Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Образ жизни в кибер пространстве

Архив
автор: Родион Кудрин   11.12.2003

В наше время влияние информационных технологий на отдельно взятого человека и общество в целом постоянно усиливается. Сущность этого влияния неоднозначна: с одной стороны, бесспорны преимущества, привносимые компьютером в нашу жизнь, но с другой — существует множество побочных эффектов компьютеризации, которые затрагивают различные сферы жизни человека.

Каждый из нас сознательно или бессознательно выбирает свой образ жизни в этом мире. Кто-то не может долго обходиться без мобильного телефона и ноутбука. Кто-то не привык (и не хочет привыкать) жить и работать без пива (летом), кофе (зимой) и сигарет (круглогодично). У некоторых значительная часть жизни проходит за домашним десктопом, который является пропуском в манящий и одновременно обманчивый мир веб-серфинга, всевозможных чатов, форумов, Интернет-клубов и, конечно же, компьютерных игр. Выбор стиля жизни отражает особенности внутреннего мира и образа мышления каждого из нас. Но существует и обратная (часто неосознанная и нежелательная) зависимость, которая приводит к трансформации мышления и интеллекта под воздействием определенного образа жизни.

В наше время влияние информационных технологий на отдельно взятого человека и общество в целом постоянно усиливается. Сущность этого влияния неоднозначна: с одной стороны, бесспорны преимущества, привносимые компьютером в нашу жизнь, но с другой — существует множество побочных эффектов компьютеризации, которые затрагивают различные сферы жизни человека. Один из таких эффектов — своеобразная модификация (а в запущенных случаях — и необратимая «мутация») высших когнитивных, то есть познавательных функций психики, а именно мышления и интеллекта.

Наверняка большинству из нас знакома ситуация, когда настроенная и, казалось бы, устойчиво работающая система перестает работать как надо. Если вы — не системный администратор с многолетним опытом работы, а рядовой пользователь, то причина проблемы и способы ее устранения редко становятся понятными сразу. В данной (по сути дела критической) ситуации профессионал отличается от любителя стилем мышления и образом действий: он больше опирается на собственные знания и часто противоречивый опыт, а также на смутные догадки о сути компьютерных технологий (в том случае, если знаний оказывается недостаточно). У подавляющего большинства пользователей точные и полные знания об используемых информационных технологиях отсутствуют, но для эффективной работы с компьютером они оказались не столь необходимы, как можно было предположить. Постоянно знать абсолютно всё даже по очень узкой специальности — задача трудно выполнимая и для профессионала. Поэтому в критических ситуациях на помощь приходит интуиция, помогающая сохранить спокойствие и нервные клетки, а также решить проблему со сбоем в системе.

Не отрицая тех многочисленных (и во многом положительных) изменений, которые произошли в жизни отдельно взятого человека и всего человеческого общества с приходом новых ИТ, нужно признать, что компьютеры мало изменили саму сущность трудовой деятельности. Бухгалтеры по-прежнему рассчитывают баланс (пусть и с помощью программы «1C: Предприятие»), инженеры строят чертежи (правда, теперь в пакете AutoCAD), аналитики ищут связь событий и фактов, причин и следствий (но уже используя для этого нейронные сети). Однако выполнение большинства повторяющихся операций, которые поддаются программированию, предоставляется машинам, а все остальное остается людям. В умственном труде человека, работающего за компьютером, увеличилась доля творческого мышления (в ряде случаев это действительно так), которое, в отличие от логического, имеет иную структуру использования психических ресурсов.

Несмотря на это, при длительном профессиональном общении с компьютером алгоритмизация мышления неизбежно возникает и у большинства людей. Чаще всего это проявляется в том, что в попытке по возможности максимально автоматизировать свою деятельность человек составляет (сначала используя нейронные сети головного мозга, а затем — и возможности компилятора) алгоритм, который является последовательностью действий, приводящих к полезному результату. Наиболее ярко алгоритмизация мышления выражена, конечно, у программистов, что стало причиной популярности анекдотов на данную тему. Многие помнят байку о программисте, который, руководствуясь выработанным годами, а поэтому и естественным для него желанием предусмотреть и запрограммировать все, ставил перед сном на столик около кровати два стакана — наполненный водой и пустой. На вопрос о назначении стакана с водой следовал ответ: «Это на тот случай, если я ночью захочу пить», а необходимость в пустом стакане объяснялась фразой: «А это — если не захочу пить».

Алгоритмизация является, пожалуй, самой безобидной и одновременно полезной особенностью мышления, которая приобретается человеком после достаточно длительного общения с ИТ. Гораздо более настораживающими и даже опасными являются некоторые черты внутреннего мира человека, появляющиеся как побочный результат высокой интерактивности ряда компьютерных приложений. Речь идет о том, что без сомнения близко и понятно большинству пользователей ПК, то есть о компьютерных играх.

Game, как говорится, over

Оценивая роль компьютерных игр в формировании особого образа мышления как у самих разработчиков, так и у игроков, можно сказать следующее: компьютерная игра как самостоятельный (пусть и виртуальный) мир имеет свои характерные черты, а именно своеобразное течение времени для игрока и изменение представлений о пространстве. С одной стороны, это расширяет границы мышления, придавая ему гибкость, пластичность и некоторую парадоксальность, но с другой — ведет к отрыву от реальности и неизбежной дезадаптации.

Те незабываемые ощущения, которые человек испытывает во время игры, естественно (а как же без этого), являются небезопасными. Постоянно всплывая из глубин памяти, они служат эталоном счастья, как в виртуальном мире, так и в реальном. При длительном отсутствии этих острых ощущений возникает так называемый абстинентный синдром или синдром отмены, что также не способствует повышению настроения. И хотя наглядных примеров и подтвержденных фактов пруд пруди, у многих наличие психической зависимости от компьютерных игр все еще вызывает сомнение.

Помимо всего прочего, недостатком большинства сетевых компьютерных игр является отсутствие непосредственного контакта игроков во время игры. Но этот (на первый взгляд) минус является одновременно и основным плюсом, поскольку в виртуальном мире психические качества игрока важнее физических (явное исключение из правила «в здоровом теле — здоровый дух»). Со временем у некоторых увлеченных геймеров образ реального человека (соперника или партнера) начинает ассоциироваться с его виртуальным образом на экране монитора (естественно, речь идет о крайне запущенных случаях).

Мышление, обладая многомерностью и креативностью, позволяет при желании с нашей стороны (а в ряде случаев и без оного) «видеть» те или иные объекты, которые на самом деле в этом месте отсутствуют. Представители некоторых профессий (архитекторы, скульпторы, художники и др.) могут представить какой-либо объект на основе косвенных данных о нем, и это умение составляет основу их профессиональной деятельности. Подобно этому в процессе игры человек вынужден (для достижения победы) мысленно строить четырехмерную карту уровня. Поскольку «увидеть» четырехмерный объект нельзя даже в воображении, работа с ним требует хорошо развитого абстрактного мышления.

Современные киберподростки, проводящие по нескольку часов в день перед экраном монитора, то есть в аудиовизуальной среде, испытывают значительную информационную нагрузку, и их психике приходится строить многочисленные (зрительные и слуховые) образы из неестественных составляющих. Игрок, как правило, не замечает, что изображения многих виртуальных объектов устойчивы лишь в определенном ракурсе. Стоит приблизиться к экрану вплотную или выбрать несколько иной угол зрения, и иллюзия реального действия на экране разрушается, распадаясь на множество точек.

Формирование зрительных образов у человека основано на возбуждении соответствующих корковых центров зрительного анализатора (затылочной доли коры головного мозга), куда информация попадает с подкорковых ядер, отвечающих за ориентировочные рефлексы на свет. В свою очередь, эти центры получают нервные импульсы посредством зрительных нервов с сетчатки глаз. Как периферический отдел зрительного анализатора, глаза непрерывно (даже во сне) совершают сканирующие движения. Более того, анализируя окружающую среду, человек редко остается неподвижным (за исключением явно опасных ситуаций и оборонительных реакций на них). Человек подходит к объекту, отходит от него, меняет угол зрения, прищуривается и т. д. Характеристики светового потока на сетчатке глаз постоянно меняются, приводя к формированию новых зрительных образов.
Тем не менее, компьютерные игры не являются таким абсолютным злом, каким их пытаются представить авторы некоторых статей. Определенная трансформация мышления игрока, будучи выражена в умеренной степени, является несомненным плюсом для развития психической сферы. Но, как и любая крайность, чрезмерное увлечение компьютерными играми может вызвать психическую зависимость, которая ничем не лучше любой другой зависимости.

Интернет-портал — легко войти, трудно выйти

Существует распространенное (и часто справедливое) мнение, что человек, «нырнувший с головой» в мир Интернета, с этого момента полностью потерян для мира реального. В ряде случаев так оно и есть, причем подобных сетевых обитателей становится все больше. Они, естественно, объединяются, образуя новые социумы, «виртуальные сообщества» (форумы, чаты и т. д.). Поскольку мнение о человеке складывается на основе общения с ним, то считается, что в Интернете человек может полностью измениться. Верно ли это, каждый может проверить сам, пообщавшись под неиспользовавшимся ранее ником в каком-либо чате. После ряда экспериментов, положа руку на область сердца, могу ответственно заявить, что, перейдя определенный возрастной рубеж (скажем, 20–23 года), очень трудно культивировать в своем образе мышления те изменения, которые еще не сложились естественным путем в процессе реальной жизни. Можно долго обманывать себя тем, что, входя в Сеть под разными никами, ты всегда разный, соответственно выбранному в данный момент образу. Но в глубине души ты останешься прежним, то есть тем, кем являешься на самом деле, а не тем, что говоришь о себе. (Это только мое наблюдение — возможно, кто-то сможет добиться других результатов. — Р.К.)

Каждый человек (если он, конечно, заинтересован в продолжении общения) неизбежно приспосабливается именно к той ситуации, в которой находится в данный момент, — к своему новому нику, новому собеседнику, новой теме разговора и т. д., а Сеть играет роль посредника, делая процесс более легким и анонимным. Каждый из участников чата строит образ (как своих виртуальных собеседников, так и свой собственный), который либо лучше, либо хуже реального прототипа. Кстати, это улучшение или ухудшение может происходить и на подсознательном уровне, как реакция на отчуждение от общества. Разумеется, этот образ не является абсолютно абстрактным (так как основан на личности реального человека), однако со временем он начинает влиять на свой прототип.

Это влияние напрямую зависит от количества времени, проводимого под виртуальной личиной. Вполне возможно, что кто-то в своем виртуальном образе выглядит в глазах окружающих гораздо привлекательнее, чем в реальной жизни. Чувствуя это противоречие, человек порой пытается улучшить свою реальную личность (!), хотя подобное встречается редко.

Общаясь по Сети, в большинстве случаев нельзя увидеть своего реального собеседника (веб-камеры для многих остаются недоступной роскошью), а можно только представить его образ. Поэтому длительное онлайновое общение вызывает естественное желание встретиться с человеком в реальной жизни, что может привести к разным последствиям — от рандеву «на набережной у фонтана», до виртуального (а иногда и реального) брака. Однако после подобных встреч нередко остается чувство, будто тебя обманули — каждый видит совсем не то, что представлял. Кроме того, дают о себе знать симптомы аутизма, то есть трудность в реальном общении из-за чрезмерной замкнутости и зацикленности (в данном случае на виртуальном общении).

Я бы в хакеры пошел…

Сомнения стали страстью,
А страсть стала судьбой.
Все остальное — искусство
В безумии быть собой.

Сергей Лукьяненко. «Лабиринт отражений»

О хакерах говорят очень часто (это уже давно стало модным), в том числе и те, кто плохо представляет себе тему разговора. Среди обывателей появились определенные стереотипы хакера. Один из них великолепно описан в трилогии Сергея Лукьяненко «Лабиринт отражений» — «Фальшивые зеркала» — «Прозрачные витражи».

Так сложилось, что под влиянием желтой прессы, журналисты которой не обременяют себя терминологией, сегодня под словом «хакеры» понимают как минимум две совершенно разные категории людей.

В первой представлены те, кому мы обязаны как созданием всех новшеств мира ИТ, так и дальнейшим их развитием. Они спокойно рисуются на публике не опасаясь уголовной ответственности: Кен Томпсон, Деннис Ричи, Ричард Столлмен… Их имена есть в каждом приличном учебнике информатики. Это не удивительно, если принять во внимание, что хакер может (и должен!) быть творцом, а не разрушителем. Хакерство вовсе не тождественно криминальному времяпрепровождению перед экраном монитора.

Вторую группу составляют ИТ-специалисты, которые используют свои знания в незаконных целях. Вопреки распространенному мнению их практически невозможно идентифицировать по внешнему виду (вполне опрятному, между прочим), поскольку они не рассылают свои координаты и фотографии вместе с написанным ими кодом. В большинстве случаев ради собственной же безопасности они стараются не употреблять на публике компьютерного сленга.

Однако у обеих групп есть общая черта: поскольку они крайне увлеченные натуры со своеобразной системой ценностей, их быт резко отличается от привычного. «Я такого давно не видела. Нет, конечно, я догадывалась, что настоящие ученые живут в некотором беспорядке, но кот, дрыхнувший в аквариуме, носки, висящие на люстре, груда грязной посуды, засыпанной стиральным порошком, лежащая в огромном тазу посреди комнаты, — это было уже слишком».1

Подобный стиль жизни дает почувствовать пьянящий вкус свободы и до сих пор несет в себе очень мощную героику (поэтому и привлекает многих людей, в том числе далеких от компьютеров). Это привело к созданию субкультуры хакеров с собственным кодексом чести, оригинальной художественной литературой, поэзией и языком. Однако творцам подражать трудно, да и не столь интересно, так как они «в законе». Образу жизни второй группы, который зачастую превратно (но на удивление согласованно) описывают СМИ, подражать проще, и поэтому его переняли многие подростки. Появилось большое количество людей, которые ввели в свой быт худшие черты киберпанка; вовсе не хакеров в истинном понимании этого слова, но называющих себя именно так. Возникли вирусописатели и просто киберхулиганы.

Вместо заключения

Как видим, современные коммуникационные средства позволяют каждому не только подключиться к глобальным информационным ресурсам, но и выключить каждого из процессов привычной жизни, кардинально изменив образ жизни и мышления. Компьютеризация приводит к тому, что досуг, личная жизнь, мышление, поведение, настроение и все иные человеческие проявления оказываются жестко нормированными (иногда это очень даже кстати) и модифицированными в добровольно-принудительном порядке (добровольном — потому, что человек идет на это по доброй воле, а принудительном — поскольку изменения личности неизбежны и происходят в той или иной степени независимо от желания человека).

Одна из основных и изначальных функций научно-технического прогресса — высвобождение человека из цепких объятий природы с целью обретения им независимости и даже некоторой свободы. Но, избавившись от жесткой природной детерминированности, человек на ее место незаметно для себя поставил не менее (а порой и более) жесткую техническую и информационную зависимость, оказавшись в заложниках у непредусмотренного побочного эффекта жизни в современной техногенной среде.

Вектор изменений психики зависит от ее изначального состояния. Поэтому длительное пребывание в смоделированной при помощи компьютеров среде может как в корне изменить характер мотивации многих реальных поступков, подменить эмоциональное восприятие мира рациональным, сугубо логическим подходом ко всему, так и существенно улучшить мышление человека, сделав его более точным, логичным и продуктивным.

Постепенно изменяется сам характер восприятия информации — нейроны, адаптировавшись к цифровой форме, «отвыкают» воспринимать аналоговую информацию. Природа рациональна и экономична по своей сути, выбирая путь наименьшего сопротивления, поэтому мозг человека со временем выключает ставшие ненужными ассоциативные связи, переходя на более короткий и экономичный режим работы.

Воздействуя на жизнь отдельной личности (и общества), компьютеризация делает умственный труд более интенсивным, заставляя повышать эффективность работы мозга, но в ряде случаев это чревато монополией компьютерного рационализма. Думаю, многие смогут припомнить как минимум одного из своих знакомых, «покалеченных» компьютером подобным образом, — лично я знаю не один десяток таких людей (не считая себя. — Р.К.). Но, как показывает практика, собственный эмоциональный и парадоксальный разум совершенно не сто,ит противопоставлять своему же холо дному и расчетливому рассудку, поскольку обе эти составляющие психики играют в одной команде — их задача усиливать, а не вытеснять друг друга.

Алгоритмизация стиля мышления, основанная на формально-логических методах формирования понятий, на которых строится действие современного компьютера, в ряде случаев приводит к утрате образной, эмоциональной окрашенности мышления и общения. Однако полный отказ от эмоций, на наш взгляд, является необоснованным и противоестественным (точно так же, как и возведение эмоций в ранг высшего атрибута живого). Здесь, как нигде, необходимо придерживаться золотой середины (только ее нужно искать самому, основываясь на особенностях своей психики, а не опираться на общепринятые нормы).

Создав машину, человек попытался компенсировать ею то, что его собственный мозг делал недостаточно быстро. Люди, являясь бесподобными творцами и аналитиками, по-прежнему (в своем большинстве) продолжают крайне медленно считать и очень любят применять нечеткую логику там, где ей совершенно не место. Разбираясь в принципах работы компьютеров с информацией, человек в силах перенять недостающие разуму черты у собственного творения, не ставя себя при этом в зависимость от электронного помощника.

Многие сетуют на то, что наш мир неуклонно превращается в техносферу. Люди все реже общаются между собой лицом к лицу, без технических посредников, а программный код становится более распространенным и важным, нежели простые человеческие слова, хотя ценным на самом деле является и то и другое. Но каждому способу общения необходимо свое время и место. Самолет не лучше поезда, хотя и быстрее. А протокол POP3 не хуже HTTP, несмотря на меньшие возможности. Они просто разные. Насчет способов общения — средства коммуникации скорее помогают нам связаться друг с другом хоть как-нибудь, чем подменяют собой личные встречи. Например, нам было бы гораздо приятнее приехать в Москву и передать эту статью Сергею Леонову, сидя в уютном ресторанчике, чем слать ее по электронной почте, но ведь надо быть реалистами. Сегодняшний темп жизни и расстояние делают подобный сценарий работы маловероятным и нерациональным.

На наш взгляд, одной из главных задач современного человека является необходимость остаться именно человеком, который умеет общаться не только с машинами, но и с людьми, не испытывая дискомфорта от живого общения. При этом вовсе не обязательно терять свою независимость и индивидуальность, превращаясь в органическое периферийное устройство персонального компьютера с гипертрофированным блоком системной логики и полным отсутствием эмоций — подобное людям просто не свойственно.

Человек не может до конца познать самого себя, поскольку для познания системы нужно выйти за ее рамки. Но люди в очередной раз доказали свою изобретательность, догадавшись вынести часть себя в новую систему, породив мир информационных технологий. Теперь на этом фантоме они занимаются самопознанием. К чему приведет данный процесс, сказать трудно, но одно совершенно ясно уже сейчас: взаимодействуя с компьютерами, мы неизбежно становимся другими. Степень и вектор этих изменений каждый контролирует (или оставляет бесконтрольными) самостоятельно в зависимости от того, ожидается ли в итоге что-либо конкретное, или любые возможные модификации мышления будут восприняты как должное. В конце концов, каждый решает сам, каким ему быть в будущем, а каким все-таки не стоит становиться.


1(назад) Алекс Экслер. «Записки жены программиста» (www.excler.ru/novels/wife).

Поделиться
Поделиться
Tweet
Google
 
© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2018
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.