Архивы: по дате | по разделам | по авторам

Америка и Америца

Архив
автор : Сергей Голубицкий   01.09.1997

Мне показалось забавным представить Америку в необычном виде, так, как мало кто ее знает. Нечто в пандан популярному анекдоту о главном принципе педагогики: сперва надо ошарашить, а затем - озадачить. Уж сколько писано-переписано путевых заметок, откровений наших бродячих звезд, которые, обшарив кабачки Манхэттена и Лос-Анджелеса, навсегда обрели чувство собственного превосходства. А потом еще "Нью-Йорк, Нью-Йорк" Гордона, страшно напоминающего персонаж из фильма Мамина "Окно в Париж", того, который играл на скрипке, держа ее между ног, и страдал от "бездуховности" своей французской жизни: ему бы в Питер да на Литейный!

Что можно добавить к картине, не забывая при этом о специфике "Компьютерры"? Покопавшись в своей памяти, я отыскал там причудливые истории, которые и поведаю читателю.

Параллельные миры

Есть замечательный бестселлер Стивена Кинга и Питера Страуба "Талисман". В нем 800 страниц, поэтому я его до конца так и не дочитал. Но это не страшно, потому что после первых ста страниц и так понятно о чем речь. В "Талисмане" герой (как водится у Кинга - околопубертатный мальчик) узнает о существовании параллельного мира типа четвертого измерения, куда и путешествует периодически. Больше мне от книжки Кинга ничего не надо - лишь эта одна метафора.

Модный беллетрист не случайно полагал, что идея параллельного мира ляжет на душу американскому читателю. Дело в том, что этот читатель с самого детства и до смерти своей приучен жить именно в таких параллельных мирах:

  • мире реальном - назовем его "Америкой", и
  • мире идеальном - назовем его "Америцей".

Сразу хочу предупредить читателя, что рано хлопать в ладошки и делать преждевременные выводы в духе ранней перестройки о похожести нашей страны и американской. Казалось бы, мы ведь тоже жили в двух мирах: один разворачивался на работе и улице, где все подчинялись великому Кодексу Обмана, второй - дома на кухне, где изливали душу и клеймили мир первый. Однако разница в том, что в советской стране эти миры никак не пересекались - либо правда, либо кривда, или, как учит Александр Исаевич, либо жить по лжи, либо - по правде. Выходит, что мы живем по правилам евклидовой геометрии: наши параллельные миры никогда не пересекаются.

В то же самое время между Америкой и Америцей никаких противоречий нет. Они - самые настоящие параллельные миры, сосуществующие друг с другом в полном согласии. Они пересекаются на каждом углу, в пространстве и времени, прямо как у Лобачевского.

Символом параллельных американских миров для меня стала автострада в штате Алабама . Предместье городка Мобил - страшные джунгли и болотные топи с кишащими в них крокодилами. По логике нашего человека эти топи нужно было сперва осушить, а затем проложить дорогу. Американцы же остались верны своему двоемирью - highway проложен на сваях поверх болота. Так они и уносятся вдаль двумя параллельными мирами - нетронутые джунгли и современная трасса.

То, что американцы в отличие от русских обладают седьмым чувством, которое позволяет им жить одновременно в Америке и Америце, лучше всего видно на примере такого развлечения, как борьба wrestling. Наш человек не может спокойно наблюдать, как один садист забирается на канаты, а затем прыгает на голову своего противника. Наш человек либо все принимает всерьез, как это было в эпоху фильма "Спорт, спорт, спорт", либо думает, что wrestling - это клоунада, цирк. На самом деле, wrestling, как, впрочем, и любой фильм ужасов, - это просто другая реальность, это - Америца. Вы только посмотрите, как полнокровно переживает wrestling американская публика, как искренне и бурно реагирует на каждый удачный удар в пах и слом тазобедренного сустава! Причем все - от мала до велика. Дело не в том, что американцы - бесчувственные полудурки, не способные отличить настоящую драку от имитации. Все они отличают. Просто им дано умение жить и сопереживать в мире, который со стороны кажется ненастоящим.

В кинотеатре американец искренне верит, что можно дать Шварценеггеру пятнадцать раз подряд в морду и после этого актер поднимется и уроет злодея. Выйдя на улицу после сеанса, тот же американец полностью отдает себе отчет, что если сейчас к нему подвалит уличный хулиган и вломит по челюсти всего только один разок, то шансов прийти в себя не будет никаких. Одно не противоречит другому. Просто американец знает, что в Америце бьют долго и безрезультатно, а в Америке - только один раз и наповал.

Америцу породил мир реальный - та самая Америка, которую все и описывают. Поэтому с нее и начнем.

Дэнги давай, дэнги!

Америка - это деньги. Поэтому в лучших традициях советского политпросвета я начинаю свой путеводитель по реальной Америке с несвежей мысли: "Без денег там делать нечего". Нет, конечно, можно что-то делать, но мучиться придется страшно. У тех, кто ездил в Америку без денег, пышным лопухом расцвел комплекс неполноценности и тяжелые последствия в форме сублимированного: "Ну был я там - ничего особенного, страна как страна. Вот Европа…", - и дальше про культуру и прочие глупости.

Самое забавное, что деньги в Америке нужны не для того, чтобы их тратить, - сегодня и так все можно купить через Интернет из любой точки земного шара. Деньги нужны только для одного - чтобы были! Смотреть на витрины и знать, что "не тварь дрожащая" (Федор Михайлович в гробу перевернулся от столь вольного применения мысли Раскольникова!) и можешь позволить - вот в чем соль! А покупать ничего не надо.

Все жители Штатов думают только о деньгах, хотя часто делают вид, что их интересуют и другие вещи - книги, там, музеи или женщины. Американский ребенок рождается для того, чтобы делать деньги, в них - сверхзадача американской цивилизации. Как пела Лайза Минелли: "Money make the world go round". Деньги - своеобразная подоплека всех вещей и событий, - даже когда о них не говорят, то все равно имеют в виду.

Это и не удивительно, потому что все американское общество построено вокруг потребления и во имя потребления. Потому я уверен, что, если человеку не нравится потреблять, то Америка ему тоже не понравится и можно смело туда не ездить.

Лирическое отступление: Если читатель хочет разобраться в американской стране, то ему с ходу необходимо отказаться от привитой в советском детстве манеры давать вещам морально-нравственную оценку. Я понимаю, что тяжело смотреть на вещи просто как на вещи, а не делить их на плохие или хорошие, но надо постараться - хотя бы ради научной объективности. Поэтому, когда я пишу, что реальный мир Америки строится вокруг и только на деньгах, то я этого не осуждаю и не хвалю, а просто констатирую.

Америка ужасно технологична. Нормальный советский человек начинает страдать от этой технологичности уже в аэропорту, потому что в туалетном умывальнике нет вентилей - вода там начинает литься лишь после того, как сунешь руки под кран. Поднес руки - полилась, отвел - перестала. Причем вода ни холодная, ни горячая, а теплая. Потом это страдание следует за вами по пятам. Кинул монетку в машину с кока-колой, нажал кнопочку - бух! - что-то куда-то упало, куда - не понятно. Со стыдом ожидаешь, пока кто-то не подойдет и не покажет, откуда вынимать. Верх пытки - автозаправки и мойки.

Когда я впервые поехал заправляться, то опозорился по всем статьям. Я уже писал в "Компьютерре" о Роберте "Бобе" Старере, моем учителе и первом работодателе. Именно с подачи Боба я постигал эту безумную территорию. В шесть утра, отправляясь в офис, Боб прервал мой крепкий сон - сон человека, привыкшего начинать трудовой день не до, а после восхода солнца, - дал ключи от одной из машин и предупредил: "Не забудь заправиться".

Преодолев легкое сопротивление автоматических дверей гаража, я бодро покатил к ближайшей заправочной станции. Вокруг - ни души. Такая вот коррида - водитель-матадор и разъяренный бык в образе автоматической колонки. Читаю инструкцию: "Вставьте карту". Вставил. "Добрый день, мистер Голубицкий, - приветствует жидко-кристалический дисплей колонки, - сколько бензина желаете и какого?" Нажимаю "20 галлонов". Тут оно и началось! Дисплей выдает: "Воткните шланг и поднимите рычаг"! Шланг я воткнул, а вот рычага не нашел, хотя и искал минут десять. Нет проклятого рычага, хоть режьте меня! Я в исступлении вынул шланг и уехал. Благо, никто моего позора не заметил.

Покружил минут двадцать и опять подъезжаю: стрелка показывает - бензина нет совсем. На сей раз кроме меня заправляется местный товарищ. Я как в тумане повторяю последовательность действий, уповая на чудо: карта, 20 галлонов, шланг, рычаг. Чудес не бывает, поэтому рычага я опять не нахожу. Вижу, местный товарищ глядит на меня с доброжелательным любопытством. Будь что будет, думаю, и обращаюсь к нему с самой идиотской фразой в своей жизни: "Знаете, я не местный (это же надо такое залудить!), поэтому не могу найти чертов рычаг. Вы не поможете?" Абориген вошел в ступор. Смотрит то на меня, то на перламутровый "Ягуар" с самыми что ни на есть местными вирджинскими номерами. Все, думаю, сейчас ментам сдаст за угон автомобиля! Совладав с собой, американей говорит: "Sure". Подходит к колонке, обнимает ее целиком и легким движением поднимает всю переднюю часть с дисплеем и кнопками. Зажурчал бензин. "Это и есть рычаг", - говорит. Потом я еще больше оценил невозмутимость моего избавителя, поскольку по всей Америке колонки одинаковые и рычаги тоже, так что моя фраза "я не местный" вообще не канала. Какой, выходит, человек порядочный - не только не сдал за угон дорогой машины, но еще и шпиона отпустил.

Если, читатель, ты полагаешь, что одолеть технологическую Америку можно на личном опыте, то ошибаешься. Чем больше узнаешь, тем больше появляется иных технологических новшеств. Два года спустя после истории с заправкой я натолкнулся на не менее идиотскую мойку в Новом Орлеане. Правда, тактика измывательства знакомая - общаешься с дисплеем: "Опустите 2 доллара 75 центов и ждите разрешающего сигнала". Опускаю мелочь, вся мойка начинает гудеть и брызгаться, а сигнала на въезд - как не бывало! Через минуту подкатывает полицейский, ждет спокойно. Но за два года я кое-чему научился, по крайней мере - спрашивать сразу, когда непонятно. Я - полицейскому: "Что-то не пускает..." Он - мне: "Наберите 7239". Набираю, загорается зеленый сигнал - можно мыться. Все время, пока мыл машину, мучительно соображал: "Откуда коп взял эти 7239?" Когда выезжал, оглянулся и увидел большую вывеску с номером мойки и автозаправки: "7239". Как они до этого всего догадываются?

И тогда я открыл первый большой секрет Америки - они вовсе не догадываются, просто все время спрашивают. Америка создана для того, чтобы человек пребывал в постоянном инфантильном состоянии. В ситуации, когда технологии прыщут изо всех щелей, выбор небольшой: либо входи в техноступор, либо ищи нянек. Американцы с детства ищут нянек. Няньки - основа американского сервиса. Именно поэтому американский сервис ненавидят европейцы, а у традиционных американских супермаркетов в Европе большие проблемы с конкуренцией. Европейцы гордятся своей взрослостью и независимостью. Поэтому в европейском магазине к вам не лезут в душу, а лишь спрашивают из вежливости: "Вам помочь?" И тут же отваливают, потому что знают - помогать не надо.

В Америке все по-другому. Уже в дверях фотоэлементы засекают жертву и свистят аврал корабельной команде. Не успели вы сделать и шагу, как слышите топот сапог - это со всех сторон к вам несутся продавцы. Причем никогда по одному, всегда - оравой. И все кричат: "Чем вам помочь?" Отказываться нельзя: обидятся - это раз, будут вредничать - это два. Справедливости ради надо сказать, что как раз к нянькам советский человек привыкает очень быстро - сказывается генетика социализма. С третьего раза начинаешь расслабляться и наглеть на полную катушку. Не дай бог, не подбегут, когда ваша светлость появилась в дверях, - брови домиком и вид сердитый: "Как осмелились не перепеленать?" И начинаешь отыгрываться: "Дайте это, нет - это! А другого цвета? А я вообще ничего не куплю!"

Однако все эти бытовизмы - мелкая шушера на фоне глобального технологизма. Вершина такой Америки - Лас-Вегас и Спрус-Крик. В Лас-Вегасе, по-моему, отметились все русские нувориши, поэтому о чудесах игорного города я писать не буду. Отмечу только, что Гуверовская дамба и искусственное озеро Миид в окрестностях Лас-Вегаса производят не менее сильное впечатление, чем самая большая в мире гостиница "MGM" .

Но вот Спрус-Крик - это что-то! Представьте себе город, в котором вместо центральной улицы - взлетно-посадочная полоса , а вместо гаражей - ангары . Это и будет Спрус-Крик, гордость по-настоящему богатой Америки . Все жители этого маленького поселка на севере Флориды используют самолеты в качестве основного средства передвижения . Многие утром отправляются на работу - кто в Вашингтон и Нью-Йорк, кто в Лос-Анджелес (как Джон Траволта, тоже обитатель Спрус-Крика), - а вечером возвращаются. Машины в Спрус-Крике запрещены - только электрокары.

Для компьютерного человека, наверное, самое интересное в Америке - компьютерные магазины. Однако должен разочаровать - мне они показались абсолютно бездарными. Очень большие и такие же серые. Почти в каждом тауне есть свой "CompUSA", гигантских размеров компьютерный универсам. Покупать в них что-нибудь изысканное - категорически противопоказано: во-первых, дорого, во-вторых, все равно не найдете. Правда, есть большой плюс - все можно пощупать и испробовать. Куча подростков, кажется, поселилась в компьютерных супермаркетах - натягивают виртуальные шлемы и часами сражаются в "Duke", при этом их никто не гонит и не требует что-нибудь купить.

Мой рассказ об Америке на этом завершается, потому что, собственно, не ради нее я сел за статью. А ради Америцы - загадочного параллельного мира, незаслуженно обделенного вниманием. Не оттого ли, что наш человек не обладает тем самым седьмым чувством, с помощью которого только и можно эту Америцу уловить? Мое знакомство с ней началось чисто случайно - с книги Умберто Эко "Путешествие в гиперреальность". Если бы не Эко, я бы эту Америцу не заметил так же, как и большинство чужеземцев.

Первый и вполне закономерный вопрос: откуда она взялась, эта Америца? Дело в том, что денег у среднего американца много, рабочий день небольшой, поэтому полно свободного времени, которое надо чем-то заполнять. А заполнять, как правило, нечем, если ты не профессор Стэндфордского университета или какой-нибудь там поэт-писатель. В такие нередкие минуты праздности американский человек задумывается о своем житье-бытье и начинает тосковать. Делает он это, однако, подсознательно, поскольку с самого раннего детства ориентирован на зарабатывание денег, а не на дурацкие медитации. Так и родилась Америца - в виде сублимированного протеста американской души, ее несогласия с законами Америки. Уже давно этот протест подхватили умельцы из "кузницы душ" - хитрые и циничные дяди, контролирующие Голливуд и средства массовой информации. Подхватили, растиражировали и поставили на индустриальную основу - принялись ковать великий миф о Духе.

В какой-то момент поддаешься слабости и почти начинаешь верить, что Америца - настоящая, что она не понарошку, а всерьез, однако отсутствие врожденного американского седьмого чувства и европейский цинизм разрушают чары. Поэтому прошу прощения у читателя, если в описании Америцы мне не удастся передать увиденное не как игру, а как самый настоящий параллельный мир, в который свято верит всякий подлинный американец.

Миф Духа - Америца - возлежит на трех китах: истории, культуре и природе. В такой последовательности мы ее и рассмотрим.

Америца

Америца носится со своей культурой как ненормальная. С полной ответственностью уполномочен заявить, что такого количества исторических и псевдоисторических памятников, а также музеев и выставочных залов, как в Америце, нет ни в одной стране мира. Эффект усиливается американской грандоманией как основополагающим эстетическим принципом. В Америце (да и в Америке) все должно быть не просто большим, но самым большим. Россияне страдают аналогичной манией, но в нашем анамнезе есть большая толика самоиронии - чувства абсолютно неприемлемого для Америцы. Самоирония в Америце считается постыдным пороком и проталкивается повсюду лишь американскими евреями (яркий пример: знаменитый фильм о полицейском взводе и лейтенанте-полудурке).

По причине отсутствия самоиронии в Америце царит дух болезненного патриотизма. Есть такое место - колониальный Вилльямсберг . Именно здесь в 1607 году высадились первые 140 английских поселенцев и основали колонию. Сегодня Вилльямсберг - живой город-музей. Мало того что все постройки сохранены в нетронутом виде, так еще и жители носят одежду тех времен и занимаются теми же ремеслами. Жители Вилльямсберга - одновременно и служащие музейного хозяйства, то есть за свои мучения от ношения деревянных башмаков они получают зарплату. Меня, например, этот маскарад очень развеселил. Но видели бы вы лица остальных туристов - каменные и преисполненные торжественностью момента. Знаете почему? Потому что 90% туристов, посещающих Вилльямсберг, американцы. Для них это - паломничество к святым местам. А как я уже сказал, американцы воспринимают Америцу на полном серьезе. Знаете, как называется билет для посещения этого заповедника? Пропуск патриота!!! . Представляете, чтобы в Кремль выдавали "пропуск патриота"? Я не представляю.

Но Вилльямсберг - это, так сказать, "высокая Америца", для интеллектуалов. Для людей попроще существуют места типа замка Херста в Калифорнии . Вот уж точно как у Катулла - ode et amo (и ненавижу, и люблю). С одной стороны, красота невероятная: умопомрачительный дворец, выстроенный печатным магнатом Уильямом Херстом на высоком холме, прямо над океаном. С другой стороны, китч, каких свет не видывал. Херст свез в свой замок все, что плохо лежало в Старом Свете: куски испанской средневековой церкви, египетских сфинксов, греческие вазы, итальянские гобелены, даже чашу из двора русского императора. А вокруг всего этого убранства бродят дикие животные - прямо как в Эдеме. Описать то, что получилось, невозможно, это надо видеть.

Для самых непритязательных и убогих духом Америца приберегла музеи восковых фигур . В этих музеях, которые, кстати, есть в каждом городе, история и культура отлилась в пластилиновые формы так, чтобы было очень похоже на правду, чтобы вообще не отличить.

Однако бесспорным лидером Америцы выступает Голливуд, американская кузница душ. Давным-давно Голливуд, что твой акын, затянул долгую песнь, воспевающую идеалы Америцы, и конца и краю этой песни не видать. Тем моим соотечественникам, кто полюбил эту песнь всем своим чутким сердцем в процессе бесконечного просмотра видеокассет, настоятельно рекомендую в Лос-Анджелес не ездить, иначе состоится крушение идеалов, - более неприятного города представить себе нельзя. Улица Родео в Беверли-Хиллс, конечно, занимательна, но кроме нее смотреть не на что. А после Флориды и Беверли-Хиллс смотрится серой мышкой.

Царство Америцы заканчивается на средствах массовой информации. СМИ, подобно греческой парке, ткет полотно идеального мира, не имеющего ни малейшего отношения к миру реальному. Из СМИ американец узнает о межрасовом братстве в форме политической корректности, о подлых табачных компаниях, которые наживаются на людских страданиях, о мудрых банкирах, чьи махинации, оказывается, идут не во вред, а на пользу американской экономике, наконец, о добром бравом парне-президенте, простом американском ковбое, который если и берет взятки и спит с секретаршами, так только потому, что это во благо великому американскому народу.

Уф! Вот такая она, Америца. Хочется закончить путешествие на мажорной ноте. Помните, в Пинкфлойдовской "Стене", после того как стена отчуждения была разрушена, герой обнаружил, что:

All alone, or in two's,
The ones who really love you
Walk up and down outside the wall
Some hand in hand
And some gathered together in bands.
The bleeding hearts and artists
Make their stand.1

Я очень люблю Америку именно за ее бесконечное разнообразие, а также за ее "bleeding hearts and artists", которые оказались по ту сторону фасада. Вне Америки и Америцы есть еще одна страна, для которой невозможно подобрать прозвище.И эту страну не надо искать на карте, она - в каждом американском тауне и городе. Бытует сказка о том, что shopping mall - это культурный центр американской провинции. Для кого-то, может быть, это и так. Однако в каждом тауне и городе я видел и другую Америку. Эта Америка кучкуется вокруг великолепных книжных развалов фирмы Barnes & Noble, уютных кафе Сиэттла и Манхэттена и прочих мест, не подпадающих под стандарты. В тауне Вирджиния-Бич книжный магазин "Barnes & Noble" является самым настоящим культурным центром. В нем есть и кафе, и детская комната, и музыкальный салон, и, конечно же, море книг, которые каждый может почитать, усевшись на ковер прямо у полки. Безпреувеличения можно сказать, что многие американцы просто живут в своих книжных магазинах. Кстати, "Barnes & Noble" был тем единственным американским магазином, у которого за десять минут до открытия я увидел хоть и небольшую, но очередь. Вечером вирджинский книжный центр превратился в импровизированный литературный салон: люди пили кофе и читали свои стихи. Стихи были ужасными, но атмосферу это не портило. И это тоже была Америка.


1В одиночку или парами
Те, кто любит тебя по настоящему,
Прогуливаются вдоль стены.
Одни взялись за руки,
Другие собрались в группы,
Кровоточащие сердца и художники
Разбили свой лагерь.

© ООО "Компьютерра-Онлайн", 1997-2018
При цитировании и использовании любых материалов ссылка на "Компьютерру" обязательна.