Сетевая реальность и сетевая цивилизация

Нечто подобное описывал еще в 70-е годы минувшего (уже!) века в своих “Сказках роботов” и “Сумме технологии” Станислав Лем, аналогичные мотивы, задолго до ученых мужей, прописывали многочисленные фантасты, и вот дожили, наконец... А все из-за той самой Всемирной Паутины - Интернета.

Как и любое явление высокого уровня сложности, Интернет (он же - Сеть) обладает той самой двойственностью, о которой еще Нильс Бор сказал: “Любое достаточно сложное явление требует для своего описания применения как минимум двух противоположных и взаимоисключающих понятий”. И наше восприятие Сети, на удивление точно описанное во всей сумме фантастических романов на эту тему, полностью соответствует боровскому принципу дополнительности.

С одной стороны, Сеть для нас - это некий психологически бесконечный набор высказываний, напоминающий “Вавилонскую библиотеку” Борхеса, в которой собраны все возможные, осмысленные и неосмысленные, тексты на всех возможных в принципе языках (образ этот принадлежит известному культурологу, проф. М.Эпштейну). Поэтому найти там что-то разумное, читабельное и понимаемое - равно открытию.

С другой стороны, Сеть, как некая искусственная среда для общения, представляется нам отдельным, обособленным миром со своими законами, весьма малой мерой соответствующими писаным и неписаным законам окружающей действительности. Причем эта среда предстает перед нами столь же реальной, сколь реален и мир действительный, а с учетом значительно большей степени интеллектуальной и моральной (в силу общепринятой сетевой анонимности) свободы - пожалуй, даже более реальной, чем эта самая действительность. И то, что мы выбираем из встреченного в Сети, для нас является зачастую намного более о-смысленным (наделенным нашим собственным существенно внутренним смыслом), чем большая часть той же действительности.

Говоря языком семиотики, дискурсы в Сети ведутся не между личностями (индивидами), а между созданными этими личностями концептами, причем для любого Другого для меня участника дискурса концепт, созданный моим “Я”, будет столь же непознаваемым в обычной Реальности, как и концепты всех Других - для Меня. То есть, - и это еще одна сторона Сети, - в определенном смысле, для Меня в Сети отсутствуют Другие, а есть только разнообразные “Я”, которые более или менее совпадают с моим собственным, или точнее, с теми аспектами моего “Я”, которые я сам считаю наиболее внутренно осмысленными. Всех остальных, отказывающихся следовать моему “Я”, включая и его наиболее глубокие подсознательные аспекты, просто убирают в “игнор”... что, в сущности, и создает дополнительный аспект моей собственной свободы в Сети...

Вообще вот это ощущение личностно-индивидуальной свободы, судя по темпам роста Сети, стало едва ли не ведущим фактором такого роста. “Материализация” свободы стала выходом из тупиков как экзистенциального отчуждения, одиночества и страха индивида перед лицом враждебно-безразличного социума (толпы), так и пост-модернистского “упразднения реальности”, превращения ее в смесь “пустотных симулакров” с множеством знаково произвольных и относительных картин мира.

Мое “Я” в Сети, с одной стороны, абсолютно свободно в общении и выборе субъектов общения - таких же “Анонимусов”, как и я сам, после чего “Я” перестает чувствовать себя одиноким во враждебной среде. “Враждебной” становится уже не среда, а “хард” и “софт” - то есть, вещи, которые полностью зависят от меня самого (например, от толщины моего кошелька...).

С другой стороны, мое “Я” воспринимает Сеть как реальность, даже более реальную, чем окружающая действительность - в силу и в меру способностей моего воображения. И моя картина мира обретает в результате необходимую полноту, целостность не меньшую, чем целостность Сети, и объективность, не меньшую и не большую, чем объективность моего “Я” для меня самого.

Это состояние в чем-то отдаленно схоже с концепциями солипсизма (недаром еще в начале 70-х Станислав Лем написал очень близкий по звучанию рассказ “Формула Лимфатера” о создателе “электронных личностей”...). Но оно отличается от солипсизма тем, что никто из входящих в Сеть не теряет строгого и однозначного ощущения своего “Я”, приобретая при этом чувство “удвоения” реальности не только в самом себе, но и вокруг себя...

Все вышесказанное можно, собственно говоря, определить как некоторую часть цивилизациеобразующего аспекта Сети. Любой юзер осознает, или в крайнем случае - ощущает, абсолютную отдельность и отделенность сетевого мира. Это даже не пресловутая “виртуальность”, которую пристегивают нынче к чему ни попадя, - это просто НЕ-реальность, в которой, тем не менее, можно обитать достаточно длительное время. То есть, это как раз и есть та не-реальность, которая только и дает возможность “удвоения” мира, отделения сетевого мира от действительного, выстраивания некоей Иной цивилизации.

С другой стороны, в отличие от телевидения, эффект “включенности” пользователя в формирование его личной Сетевой Реальности изменил принцип значимости: если в обычной реальности первостепенное значение имели Факты, из избытка которых постепенно формировалось Знание как умение комбинировать факты и оперировать их группами и цепочками, то в Сетевой Реальности на место Фактов пришли Связи между Фактами и Знание в виде “Знаю, Где У-Знать”.

Такое изменение принципа значимости и говорит прежде всего о возникновении новой Сетевой Цивилизации. Действительно, от Гераклита (У век до н.э.) до Витгенштейна (начало ХХ века н.э.) все философы - и онтологи, и гносеологи - ставили во главу угла Мир как Факт. И только отдельные представители “новой философии”, основанной на постулатах и принципах неклассической науки (среди них были такие мыслители, как Нильс Бор, Т.Кун, К.Поппер, И.Пригожин, а в России - Борис Григорьевич Кузнецов), осмелились основывать свои рассуждения на признании Мира как системы Связей между Фактами (Явлениями). В частности, это означало, что та же концепция научных революций Т.Куна, или смены парадигм по К.Попперу, есть не что иное, как изменение ВСЕЙ системы Связей между Фактами каждый раз, когда устанавливается (открывается) новая Связь... А это, в свою очередь, приводит к многократному ускорению темпов роста самой системы Связей, иными словами - картины познанного Мира в целом.

Именно с появлением Сетевой Цивилизации (напомним, что ее возникновение было связано с потребностью ряда научных центров Америки и США быстро обмениваться результатами исследований) и начался процесс ускоренного развития и системы Связей, и самой Сети в целом, как ее носителя. Этот процесс, в частности, и вызвал к жизни тот же “нео-луддизм”, с которого я начал эту статью, и, как своеобразное преломление “нео-луддизма”, ожидание всеобщего счастья от пришествия Иной, Сетевой Цивилизации...