Насчет обязательного пожизненного несменяемого электронного адреса - это я, пожалуй, зря написал. Ведь сбудется! Дадут, а для памяти еще и вытатуируют где-нибудь на видном месте. И будут по этому адресу приходить анкеты, налоговые декларации, распоряжения пожарной инспекции, санэпидемстанции, дорожно-ремонтной службы и прочих серьезных учреждений, а за промедление с ответом - штрафы, пени, повестки…

Судьба беззаботной песчинки, легкомысленно залетевшей в жернова казенной машины, давно стала общим местом. Сгинет. Поэтому от машины, если ты не жернов, лучше держаться подальше. Или быть объектом, жернову неподвластным, не песчинкой, а чем-то неизмеримо меньшим. Атомом. Или даже элементарной частицей, нейтрино. Другой способ - разойтись в измерениях: жернова сами по себе, и я - сам по себе.

Оттого любую ниточку, связывающую с тем измерением, где крутятся жернова, хочется сделать потоньше. Но увы, ниточек все больше и больше. Они, ниточки, Гулливера повязали, а уж меня…

Паспорт, прописка (простите, регистрация), воинский учет - тут, кажется, особых возражений быть не может, хотя как пламенно обличали ненавистные паспорта теоретики большевизма, покуда были вне машины. Постановку на учет радиоприемников и телевизоров отменили еще в шестидесятых годах прошлого века (но внедрение телевидения кабельного, подписного - тоже ниточка). Оружие, гладкоствольное и нарезное… Но нет у меня оружия. Множительная и копировальная техника - здесь, мнится мне, последнее слово не сказано. Компьютеры на учете если не все поголовно, то подключенные к WWW - непременно, к воронежским провайдерам без паспорта не ходи.

Покупаешь билет на поезд, меняешь доллары на рубли, останавливаешься в гостинице - всюду тебя считают и заносят в таинственные кондуиты, заносят и считают.

Потому Интернет казался землей обетованной. Свобода, равенство, братство. Ни тебе гражданства, ни почетной обязанности, ни налогов. Воля. Ходишь по Сети фантомасом и режешь правду-матку в глаза: в пивном ларьке напротив бани недоливают, постельное белье в поезде Москва - Лиски пахнет осенней слякотью, а писатель Х - та-акая бездарность!

Всё - безнаказанно! Правда, пиво от этого крепче, а белье свежее не становится, да и писатель Х всё пишет и пишет, в упор не замечая принципиальной подзаборной критики, но на душе приятно!

Было.

Все чаще и чаще смутные подозрения тревожат. Ну как сорвут маску?

Помнится, пару лет назад сетевая общественность кричала: СОРМ! СОРМ! Да по какому праву? Никогда! Защитим наших овечек!

Первое субъективное мнение - кричать перестали. Второе субъективное мнение - потому, что СОРМ теперь данность. Пришел и есть. Или ест. Борьба с терроризмом требует жертв. Письма - овечка первая, но не последняя.

Хотелось бы, конечно, пример в студию: какого такого террориста поймали благодаря продаже проездных билетов по предъявлению паспорта, но, верно, для подобных откровений срок не вышел. Лет этак шестьдесят…

А пока зловредное воображение рисует Человека Без Лица в кресле перед монитором:

- Так, Иван Петрович Сидоров. Зарплата за год двенадцать тысяч пятьсот рублей, оплата коммунальных платежей - три тысячи четыреста рублей. Две поездки - в Москву и Санкт-Петербург - еще три тысячи пятьдесят рублей. Интернет-провайдеру тысяча четыреста. Телефонной станции - полторы. А ведь что-нибудь да ест, паршивец! Живет явно не по средствам. Кто его подкармливает, какая сторона? Ага - обменял двадцать долларов в Сбербанке. Откуда, интересно, он их взял, доллары? Проверим-ка, с кем он общается… Иванов, Петров, Хомяков… О! Ошо Никамура! Подозрительный тип! Пора познакомиться с гражданином Сидоровым поближе…

А Сидорову лишнее знакомство совсем ни к чему. Что делать? Жить тише воды, ниже травы? Куда ж ниже?

Чешет голову, берется за карандаш и составляет перспективный план на год: выезжать лишь на огород, письма писать только поздравительные, валютой рук не марать, разве жидкой, сорокоградусной, телефон отключить, оно и дешевле. А уж покупать Benefon ESC, который не просто мобильник, а «открывает новый тип коммуникаций для пользователей - обмен данных о собственном местонахождении» («КТ» #426), - вовсе смерть. Хорошо, если поинтересуется Кто Надо. А вдруг жена? «Вот, значит, Ваня, в какой ты библиотеке сидишь!»

Думаю, если бы не подоходный, а все налоги вместе не превышали 13 процентов, и то нашлись бы люди, старающиеся прыгнуть в тень. Ну не хочется держать сейф нараспашку. Страшно.

И даже человеку совсем простому, у кого из столового серебра одно мельхиоровое ситечко, тоже страшно. И веревочка сгодится, и ситечком не побрезгают.

Решусь на прогноз: во время грядущей Всероссийской переписи населения двери перед статистиками в штатском частенько будут заперты.

«Никого нет дома! Совсем!»