Телевидение и радио в последние дни оставляют забавное ощущение того, что скоро каждая домохозяйка будет наслышана про грядущий крах американской и мировой экономик вследствие исчезновения таинственного продукта под названием "Уиндоуз". Что и когда случилось на самом деле?

Превращённая в страшилку фраза Стива Балмера " we … need to withdraw the Windows product from the marketplace" была сказана не вчера, и не на прошлой неделе. Президент софтверного гиганта признал, что будет вынужден вывести операционные системы семейства MS Windows с рынка ещё 8-го февраля, давая показания по делу, ведомому против Microsoft девятью непримиримыми штатами. Вплоть до понедельника нынешней недели показания эти хранились в тайне, но затем были опубликованы и теперь доступны, в частности, на сайте Microsoft. Опубликовать часть показаний судья (Коллен Коллар-Котелли) решила под давлением общественности. Впрочем, механизм раскрытия в данном случае не важен. Главное в том, что фраза об отзыве продукта с рынка (заметьте - не приостановке продаж, но именно отзыве, изъятии даже проданных копий) прозвучала из уст президента огромной корпорации. Что это - игра на публику, констатация фактов? Для того, чтобы это понять, отбросьте пока всё, что вы слышали о заявлениях Microsoft и её противников в последнюю неделю - это отдельная история, которую мы разберём ниже. Пока же возьмём за основу ситуацию в начале февраля.

А она такова, что Microsoft вынуждена вести войну сразу на два фронта. На первом - и более выгодном для себя, она почти выиграла битву с девятью штатами, согласившимися на мировую в частном порядке. Заминка лишь в том, что не всех устраивают положения мирового соглашения, предусматривающего некоторую регуляцию маркетинговой политики компании, но не переработку самого программного обеспечения. На втором фронте Microsoft сражается с девятью штатами, решившими идти до конца и наказать гиганта в судебном порядке. Предлагаемые ими санкции включали на оговорённый нами момент, в частности, выпуск различных версий Windows, различающихся включёнными в них компонентами (IE, WindowsMedia, MSN Messenger) - здесь речь идёт уже о непосредственном воздействии на программное обеспечение. Имея в виду это требование Балмер и говорил про отзыв Windows с рынка. При этом он отнюдь не угрожал, но лишь констатировал очевидный для него факт: превращение единой платформы в тысячи разрозненных (в представлении Балмера потребуется выпуск нескольких тысяч отдельных дистрибутивов ОС) и передача прав на их модификацию в чужие руки сделают для Microsoft инвестиции в развитие собственного продукта непривлекательными. Вдумайтесь в это. Лишая производителя продукта права влиять на него по его собственному усмотрению мы тем самым ограничиваем его свободу и в конечном счёте лишаем этого участника рынка права на выживание. Для Балмера, стратега с двадцатилетним стажем, это совершенно очевидно. Для добивающихся своего истцов - нет. Но отнюдь не из-за отсутствия желания понимать, а по причине защиты интересов конкурентов Microsoft. Вернёмся в сегодняшний день и посмотрим на их заявления.

Пытаясь сгладить мрачноватые предсказания Балмера (вскользь упомянувшего про сотню миллионов новых пользователей, что могут приобрести компьютеры в этом году), истцы переработали проект наказания Microsoft дабы прояснить самые туманные моменты. Теперь все знают, что от Microsoft не требуется выпускать тысячи разных версий ОС. Нужен выпуск лишь одной, но - модульной, сборку которой смогут производить другие участники рынка по своему желанию. Но меняет ли это принцип дела? Конечно нет. Балмер по-прежнему прав. Ни бизнес-версия Windows (Win2K), ни ориентированная на рядовых юзеров XP не смогут остаться без эксплорера, WM-плейера и прочих компонент даже не потому, что это сложно осуществить технически (просто выкусив программу из ОС можно получить нечто, пригодное для использования энтузиастами, но не коммерческий продукт - вот что имел в виду Джим Алчин, когда говорил "я не могу сделать этого"), но потому что это нарушит общую идеологию операционной системы, потребовав кардинальной перестройки и кода, и всей маркетинговой политики компании.