохого знатока Штатов Сергея Голубицкого. Если ему удастся (и успеется) впихнуть в довольно жесткие рамки журнальной площади хоть десятую часть того, что я слышал от него об Америке на словах, - вам будет интересно.

И я, и он иллюстрируем свои впечатления собственноручными фотографиями. Мы в этом смысле не профессионалы - потому прошу быть снисходительными.

Заканчивая вводку, обращаю ваше внимание, что эпиграф к ней был взят не по одному созвучию: перенесенное братом великого Петра Ильича в позднеекатерининскую эпоху действие "Пиковой дамы" адресует нас к временам, когда ветер прогресса дул не из Нью-Йорка, а из Парижа, и, ворча, графиня сравнивает отечественных провинциалов и провинциалок с версальскими законодателями и законодательницами мод, мыслей, манер. В пользу, разумеется, последних. Так что созвучие у эпиграфа со статьей, надеюсь, будет не просто фонетическое.

И уж совсем на закуску: цитата из Советского Энциклопедического словаря 1990-го года выпуска.

АНТИПОДЫ (от анти… и греч. Pus, род. п. podos - нога), обитатели диаметрально противоположных пунктов на поверхности земного шара. Перен. - люди с противоположными взглядами, вкусами или чертами характера.

В ожидании свидания
(главка, написанная на "Кассиопее" по дороге туда)

Это ж вам не Париж какой-нибудь, до которого ближе, чем до Омска! Это ж - А-ме-ри-ка-а! Она ж где-то там, за необъятным океаном, и я прежде временами даже сомневался, существует ли вообще. А тут садишься в самолет неподалеку от бывшей подмосковной деревеньки Шереметьево (или она есть до сих пор?) и, спустя смешные 10 часов, приземляешься аж в самом Нью-Йорке! В том самом: с Манхэттеном, Централ Парком и статуей Свободы (помните стишок: "Стоит статуя в лучах заката"?). Впрочем, все эти ощущения - не более чем застарелое низкопоклонство, поскольку до родимого Южно-Сахалинска лететь, пожалуй, никак не меньше. Перейдем к сути, которая на сей раз даже и не в Нью-Йорке пребывала, а за без малого 200 миль, в Бостоне, знаменитом своим историческим чаепитием1 и Массачусетским технологическим институтом. А суть - MacWorld, одна из самых скандальных мировых компьютерных выставок.

Хоть оно, возможно, и сверх меры банально, начну я с некоторых общих мест про Mac'и вообще. Не задевая вопросов типа "кто лучше" (поскольку это - кому как) и "кто первый" (поскольку, во-первых, не историк; во-вторых, начни разбираться всерьез, окажется, что вещи, традиционно числящиеся в сознании большинства за Mac'ами, произошли на деле из других мест; иконки, скажем, - из Xerox). А предложив развернутую метафору.

Представим себе некую автомобильную выставку. Но не всеобщую, а посвященную по преимуществу автомобилям одной фирмы (ну, и каких-то сопутствующих ей: дочерних; производящих примочки и запчасти). Но фирмы очень хорошей. Классной. Крутой. Вроде "Мерседеса". Единственное принципиальное отличие ее легковых автомобилей от легковых автомобилей всех остальных фирм (грузовики, трактора и танки идут по своим ведомствам) - что они работают не на бензине, а на особого сорта… яблочном соке. Такая топливная концепция имеет массу преимуществ: сок процента на… четыре энергетически емче, чем бензин; сок гораздо лучше пахнет, так что, если, не дай Бог, случится разгерметизация, аромат в салоне будет довольно приятным; в случае, если вы заказали на заправке топлива чуть больше, чем вошло в бак, остатки можно слить в бутылку или термос и по дороге освежать полость рта; да и вообще - не умрете от жажды или (и) голода, потерпев аварию где-нибудь в Сахаре. Восторг, да и только! Но и парочку недостатков: сок куда менее распространен на Земле, чем бензин, и даже есть такие заправки, где соком вообще не торгуют (то есть, можно, конечно, заказать несколько галлонов, но, пока они дойдут по назначению, придется позагорать); сок капельку дороже бензина; в общем-то, не намного, и эта разница с каждым годом снижается, но… дороже. Ну и, наконец, сок требует особых деталей в устройстве двигателя и его систем, и, поскольку автомобили на яблочном соке не занимают и десяти процентов мирового парка, далеко не у всех владельцев автомастерских есть место и деньги хранить детали редкого востребования.

Фирма, производящая яблочные автомобили, всячески призывает фермеров всего мира выращивать подходящие яблони. Но фермеры почему-то не очень на эти призывы клюют (несколько десятилетий назад, когда бензиновая промышленность только-только становилась, фермеры могли оказаться и посговорчивее, но тогда фирма держала семена яблонь в страшном секрете и никому их не продавала). Фирма стыдит водителей всего мира, ездящих на бензиновых автомобилях тем, что, во-первых, у них (водителей) дурной вкус, во-вторых, - что они (водители) отстают от жизни. Кое-кто пристыжается. Ну и, вдобавок, есть целый "клуб" поклонников яблочных автомобилей, изучивших топографию соответствующих заправок, автомастерских, магазинов запчастей. У некоторых яблочное пристрастие сложилось исторически; некоторым нравится быть в числе избранных; совсем некоторым кажутся принципиальными или принципиальны на самом деле те несколько процентов выигрыша в мощности и скорости, которые дают яблочные автомобили по сравнению с бензиновыми; небольшая часть и вправду испытывает к бензину идиосинкразию, так что бензиновый автомобиль им просто противопоказан. К тому же, что греха таить, яблочные автомобили удобны и хороши собой. Основная масса бензиновых автомобилей явно по этим параметрам яблочным уступают. Хотя есть отдельные бензиновые марки, пожалуй, не худшие яблочных.

Маяковский (или не Маяковский?) уверял в свое время, что должно быть "много поэтов - хороших и разных". Почему бы в связи с этим не быть и яблочным автомобилям? Вон, в Японии вовсю идет раскрутка электрических… Говорят даже, что за ними, за электрическими, - будущее. И, кстати, совсем не исключено, что так и окажется: первые, пока еще детские, шажки - обнадеживают. Китайский мудрец Конфуций утверждал, что с a prior'ным уважением к человеку надо относиться, пока ему не стукнуло тридцати: из него еще все может получиться. После же тридцати - соответственно его личности и заслугам. Так вот: яблочным автомобилям уже "больше тридцати". И реализовать надежды, которые они в свое время подавали, им, кажется, не удалось. Так что требовать a prior'ного уважения они уже опоздали. Тем не менее, - не мешают никому, лишь бы только оставили претензию быть "единственно правильными", "лучшими" и все такое прочее. 2 Лишь бы перестали возбуждать комплексы неполноценности у владельцев автомобилей бензиновых. И тем - справедливо раздражать.

Завершив развернутую метафору, перейду ненадолго к прямому тексту: с целью преодолеть комплексы, с недавнего времени стал очень внимательно присматриваться к Mac'ам и пытать их приверженцев на предмет "Чэм лучшэ?". Вот все, что получил:

  • сквозная цветокалибровка на аппаратном уровне (Сергей Кащавцев, профессиональный компьютерный дизайнер и выпускник Полиграфического института высказался на этот предмет полно и вполне беспристрастно в статье "Графическая станция как она есть", врезка "Почему не Mac?", "Компьютерра" #31);
  • возможность (благодаря более стройной системе памяти и файловой организации) ворочать в PhotoShop'е графические файлы по 900 мегабайт и больше: и впрямь, важное преимущество для тех, кому приходится работать с большими плакатами и пр., - но таких среди пользователей компьютеров не так уж и много; к тому же (не знаю точно, но подозреваю) специальные графические станции от SGI позволяют не меньшее;
  • большая на сегодня скорость процессора, чем у PC; во-первых, - на сегодня; Intel тоже не дремлет; во-вторых, - скорость процессора - лишь одна и совсем не главная составляющая скорости компьютера в целом;3
  • повышенная простота интерфейса (освоения); на этот счет позволю себе рассказать случай из жизни, - не универсальный, конечно, как и любой "случай из жизни", но все же показательный. Когда в DPI мне выдали на время (и пробу) PowerBook одной из последних моделей, порекомендовали начать с того, чтобы дать его поиграть ребенку; что я и сделал. Мой восьмилетний Савва с компьютером "на ты", можно сказать, с рождения. И бросился на PowerBook с большим воодушевлением. Практически во всем разобрался сам, пересмотрел пару десятков компактов, выданных мне в приложение. Потом подошел и сказал: "Папа! Какой замечательный компьютер! Такой простой! Такой понятный!" "Э-ге", - сказал я сам себе. Назавтра ребенок по обыкновению пристал ко мне: "Папа, пусти за компьютер". "Не могу, занят, - ответил я. - Вон же у тебя Mac стоит!". "Ну-у… - протянул младенец. - Mac - не интересно. Я про него уже все знаю!". No comments.
  • Что хуже:
    • уже отмеченное Кащавцевым отсутствие второй кнопки мыши, с чем мириться не согласен категорически;
    • проблемы с многозадачностью, которые, говорят, в Mac OS 8.0 уже решены, но насколько кардинально - не знаю, пока не попробовал.

И вдобавок замечу: легендарная безошибочность Mac'ов в работе, отсутствие глюков и зависаний - так из легенды (или, может, из каких-нибудь давних времен) и пришла: на моем реальном я и зависаний попробовал, и стопора системы, и несовместимости с системным дистрибутивом, поскольку "для этой конкретной модели" требовался какой-то особый системный дистрибутив… Нет, с RoverBook'ом, конечно, я провозился не в пример больше, чем с PowerBook'ом, но совсем без возни с последним все же не обошлось…

После того, как мы пролетели и впрямь вполне green'овую оконечность Гренландии, несколько часов шел совсем пустой океан, и вдруг я заметил на горизонте кусочек суши4. "Земля!" - готов я был закричать подобно колумбову матросу. Но смолчал, закрыл "Кассиопею" и уставился в иллюминатор. Смотреть на Америку.

Не летайте "Дельтой"!

Десять с половиной (туда; назад - быстрее, поскольку вращение Земли не противодействует полету, а пособляет) часов в пути до Нью-Йорка плюс еще добрые пять - вход в зону "Дельты", очередь к паспортному контролю, перерегистрация на местный самолет (тоже, естественно, "Дельты" - сквозные билеты) до Бостона, часовое в нем ожидание разрешения на взлет, сорокаминутный полет, часовое кружение над Бостоном в ожидании разрешения на посадку (нелетная погода и все, с нею связанное) и пр. - курить было категорически запрещено. Штраф - 2200 долларов (хотел бы я, правда, знать, как они его будут с меня получать в случае чего - но проверить не решился). Оно, конечно, полезно для здоровья - собственного и окружающих. Но как-то все-таки издевательски. Ужасно по-большевистски. Ну, отвели бы комнатку какую-нибудь, сортир - со спецвентиляцией. Унизили бы! Но чтобы вообще не курить… Билет, правда, брал не я. Если бы я - меня бы предупредили, и я выбрал бы другую авиакомпанию. Где курить можно. Чуть, не исключено, подороже. А то и подешевле. "Аэрофлот", например, о котором в смысле полета в Америку г-н Голубицкий отзывается очень хорошо. Самое же противное - не то, что нельзя курить. А то, что настойчиво врут: "Курение в самолете запрещено федеральными законами США". Как же тогда курят в самолетах других американских компаний? Нарушают федеральные законы? Или Конгресс принял специальный закон для самолетов "Дельты"? Оказывается, ремнями пристегиваться надо тоже "согласно федеральному закону США". И поднимать спинку кресла. И оставаться на месте "до полной остановки самолета". Ужасно противно все это слышать. Даже большевики со своими "решениями пленумов" до такой беспардонности во вранье не доходили. И последнее: меня в Шереметьево выпустили из России. А в аэропорту Дж. Кеннеди - впустили в США. В самолете-то я разве уже находился на территории Соединенных Штатов? 5 Разве уже должен был подчиняться федеральным законам? Видит Бог, мне вполне хватило бы и "правил компании "Дельта"".

Тесно до неприличия. Я понимаю, - эконом. класс. Я понимаю, - капиталистические расчет и бережливость. Но должны же быть какие-то пределы пристойности!

Попить и выпить полагается бесплатно. Если, конечно, стюардессе не покажется, "что вам уже хватит" (то есть, решает она). Но видели б вы, какие рожи стюардессы корчат, если вы спросите попить-выпить лишний раз, не в положенную разноску. Приносят, но рожи корчат. Так и чувствуешь, что ты ее обворовал. Что она меньше "невостребованной" выпивки отнесет домой.

Дальше: рейс "Москва - Нью-Йорк". Без посадок. Как вы думаете, какой языковой состав публики можно на этом рейсе ожидать? Правильно: русско-английский. Или, если угодно, англо-русский. Но, по чистой случайности, ни в ту сторону, ни в другую у фильмов, которые демонстрировались "для развлечения пассажиров", русского варианта фонограммы не нашлось. Наверное, тоже воспитание: "согласно федеральным законам вы должны приучаться к английскому во что бы то ни стало".

И, наконец, последнее. Америка ужасно гостеприимная (в определенном смысле; другой разговор, что они едва ли не каждого приезжающего подозревают в тайном желании остаться и очень этого опасаются; хотя вроде с чего бы? не концептуально! Штаты ведь из одних эмигрантов и состоят!) страна. Любят поесть, любят покормить. Кажется, не дома, но так хороши и уютны, и в таком обилии ресторанчики, что оно и не важно. За 5 долларов в пригостиничном ресторанчике нам подавали такие завтраки, что не всякий и осилит: три яйца, сосиски, бекон, картошка, толстые аппетитные оладьи с кленовым сиропом, плюс, естественно, пара больших кружек кофе со сливками и свежайший сок. Мы с Андреем Туровым, директорам по продажам DPI и обаятельным человеком с "академическим" прошлым, в первый свободный день решили отведать лобстера6 (к концу пребывания в Бостоне Рубен Герр, главный редактор "PC Magazine", справедливо пошутил на мой счет: "Даже если ночью бредил - все про лобстер говорил") в довольно роскошном ресторане над океаном в прямой видимости выставочного зала и компьютерного музея. Фотографии президентов США и всяческих звезд, побывавших в ресторанчике. Старик-хозяин с сигарой в глубине за стойкой умильно посматривает на зал. Официанты в смокингах. Отдельно - убиральщики посуды. Отдельно - приносильщики выпивки. Роскошные скатерти, крахмал, столовое серебро. Мы выпили по два шерри, съели по супу (наскучив объяснять, какой из чего сделан, официант принес нам три блюдца с образцами), по крабовому салату, по огромному, полуторафунтовому лобстеру и по необъятному многосоставному десерту и, включая 15% чаевых, оставили на двоих около 100 долларов. В довольно недорогом "клубном" ресторане Дома кино адекватный обед обошелся бы нам подороже. Не говоря о ресторанчиках Нового Арбата.

Так вот: "скромнее" и реже, чем в самолете "Дельты", меня не кормили в самолете ни разу. А налетал я не одну сотню тысяч километров. Очень прижимисто и совсем не по-американски. Даже не знаю, по-каковски. "Аэрофлот", например (опять по рассказам Голубицкого) кормит на этом маршруте от пуза и отменно.

Короче, если, прочитав мои заметки, хоть сотня человек предпочтет "Дельте" другую авиакомпанию, я буду очень рад. Ибо единственное оружие против плохого сервиса - широкая о нем информация.

А чтобы завершить тему курения, должен сказать, что американская компания против этой дурной привычки не так уж и дурна. (Парадокс: табак распространился по миру именно из Америки.) Создание дискомфорта курильщикам (но все-таки не полного запрета на 15 часов), продажа сигарет не на каждом углу, отсутствие лезущей в душу заманивающей рекламы… Я сам с усам и курю всегда помногу, больше, чем хотел бы, - в Штатах же совершенно неожиданно для себя заметил, что две - две с половиной ежедневные пачки как-то сами собою превратились в пачку на два - два с половиной дня! Сами собою!

И еще про курево. Наверное, определенные структуры в нашей стране так же фатально непобедимы, как Чечня: американские сигареты, продающиеся в Америке, ничего общего не имеют с аналогичными (внешне), продающимися в России. Просто ни-че-го!

Первый вечер

Хвостик первого дня был, как я уже написал, почти целиком съеден ожиданием в Нью-Йорке и кружением над Бостоном. Тем не менее, поселившись в номере весьма скромного, но вполне комфортабельного отеля: роскошная и очень "весомая", сделанная без экономии и с удовольствием, сантехника (все эти финские "финтифлюшки" смотрятся рядом детскими игрушками; в отелях пороскошнее, где шли брифинги, пресс-ужины и конференции, на умывальных сосках нету кранов: вода включается сама, едва подносишь руки); ежедневно заменяемые 10 (!) полотенец, мал мала меньше, как фарфоровые слоники, - которые все я, даже применяя специально фантазию, использовать не умел; трехспальная, типа "Ленин с нами", постель; функционирующий и регулирующийся кондиционер (впрочем, впервые с "американским" стилем жизни я столкнулся год назад, когда возил сына Савву в европейский "Диснейленд", под Парижем, так что множество ощущений, вроде бы имевших право на свежесть дебюта, оказались уже знакомыми) - я бросил вещички в угол и пошел к метро. Первый раз пришлось проехать на халяву, поскольку в столь поздний час у кассирши не оказалось сдачи с моей сотенной бумажки. 7

Метро очень приличное, чистенькое, весьма скромное, но с дизайнерскими решениями, недорогими и часто - удачными; вагоны весьма комфортабельны и кондиционированы; стоит 85 центов (в Нью-Йорке грязное, отвратительное, такое в точности, каким представляла советская пропаганда, и полуторадолларовое).

В вагоне меня встрел портрет Ленина на стене. Забавно: в первый, подсознательный, миг я даже не вздрогнул, а просто принял его как должное: многолетняя привычка, проникшая в кровь и в мозг. И только потом осознал, что, во-первых, идет девяносто седьмой год; во-вторых, - я все-таки в Америке. Ленин (вернее, бетонный ему памятник с веревкой на шее), оказывается, просто знаменовал "Империю, которая неминуемо должна пасть", а подобная империя, по мысли авторов плаката, должна была ассоциироваться с какой-то бостонской телефонно-интернетовской компанией (не с AOL ли?), которая заставляет ждать монтера-ремонтника целые 5 часов! Представляете, какой скандал? У вас поломался телефон, вы вызвали мастера, а он пришел аж через целых 5 часов? А две недели не хотите, знатоки Империй? (Но это так, к слову.) Короче, плакат с Лениным призывал пользоваться услугами другой телефонно-интернетовской компании. Позже я встретил развитие-продолжение той же рекламы: фотографию момента разрушения Берлинской стены.

Вообще, в Америке я не встретил не только рекламы сигарет, но и зубной пасты, гигиенических прокладок и презервативов. В Бостоне большинство развешанных в метро плакатов рекламируют услуги кембриджских колледжей (Кембридж, как и МТИ, находятся на другой стороне реки Чарлз и во многом определяют тон и население Бостона) да языковых курсов. То есть, и в смысле рекламы, и в смысле дороговизны жизни Москва Бостон обогнала и перегнала давным-давно! Мечта Хрущева потихоньку сбывается.

Итак, проехав в практически пустом вагоне две остановки, я вышел в центре города. Близко к полуночи. Светло. Никого народу. Изредка уборщик попадется с каким-то невероятным агрегатом. Витрины освещены. Как и небоскребы (их в Бостоне, основных, десятка два). Один небоскреб светится изнутри огромными, метров по тридцать высоты, один над другим, холлами, так что фасадного стекла не видать. Фантастика! Витрина компьютерного магазинчика вся заставлена коробками с Mac OS 8.0. Минут через пятнадцать прогулки вышел на площадь с невысокой галереей, что-то вроде маленького Гостиного двора. Совершенно арбатские круглые стеклянные фонари. Большая лавка цветочника-фруктовщика. Ресторанчик, наполовину на открытом воздухе. В помещении - живой певец поет под гитару в очень громкий микрофон.

Я еще пару раз оказывался ночью в этом единственном "ночном" квартале города (то есть, не исключено, что есть и так называемая "грязная" ночная жизнь, но она прячется и мне на глаза не попалась). Не исключено, что именно его наличие закрепило за Бостоном репутацию самого европейского города Америки. Квартал и впрямь похож на уголок… нет-нет, не Монмартра - лондонского Ковент-Гардена. Как, приблизительно, Новый Арбат - на Бродвей.

Я съел стаканчик очень крупной, роскошной на взгляд и сильно уступающей на вкус крымской - американской черешни, сел в такси и вернулся в отель.

Из полутора десятков таксистов, с которыми мне довелось контактировать в Бостоне, двое были эмигрантами из России. Один замкнут и печален. И явно растроган тем, что слышит с заднего сиденья русскую речь. Все время молчал. Только в конце попросил не давать ему чаевых. Попросил. Другой ничего против чаевых не имел и постоянно болтал. Для начала с большим удовольствием послушал не слишком хороший английский моего спутника, и только сполна насладившись, великодушно позволил говорить по-русски. Когда, следуя логике нашего разговора (и только ей), мы со спутником чуть понизили голоса, предложил не стесняться, потому что он - не шпион. Шпион? Чей? На мой вопрос, как живется в Америке, ответил очень обиженно (на американцев): "Выживаю". На следующий, чем занимался в России, - "Выживал". Я не выдержал и громко сказал спутнику, что, какие бы неприятности ни преследовали меня в России, я всегда жил ужасно интересно и насыщено и считаю, что мне с биографией крупно повезло. Когда наш "выживальщик" в третий раз промахнулся съехать с хайвэя к нашему отелю и пришлось им буквально руководить, он признался, что болен "топографическим кретинизмом". Хорошее свойство для таксиста. Конечно, если не наврал и не накручивал мили. От чаевых не отказался.

Чаевые в Америке - материя для новоприезжего странная и непростая. Оставив однажды официантке вполне, на мой взгляд, достаточную сумму, я получил сверкание очами и словечко "small" - мало! 8 Разозлившись, я потянул пятерку к себе, но не успел, - она исчезла в кармашке ее передника. После чего официантка присела за столик и нарисовала на салфетке, что я должен был дать ей 15% от счета, то есть не 5 долларов, а что-то вроде 6.15. Если, конечно, был доволен ее обслуживанием. В противном случае, она имела право спросить, что сделала не так. Поведение той официантки было вполне хамским и могло бы (при другом клиенте) повлечь увольнение, - тем не менее, после моего об этом рассказа, Голубицкий принес мне и показал целую памятку, типографски отпечатанную: сколько в каких случаях и кому принято в Америке давать чаевых.

У них, оказывается, весьма много обычаев. На первый взгляд кажется, что заметно больше, чем у нас. И нарушать их - неприлично. Официантка, судя по всему, была раздражена именно нарушением обычая. Хотя в таком случае могла бы и не тянуться за "small" пятеркой.

Надо, впрочем, заметить, что официантами в Бостоне, в основном, являются студенты. Они понимают, что это не их жизненный итог, а преходящий (и традиционный) момент в карьере. Поэтому очень энергичны, расторопны, веселы и, кажется, совершенно без комплексов. Отдежурив сегодня в этом ресторанчике, они завтра зайдут в соседний и расплатятся за услуги официанта-студента деньгами, полученными за аналогичные услуги.

Чайки, люди, самолеты

В небе над Бостоном чаек примерно столько же, сколько самолетов. Чайки в приморском городе - дело понятное. Самолет же для американцев (во всяком случае, - ведущих деловую активную жизнь) то же, что такси. Самолеты порхают туда-сюда. Однажды вечером, на океанском променаде мы насчитали с Андреем Туровым десять самолетов, одновременно парящих в небе.

Вот наиболее сильные впечатления от американцев (как от этноса; каждая личность неповторима, и тут возможны совершенно невообразимых масштабов варианты), которые у меня возникли с налету (по пристальному наблюдению все это вполне может перемениться, однако весьма часто первый взгляд улавливает то точное, какое потом ускользнет), нет! - от бостонцев:

  • если добрую половину встреченных мною на улицах Бостона людей, и даже больше, чем половину, чудодейственным образом пересадить в Москву (даже не переодевая - переобув, разве что, кого), - редкий москвич на них обернется: впишутся как миленькие; ужасно, знаете, похожи! те же лица, те же фигуры, те же типы; даже парочка алкашей, попавшихся на глаза (в Москве их, правда, попалось бы на глаза за те же единицы времени и расстояния раз в 500 больше), совершенно московская; единственное различие - особо тучные люди (а при американской любви полноценно поесть таких встречается достаточно) имеют чуть другой абрис фигуры: почти коническое расширение к поясу и потом - сужение к ногам, что вызвано, надо полагать, слишком большим временем, проводимым в автомобилях;
  • впервые (не говоря о России, после и Германии, и Англии, и Франции) женщина за рулем не вызывала у меня ощущения тревожной опасности ли, экстравагантности ли, восторга, - просто и естественно; создается впечатление, что американцы одновременно учатся ходить и ездить: в практически бессознательном состоянии;
  • что-то в бостонцах (и не только, надо думать, в бостонцах, ибо явление, кажется, глубинное и национального масштаба) напомнило мне комсомольцев Магнитки тридцатых годов; то есть я их, конечно, в те времена не знал, но впечатление имею и по более поздним с ними встречам, и по хорошей литературе, и, наконец, по многочисленным рецидивам; они (американцы) одержимы идеей; они должны быть бодры, должны вечно улыбаться (keep smiling!), должны быть поглощены делом; должны "делать деньги и карьеру"; это национальная (не официальная, а именно вот - национальная) идеология; американцы в большинстве своем ее принимают, ей следуют (в точности, как комсомольцы Магнитки); но в точности как тем, этим тоже такая идеология совсем не всем приходится впору по душе, по личности; и возникают вдруг неожиданно ими самими, может быть, даже не фиксируемые тоскливые взгляды; но… встряхивается голова… снова ясный взгляд, улыбка, целеустремленность… снова - вперед, к победе капитализма! может быть, довольно высокий процент среди американцев тихих алкоголиков и психически расстроенных личностей вызван не только (и даже - не столько) феноменом "с жиру бесятся" и повышенным вниманием к собственному здоровью, но и этим вот глубинным внутренним конфликтом личности и национальной идеи?
  • американские PR'ы столь же малообразованны и столь же мало уважают журналистов, перед которыми выступают, сколь и российские (в массе, в массе, отдельных отличных тружеников этого почетного фронта умоляю не обижаться); на выставку в Бостон приехали журналисты со всего мира; пусть не все они представляют компьютерные специализированные издания, но если какая-то газета или журнал послали за океан (или даже в пределах материка) своего представителя на компьютерную выставку, они позаботились, наверное, об определенной компетентности представителя (не позаботились - их проблема); почему же со всеми с нами PR'ы разговаривают, как с детьми неразумными, почему по часу разжевывают, как можно компьютер Apple применить для обучения детей устройству птицы?! Это, пожалуй, феномен, который поставил меня в тупик более других.

Вечером следующего дня в отеле Hilton был небольшой пресс-междусобойчик со скромным (по московским купеческим меркам; впрочем, московские купцы и в прежние времена отличались, - читай Островского и Чехова), но вполне достаточным фуршетом. Короткие речи, тосты, но главное - заполнение "подписок о неразглашении". Назавтра, в пресс-день, Apple собиралась открыть нам свои "страшные тайны", но при непременном условии, чтобы о них молчали до какого-то числа ноября. В чем мы должны были в четырех экземплярах клятвенно подписаться, взамен получив на "бэджи" красный кружок и зеленый треугольник (или наоборот, забыл). Я до сих пор так на этот счет ничего и не понял. Если тайны - зачем рассказывать? Прессе? Чья функция - информировать. Скорее всего, тут был элементарный (до банальности) психологический расчет: если хочешь распустить слух, сообщи "новость" болтуну под большим секретом. То есть, PR'ы Apple, похоже, хотели привлечь внимание прессы к некоторым своим новостям. Новости (которые были сообщены назавтра) показались мне удивительно пресными, и вот из принципа, чтоб больше меня не ловили на столь банальный крючок, ничего я про них не скажу. Не проболтаюсь - как и пообещал!

Завтрашние доклады и сообщения, как я уже заметил в отступлении о PR'ах, были, во всяком случае - мне, скучны, банальны и оскорбительно элементарны. Единственное, о чем хотелось бы написать: тема не то третьего, не то четвертого по счету доклада (первые были посвящены политике Apple в области образования - см. отличную шутку Кузнецова в "Примечаниях переводчика" по поводу изготовления школьной мебели; новой OS и новым моделям Mac'ов) была "совместимость с PC". Всякие там "виртуальные PC", снижающие быстродействие на порядок и более, специальные платы расширения с процессором "Пентиум" - все это глуповато, неизящно, неинтересно, не ново, как весь багажник и полсалона занимающий агрегат, перегоняющий бензин в яблочный сок. Но постановка вопроса! Вряд ли тот же самый "Мерседес" (натуральный, не воображенный - с яблочным соком) стал бы уделять внимание совместимости своих машин, скажем, с колесами от Fiat и бензобаками от "Волги". Я, наверное, каких-то тонкостей не понимаю, но идеологически от такого доклада до применения в компьютерах от Apple Intel-процессоров - один шаг.

Mac-фанаты тут же объяснили, что Apple просто настолько заботится о своих юзерах, что предоставляет им возможность удовлетворять самые фантастические капризы.

Игорный дом

Все на свете кончается - слава Богу, кончились и доклады, и присутствующие направились в стоящий слегка на отшибе, у железной дороги, трех- (четырех?) -этажный кирпичный дом образца не то двадцатых, не то тридцатых годов (мы то и дело видим такие в голливудских фильмах про гангстерские войны эпохи сухого закона). Не знаю, как это у них называется: игорный дом, игровой клуб, биллиардная с автоматами, - только два огромных по площади, без перегородок, его этажа сплошь были уставлены самыми разными игровыми автоматами и биллиардными столами, так что "посадочные" столики (выпить-закусить) и бар скромно лепились в полумраке у стен и были едва заметны.

При входе нам выдали по кошельку с полусотней игровых жетонов (кому не хватило, мог докупить по четыре штуки за доллар) и… пустили на самотек. Юные студентки в юбочках, всего на пару пальцев длиннее набедренных повязок аборигенок Австралии, скользили в толпе с подносами, предлагая закуску-выпивку, тут и там столики ломились от американских дынь-арбузов-винограда-слив-прочих-фруктов (повторю - уступающих, на мой вкус, тем же крымским-астраханским-среднеазиатским) и потихоньку… начиналась Большая Игра.

Через час все уже были в совсем легком (по преимуществу - пивном) поддатии и… в азарте. Кто-то самозабвенно выписывал фигуры слалома, кто-то - катал биллиардные шары, постоянно меняющегося состава кампания, не сдерживая ни эмоций, ни голосов, подгоняли пластиковых скакунов на беговых дорожках, вокруг пирамид с насыпанными грудами "золотыми" толпились болельщики, а "герои" безжалостно и азартно скармливали пирамидам последние "дублоны" из своих кошельков. Деловитый негр не поспевал от автомата к автомату, чтобы заряжать их "выигрышными билетиками", которые потом, у стойки с призами, принимались очаровательными девицами на вес. Призы были от значков до видеомагнитофонов, но большинство выигравших предпочитало коробки с Mac OS 8, шедшие на этой вечеринке по демпинговой цене. Можно было курить, и дым живописно окутывал редкие подпотолочные лампы.

Я полагаю, ни одна презентация с ужином, ни одна загородная или заграничная пьянка не способна так раскрепостить людей, как эта атмосфера азарта, и, надо полагать, возле игорных автоматов произошло много "контактов", какие в других обстоятельствах не случились бы никогда. Кстати, присутствовали в "игорном доме" не одни журналисты, но и довольно заметные фигуры Apple Computer: простые и доступные, как Ленин.

К девяти Appl'овская часть тусовки закончилась (то есть перестали выдавать призы от Apple), и, хотя никто никого не выгонял, немалая часть народа потихоньку потянулась в другой конец города - на заказанную Apple дискотеку. Я же предпочел вернуться в гостиницу, принять душ и снова отправиться в "ночной европейский Бостон", - невзирая на то, что утром надо было встать еще до шести, чтобы успеть получить аккредитацию и занять место на ожидающемся выступлении самого Стивена Джобса. Фанаты, не обладающие привилегиями прессы, вынуждены были занимать очередь в зал едва ли не с вечера.

Забавно: и в Игорный дом, и в еще пару мест, которые я посетил, право прохода давали не традиционные билеты, а наручные браслеты и (или) лиловые штампики, проставляемые кассирами прямо на руке посетителя.

Речь Джобса…

…описывать я не стану, поскольку тех двух разворотов, на которых поместился ее перевод пера Кузнецова, мои "примечания очевидца" и вступительная новость плюс посвященные сей речи "четыре колонки" в "Компьютерре" два номера назад - дань ей более чем достаточная. Кузнецов даже сказал как-то, что Джобс - самый печатаемый в "Компьютерре" автор: шутка, в которой есть доля шутки.

Моя воля - не стал бы описывать и саму выставку, на которую, собственно, и ездил, ограничившись "огородом" того же номера, - но это было бы уж чересчур и даже неприлично. Так что выставку опишу, но… чуть позже.

Пока же - о том, что провел день, вечером которого случился пресс-междусобойчик, гуляя по Бостону и катаясь по нему в специальном, a la омнибус, автобусике (жалко даже, что с мотором, а не запряженном лошадкой; а какое обилие лошадок готово покатать вас по Централ-парку Нью-Йорка! один из членов нашей компании, переходя Пятую авеню, едва с одной такой не столкнулся, и мы резвились, воображая в "Нью-Йорк Таймс" или где там еще заметку, подобную знаменитой, из "Двенадцати стульев" - "Попал под лошадь": "Вчера в Нью-Йорке, переходя Пятую авеню, попал под лошадь гражданин России…"), - и водительница, темная мулатка средних лет, ни на минуту не смолкая, тараторила про историю и географию Бостона (рекордсменами по частоте были слова people и church), вставляла шутки, которым сама же громко и неестественно похохатывала, и призывы, что, мол, если она нравится экскурсантам, - не оставят ли те при выходе в кружке чаевые доллары. Кружение по Бостону завело (завезло) нас и на ту сторону Чарльз-ривер, университетскую, так что одним глазом я взглянул на мир институтов и кампусов - мир особый, интересный и манящий погрузиться. Но… поздно! Возраст истек. Хотя, как я слышал, в Штатах ограничений по возрасту на дневное обучение в вузах не существует.

Одновременно с омнибусами по Бостону снуют и экскурсионные амфибии: как две капли воды похожие на наши армейские - только раскрашенные в яркие гражданские цвета, - и, прокатив по улице, с плеском и громом въезжают в океанские заливы, обплывают квартал-два, после чего снова выползают на сушу. Отличное применение военной техники, которое, возможно, наших вояк просто оскорбило бы, но скорее - порадовало, ибо, как я понимаю, удовольствие что-нибудь из этого рода барахла продать сегодня для наших военачальников - удовольствие первое.

В связи с этим, не могу не вспомнить об одном своем знакомом американце-иммигранте российского происхождения, который наведался как-то в Москву с целью приобрести старенькую советскую подводную лодку, чтобы, перегнав ее к устью Гудзона, открыть в ней доходный ресторан - возможно даже с подводными путешествиями во время еды. Что-то у знакомого сорвалось, но переговоры с весьма крупным представителем военного ведомства велись совершенно серьезные.

Вместе с чисто сухопутной и сухопутно-морской экскурсиями в Бостоне предлагаются и чисто морские, от минимальной из которых - полуторачасовой - отказаться я не сумел и был вознагражден совершенно невероятными видами города, а также посещением небольшого островка с фортом и факторией старых американских времен (я так и не разобрал: натуральными или свежеотстроенными) и океанским пляжем. Особенно замечательно в смысле видов то, что посадочная траектория самолетов (аэропорт расположен на отдельном островке) пересекает (в плане) траекторию теплоходика, и это дало мне возможность сделать несколько снимков самолетов на фоне небоскребов, которые столь эффектны, что у зрителей возникает искушение принять их за фотомонтажи.

Не мог я, конечно, отказаться и от удовольствия искупаться на западном берегу Атлантического океана. Выспросив у одного бостонского русского, где это лучше сделать (он, правда, сказал, что сам, как и прочие горожане, в море не купается, потому что слишком уж холодная вода; но я, вспомнив, как плавал однажды в Коктебеле в воде пятнадцатиградусной: что ж это такое? в такую даль приперся, и не получить удовольствие? - настроен был весьма решительно), я сел с приятелем в метро и спустя два десятка минут вышел на конечной, в трехстах метрах от совершенно роскошного, километра два длинною пляжа, усыпанного песочком такой мелкости, какую встретишь разве что в песочных часах, и полукилометровой отливно-приливной зоной.

Не купался и впрямь практически никто. Несколько фигурок "бежали от инфаркта". Мрачный человек средних лет скрупулезно прочесывал пляж с огромным миноискателем в руках, извлекая время от времени из песка посторонние предметы. В воздухе носились чайки и самолеты.

Я решительно разделся и, внутренне готовясь совершить "моржовый подвиг", двинулся на восток, по направлению к Европе. Вода оказалась как минимум двадцатидвухградусной: мечтой и идеалом наших крымских курортников. И показалась очень соленой. Я сделал "сувенирный" глоток и до сих пор, кажется, способен вызвать в памяти этот горьковатый, но приятный привкус. Красиво жить не запретишь: имея возможность скатать на выходные в Майами или на тихоокеанское побережье, в район Сан-Франциско или Лос-Анджелеса, а также владея великим множеством комфортабельных бассейнов (когда летишь над побережьем, они прямо-таки усеивают поверхность земли, вызывая по ассоциации в голове песенку про Карелию: "над голубыми глазами озер"), можно брезгливо говорить о двадцатидвухградусной океанской воде: "хо-ло-о-дная"…

По мере того, как дело шло к вечеру, двухкилометровый променад заполнялся приехавшей расслабиться публикой. Машины и мотоциклы утыкались в бетонный парапет. То здесь, то там звучала музыка. Группки разного возрастного и социального состава болтали о том о сем. Небольшой ресторанчик торговал сквозь три окошечка, вразнос, в пакетах, вкусной и свежей едой. Правда, рядышком расположилась пивная с открытыми на океан окнами, на ее дверях висело объявление: "Покупайте еду в ресторанчике, а к нам заходите ее есть и запивать". Что мы с приятелем и сделали. Я выбрал креветки, которые, очищенные (только самые хвостики оставлены в неприкосновенности, для атмосфэры) и запеченные в сухарях, размером были ровно, без преувеличения, с ножку цыпленка. Утомленное солнце нежно с морем прощалось.

Совершенно растворясь в этой благости, я задал себе вопрос, на который так до сих пор ответа и не нашел: почему американские города, находящиеся в глубине континента, до сих пор не опустели - это при полной и реальной свободе передвижения и при огромных, великолепно обустроенных океанских побережьях? Почему они возникли вообще? Уж и не знаю, что заставило бы меня жить не у океана, если при прочих равных можно было бы жить у океана.

Ибо океан - родина.

Отступление о компьютерном музее

Он стоит на берегу. Тоже краснокирпичный, четырехэтажный, слегка по стилю похожий на игорный дом. Билет стоит восемь долларов, но представителей прессы (любой, судя по всему) пускают с удовольствием и даром, да еще вручают целый пресс-пакет: с фотографиями, буклетами и прочими материалами. Расположен на двух верхних этажах, куда поднимаешься на пристроенном снаружи - шахта из прозрачного, витринного стекла и восхитительный вид на Бостон - лифте.

Не рано ли заводить компьютерный музей? Во-первых, смотря что принимать за первые компьютеры. Ту ли счетную машинку, которую программировала и обслуживала дочка лорда Байрона? Или полуавтоматический телефонный коммутатор? Арифмометр? Apple-2? PC XT? (В бостонском компьютерном музее отсчет ведут от пятидесятилетней назад отметки, хоть есть и несколько более древних экспонатов и фотографий).

Что ни принимай, мне показалось, - не рано, поскольку даже тот макет гаража, где был собран пресловутый Apple-2, смотрится вполне историческим и древним - несмотря на то, что здесь, рядом, в Бостоне, в каких-то трех километрах, выступает вполне живой и на взгляд - достаточно молодой Джобс. Вот даже исторически, а не просто "ретро".

На что это похоже? Для посетителя - не вполне на музей, ну, разве на московский "Политехнический". Огромное количество всегда для публики (чего скрывать - и для меня тоже) привлекательных "восковых фигур" (пишу в кавычках, поскольку муляжи-манекены, возможно, и не восковые: не эксперт) за реальными (или очень на реальные похожими; лампочки во всяком случае мигают вовсю) вычислительными устройствами.

Второе - много сильно-сильно увеличенных макетов элементов нынешнего компьютера: клавиатура, трекбол, платы расширения. Даже гигантский Источник Бесперебойного Питания от наших соседей по коридору - APC. Зачем? Дети в возрасте от года до шести-семи такого вопроса не задают: они тут же вспрыгивают на клавиатуры и трекболы и резвятся вовсю, перепрыгивая с клавиши на клавишу. Не знаю, повлечет ли это при повзрослении детей задуманный устроителями музея эффект, но, вспоминая о стиле поведения американок (американцев, само собой, тоже) за рулем, полагаю, что шансы есть. То есть клавиатура для человека должна стать не неким сложным и слегка пугающим устройством, на котором долго и мучительно приходится искать клавишу "Any Key", а чем-то, на чем в детстве прыгал и скакал. Чем-то, с чем - на ты. Ну и, конечно, - живые ро-о-о-оботы!

И, наконец, последнее - огромное количество работающих компьютеров. Все из которых - в совершенно свободном Интернете. В локальных сетях. В черт чем еще знает вообще. Заходи, садись за любой. Сиди, сколько хочешь. Осваивай. Осваивайся. Будь как дома.

За добрый час блуждания по располагающе темным закоулкам музея (освещены там только те или иные загородки с компьютерами да островки с "восковыми фигурами"; подсвечены, естественно, и экспонаты), я не встретил ни одного служителя. Только уже когда покидал, меня догнала обаятельная дама и добавила в пресс-пакет несколько бумажек. Так что - полная свобода, которая только и может "способствовать".

Кстати, об "Any Key". Внизу есть забавный компьютерный магазинчик, частично наполненный книжками, в основном же - всякими "штучками". Продаются там, например, блокнотики из ломаных компакт-дисков или пятидюймовых дискет, безделушки вроде опрокинутой на дискету чашки кофе, всякие лазерные блестелки, блисталки, сверкалки и светодиодные мигалки, а также клавиши - "Any Key" и "Panic". Если ты покупаешь такую, она клеится на подходящее место клавиатуры и снимает у начинающих юзеров ряд вопросов. Где "Any Key"? Вот она! Не знаешь, что делать? Все рушится? Дави на красную "Panic". За это время, возможно, успокоишься, улыбнешься, - и все станет на свои места.

Себе я за три доллара приобрел "настоящего компьютерного жука" (бага, bag). Собранный на подлинной микросхеме, он шевелит своими огромными, как у андерсеновской собаки, глазами, помахивает красным "неоновым" хвостом и удобно пришпиливается к лацкану. Его фотографию я уже начал (в предыдущем номере "Компьютерры") прикалывать в уголке "Огорода", если речь в нем будет идти о программах с багами.

Кто имеет доступ в Интернет - сможет заглянуть в виртуальную часть музея даже не перелетая через океан: http://www.tcm.org. Советую.

Выставка

Выставка шла три дня в двух залах, отстоящих один от другого километров на пять-шесть. Между залами, как и между первым и ближайшей станцией метро (South Station), курсировали бесплатные автобусы-шатлы (челноки).

Оба зала сравнительно скромные, одноэтажные, так что гигантских двух-трехэтажных сооружений, к которым мы уже попривыкли на последних "Комтеках", не могло получиться физически. Не исключено, что не возникло бы, существуй даже такая возможность: все много скромнее наших роскошных "Комтеков" и даже "SofTool'а". Никаких, знаете, полчищ длинноногих девиц с барабанами и (или) в киверах, никаких гигантских воздушных шаров (с рекламой "1с" и без оной), - то есть один полосатенький при входе был и один крохотный, больше похожий на детский воздушный шарик, - от Corel, - все достаточно скромно.

Главное, что роднит с родиной, - низкая компетентность стендовых девиц в предметах представления. Они, как и в Москве, зовут, попадись вопрос чуть позаковыристее, специалистов-мужчин, которые, в свою очередь, порою вызывают кого-то посолиднее. Которого, как правило, либо нету на месте, либо - сильно занят. Главное, что от родины отличает, - самоощущение распорядительского персонала: все его поведение направлено на то, чтобы вы его (персонал) не заметили и чтобы при этом вам было как можно удобнее.

Apple Computer, как таковая, занимала одну, приблизительно, десятую выставочной площади дальнего, южного, павильона (Bayside Expo Center, Павильон Южного Залива); еще три-четыре подобных по площади куска занимали производители клонов; был островок Newton'а (кстати, впервые я видел такое их количество в работе: с приставленными клавиатурками и подпорками под горящие зеленым загадочным светом экраны; ничего не скажешь: мило, заманчиво; но вряд ли, пожалуй, меньше и легче, чем "полноценный ноутбук" "Либретто" от Toshiba); остальное место занимали производители периферийного hard'а и всяческого soft'а. Из интереса искал и среди того, и среди другого что-то уникальное, никак не подходящее к PC. Не нашел! (Не утверждаю, что не было, но - не нашел! Случалось, что PC-версия, как у новой программы для Wacom'а, не привезена, пока не представлена или вот-вот будет готова, но чтобы "Мы для PC не работаем! Западло!" - такого не встретил). Зато обнаружил довольно обширный стенд под стягами "PC Compatibility". И довольно много Microsoft. То ли они заранее знали о грядущем стопятидесятимиллионном контракте, то ли в принципе не способны обойти вниманием ни одну компьютерную выставку.

О компьютерах собственно не говорю, поскольку полагаю, что мало кто из читателей "Компьютерры" разбирается в Mac-новинках (да я и сам разбираюсь плохо) или собирается это делать в ближайшем будущем. Дизайнерские решения некоторых ноутбуков были и впрямь весьма завлекательными, но, как знаю по опыту, дизайн, в конечном счете, - последнее, что должно определять выбор компьютера для работы: к сколь угодно наглому (блистательному, оригинальному - ненужное вычеркнуть) дизайну привыкаешь если не в первую неделю, то в первый месяц, после чего начинаются… будни. Очаровательные мальчики и девочки ходили вокруг стенда Apple с раскрытыми и включенными PowerBook'ами, устроенными в дипломатах, повешенных на шее, - демонстрируя таким образом их (PowerBook'ов) практическую мобильность. Очень привлекает, хотя Toshib'ы или даже RoverBook'и, привешенные таким же образом, не с меньшей убедительностью демонстрировали бы то же самое.

Из периферии (если исключить принтеры и сканеры, которых, тех же фирм и марок, и на "Комтеке" полным-полно) привлекло внимание сравнительное обилие цифровых фотоаппаратов (собственно appl'овские занимали среди них место скромное и почти незаметное) 9, цифровая MPEG-видеокамера от Hitachi (о которой я написал в "Огороде" два номера тому, после чего получил письмо от читателя, который видел эти камеры примерно по этой же цене в свободной продаже в Ростове-на-Дону10), живая (в реальном времени) цифровая видеомонтажная и несколько разного рода приспособлений для панорамных съемок под VR (виртуальную реальность) QuickTime.

Не знаю, в какой степени VR QuickTime11 можно считать новинкой (уже не меньше года назад в этой технике был сделан новый выпуск компакт-диска о музее d'Orcay, а ребята из "Коминфо" демонстрировали внутренние VR-съемки еще зимой), - о ней и много говорилось в течении пресс-дня, большое место занимали ее примочки и на выставке. Примочки по преимуществу представляли разного рода штативы и таймеры для автоматизации или полуавтоматизации круговых панорамных съемок: все технически несколько продвинуто, но по сравнению с приспособлениями для круговых панорам в кино, с которыми я давным-давно неоднократно встречался, - нового ничего. Даже зеленый фон, на котором располагается объект съемки и который потом легко и автоматически подменяется любым изображением, - впервые был встречен мною лет пятнадцать назад на телевидении, когда я ставил один из "Кабачков 13 стульев".

Была одна довольно мощная (хоть, по большому счету, все же любительского класса) музыкальная студия. Было много дизайнерских комплексных решений, одно из которых сопровождали "творцы" с волосами, выкрашенными в оранжевый, синий и прочие яркие "богемные" цвета. Было огромное количество сборников изображений (фотографий и текстур) на компакт-дисках. Короче, "художественная" направленность Mac'ов, о которой говорил Джобс, на выставке прослеживалась вполне.

В остальном, повторюсь, - маленький-маленький "Комтек". Даже два весьма бросающихся в глаза ортодоксальных еврея в ермолках, как мне кажется, встречались мною и на "Комтеке" (я даже не поленился пересмотреть старые комтековские снимки, но… этих евреев не нашел; то ли не все снимки сохранились, то ли это просто… deja vue).

В специальных пресс-комнатах - свободные, подключенные к Интернету компьютеры, так что я не удержался и послал себе домой и в родную "Компьютерру" e-mail-весточки (благополучно достигшие адресатов), но по телефонам звонить можно только в пределах Бостона. Что очень расстроило Рубена Герра.

Столица мира

На сегодняшний день над Нью-Йорком на вертолетах уже не катают. Этот факт, когда я сообщил о нем Кузнецову, расстроил последнего едва ли не больше, чем меня (из чего я заключил, что это было очень сильным впечатлением Георгия Борисовича), когда я о нем узнал, прилетев из Бостона в Нью-Йоркский аэропорт имени Джона Кеннеди. Что же, вместе с уже представленными читателю Андреем Туровым, Рубеном Герром и ответственным редактором журнала "Компьюарт" Валерием Мурахвери мы сели в метро и за какие-то сорок пять минут доехали до Центрального парка. Метро мы выбрали не из экономии (повсюду объявления: 30 долларов до центра плюс по счетчику - дальше; согласитесь, недорого на четверых, даже по московским меркам, а уж по "Шереметьевским" - просто даром) и не из-за легендарных гигантских пробок на трассе (в субботу, в эту сторону, вряд ли бы мы их встретили), но чтобы посмотреть на не менее легендарное нью-йоркское метро. Посмотрели, но удовольствие - ниже среднего.

(В самолете на пути в Москву у нас с главным редактором журнала "Publish" Денисом Самсоновым завязался легкий спор: какой город можно считать сегодня "столицей мира". Денис резко протестовал против моего "Нью-Йорка", говоря, во-первых, что Европа весьма крепка и "еще покажет", и что, во-вторых, центр технологий давно переместился на Дальний Восток - в Японию и вокруг. И знаете, какой контраргумент пришел мне в голову автоматом. Я рассказал, что, спускаясь в аэропорту "Кеннеди" в метро, мы, все четверо, взяли по карте Манхэттена и по метро-схеме и изучали их в скучном пути. Оказалось, что у каждого из троих - Герр в Нью-Йорке уже бывал, и пусть не идет в счет, - есть места, которые он хотел бы посмотреть; что каждый способен составить маршрут прогулки на те шесть свободных часов, которые были в нашем распоряжении. То есть, не готовясь специально, мы представляли себе Нью-Йорк достаточно для того, чтобы знать, что смотреть. С чего бы это? С Парижем, конечно, у большинства русских может приключиться та же история, но Париж добрые пару веков был общепризнанной "столицей мира", и целые сонмища писателей, от Жан-Жака до Дюма и Сименона, потрудились над тем, чтобы познакомить с ним "окрестные народы". Лондон и Мадрид "столицами мира" если и были, то весьма давно и не так долго. Рим, правда, тоже давно, - зато долго и прочно. А вот если б я ехал в метро в Токио, я бы понятия не имел, где мне лучше выйти и в каком направлении двинуться потом. "Детективы…" - с легким презрением сказала жена. Пусть даже и детективы, хотя описания Лонг-Айленда Фитцджералдом в "Великом Гэтсби" вряд ли можно назвать детективными. Но детективы ведь пишут и французы, и итальянцы, и болгары, и японцы. Чего же это я так много именно американских детективов прочел? И не есть ли детектив сегодня то, что сто лет назад был роман Золя, пьеса Ибсена или рассказ Чехова?)

Нью-Йорк потрясает. Архитектурой. Атмосферой. Огромными хвостами очередей к кассам бродвейских театров. Свободой. Не статуей, "теткой с мороженым", как зовут ее циничные русские иммигранты, а свободой как таковой. Я слышал где-то фразу, что единственный город, где парижанин чувствует себя провинциалом - Нью-Йорк. Я, конечно, не парижанин, да и парижан "много хороших и разных", но мне показалось, что фраза по сути своей справедлива.

И как все в центре ухожено! И как все… современно. Видит Бог, поверить, что небоскреб компании "Крайслер" построен аж в тридцатом году, - попросту невозможно. А как свежо выглядит классический "Эмпайр Стейтс Билдинг"! Узенькие стриты, небоскреб, уважительно прилепившийся к четырехэтажному угловому домишку… Только в центре "столицы мира" земля может стоить так дорого. Как бы богата ни была компания, она, кажется, не в силах позволить себе роскошь раскинуться в центре Нью-Йорка с вольготностью "чертогов Черномырда" - нового московского небоскреба Газпрома.

Мы шли по залитому солнцем жаркому Бродвею (Нью-Йорк расположен где-то, кажется, на широте Сухуми, но если даже и севернее - Гольфстрим делает свое), и я вдруг понял, что Нью-Йорк - единственный из виденных мною (кроме исторически пришедшейся в пору и привычной Москвы) город, где мне жилось бы свободно и с удовольствием.

Закольцовывая путевые заметки, повторю, что пусть это первое и весьма поверхностное впечатление, но оно обладает достоверностью свежести и интуиции.


1 Английские тогда еще колонисты и подданные потопили в бостонской бухте королевский "чайный фрегат", заявив таким образом претензии на независимость. Которые спустя определенное время и были поневоле Британией приняты. Что, собственно, и положило начало удивительной "цивилизации свободы", плоды которой мы столь же поневоле пожинаем, когда, например, садимся за компьютер.

При небольшом музее, посвященном "чаепитию" и выстроенном совсем недавно с нуля, хоть и на подлинном месте, есть магазинчик сувениров, где среди разного рода значков и фаянсовых кружек (на одной их генерации океан, прилегающий к Бостону, почему-то назван Тихим, Pacific), я раскопал серебряные чашечки: на блюдцах, с ложечками, - размером с ноготь, - и привез жене в подарок: фантастической эффектности серьги!

2 Что (в связи с Mac'ами), кажется, уже и случилось или начинает случаться: см. речь Стива Джобса, опубликованную в #33 "Компьютерры", а также "Четыре колонки" ("Примечания переводчика") Г. Кузнецова из того же номера.

3 Один из поклонников Mac'а в Бостоне, на пресс-конференции, посвященной демонстрации новых моделей от Apple, настойчиво обращал мое внимание на почти тридцатипроцентный временной выигрыш Mac'а перед PC при наложении на картинку в PhotoShop'е какого-то сложного фильтра. "Ну и сколько раз в день ты будешь накладывать этот фильтр?" - поинтересовался я. "Профессиональный дизайнер, - возразил он, - целыми днями только и занимается тем, что прикидывает на картинку один фильтр, другой, третий… Вот и выиграет если не тридцать - двадцать процентов рабочего времени. Что немало!" "Профессиональный дизайнер, - возразил я, - заранее знает, какой фильтр какой дает эффект, так что особо перебором заниматься не станет". Но даже если станет - вот, снова область (и снова - довольно узкая), где пока есть некоторое превосходство Mac'ов. Если не обращать внимания на показатель цена/производительность.

4 Конечно, я пропустил бы его, не информируй меня время от времени о маршруте и актуальной точке нахождения на нем транслируемая по бортовому телевидению карта.

5 Мне тут подсказали, что находился. Но тогда уж совсем непонятно, зачем меня было час держать в очереди, чтобы пропустить сквозь игольное ушко паспортного контроля в аэропорту.

6 Если кто случайно не знает - в Америке так называют огромных морских раков.

7 Анекдот, кстати: новый русский, вернувшись из Штатов, рассказывает супруге: "Самое смешное, что у них ходят наши баксы. Только они их почему-то называют долларами".

8 Если б она не протестировала во мне иноземца, слабо знающего язык, она выразилась бы длиннее и правильнее. Тут, надо полагать, сработал психологический феномен: пытаясь втолковать что-нибудь иностранцу на русском, иной раз непроизвольно его коверкаешь "для лучшей понимаемости". Ви меня понимайт?

9 Внимание мое привлек довольно простенький по параметрам, но вставляемый прямо в слот PCMCIA ноутбука Nicon coolpix 100 - по преимуществу тем, что позволяет писать на своем экранчике-видоискателе стилусом, как, скажем, "Пилот" или "Кассиопея": не редактировать, конечно, снимки, но вносить памятные заметки.

Еще открытие на цифровом фото-фронте: прежде виденные только в Интернете и на буклетах, в моих руках побывали цифровые Olympus'ы, которые, помнится, по описанию я усиленно хвалил. Выяснилась деталь: оптический видоискатель там не дополняет, а заменяет при съемке жидкокристаллический, так что никакого "зеркального" эффекта "вижу в точности то, что будет на пленке" отнюдь нету, зато есть довольно долгий и не совсем удобный процесс механического переключения между съемкой и просмотром.

Будучи известным производителем фотоаппаратов, на этой выставке Olympus предстал в несколько неожиданном (для меня, во всяком случае) качестве: выставил CD-рекордеры, магнитооптические драйвы и слайд-сканеры. Последние с недавних пор вообще стали модным товаром, но каким способом Olympus надеется растолкать давно сформировавшийся и весьма тесный рынок "хранения информации" (storage), я пока не понял.

Тут же заодно замечу, что на выставке были представлены длинно- и короткофокусные насадки с соответствующими адаптерами для цифровых камер Kodak DC40 и DC50, Apple 100 и 150, Epson Photo PC и QV-10х и 100х от Casio, так что, например, докупив к QV-100 две насадки, вы уже не будете нуждаться в QV-300 с ее более чем скромным ступенчатым зумом и даже превзойдете ее по возможностям. С другой стороны, стоят эти насадки так дорого, что, продав даже не слишком выгодно QV-100, доплатить до QV-300 окажется заметно дешевле.

10 Письмо поневоле вызвало из загашников памяти советских еще, "дефицитных" времен анекдот: некий человек бегает по Ростову-на-Дону и выспрашивает у всех, где находится магазин "Принцип". На вопрос, зачем ему, отвечает: "Мне сказали, что в Ростове, в принципе, все есть!"

11 Для тех, мимо чьего внимания случайно прошла эта технология: вы снимаете либо полную панораму объекта (находясь снаружи его), либо - 360 градусов вашего окружения. После преобразования вы, управляя мышиным курсором, можете на экране либо осматривать объект со всех сторон, либо, соответственно, оглядываться вокруг. Альтернативой этому решению является виртуальная реальность Cosmo от SGI (прежде - Paragraph International), которая, на мой взгляд, ничуть не хуже и которая на выставке не была представлена вовсе (или мною не замечена).

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2018
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.